Влипла! или Смотри, не влюбись - Тата Кит

— Я, наверное, никогда не отвыкну, — опустила я взгляд на Тимку, играющего моими волосами. — Непривычно.

— Сегодня у тебя получилось.

— Да? — вскинула я на Мирона удивленный взгляд. — Я не помню.

— Было дело.

— Надеюсь, я ничего лишнего не болтнула? Матерного там чего… — старалась не смотреть ему в глаза. Было неловко.

— Ты умница, — произнес Мирон и, подавшись ко мне, оставил легкий поцелуй у виска. — Я приготовлю смесь и пижаму.

— Хорошо, — несколько растерялась я, не ожидав подобной нежности. Такой уютной, домашней, необходимой.

Тимка балдел всё купание. Визжал, смеялся, брызгал в меня водой. На губе его была заметна ранка, но сам он уже не обращал на нее внимание и, кажется, даже не чувствовал.

Завернув его в полотенце, вынесла из ванной, но так и не смогла отобрать у него осьминога-липучку.

— Ладно, малыш. Сегодня можешь оставить его себя. Пронесем в постельку контрабанду.

В детской комнате нас ждали вещи. Помимо Тимкиной пижамки на постели лежали ещё футболка Мирона и его штаны. Кажется, в этой одежде я здесь ночевала.

Тихо приговаривая несуществующую сказку, одела малыша в пижамку. В комнату вошёл Мирон с бутылочкой смеси. Потянулась, чтобы взять её и покормить Тимку перед сном, но Мирон не дал мне этого сделать.

— Я уложу Тимку спать, а ты пока иди в душ. Отдохни.

Сам он переоделся, оставив не себе лишь домашние штаны.

— Тогда я, наверное, лучше домой. Вы… ты тоже устал.

— Именно поэтому я прошу тебя остаться со мной. С нами, — указал он многозначительным взглядом на Тимку.

— Запрещенный приём, — улыбнувшись, смущенно опустила взгляд. — Тогда я в душ.

Взяла вещи и ушла в ванную комнату. Под струями горячей воды позволила себе расслабиться, закрыть глаза и на время забыть обо всём. Я была выжата как лимон. Казалось, что этот вечер был бесконечен и не оставил внутри меня ничего, кроме усталости и пустоты, но вместе с тем я чувствовала себя как-то иначе. Будто свободнее.

Собрала с волос влагу и надела предложенную мне Мироном одежду. С облегчением утонула в футболке и потуже завязала пояс спортивных штанов.

Едва слышно подошла к Тимкиной комнате. Остановившись на пороге, подперла плечом дверной косяк.

Тимка уже спал — счастливый человек. Я бы тоже не отказалась вот так просто взять и выключиться, не зная забот и тревог.

Мирон сидел на стуле рядом с кроваткой сына и не замечал моего присутствия. Держась одной рукой за борт кроватки, он смотрел в пол и с хмурым лицом о чем-то думал.

Тихо к нему подошла и встала между широко расставленными ногами. Мирон отмер и поднял на меня взгляд.

— Тебе тоже нужно отдохнуть, — шепнула я и слегка взъерошила его волосы у лба, отчего мужчина прикрыл глаза и глубоко вдохнул.

— Май, — произнес он с легкой хрипотцой. — Я не имею права настаивать или заставлять, но тебе нужна помощь специалиста. Твои обмороки… Сегодня ты совершила невероятное, но с этим, всё равно, нужно что-то делать.

— Хорошо.

— Я нашёл лучше специалиста. От тебя требуется только согласие.

— Я же сказала — хорошо, — повторила я и обхватила ладонями щеки. В серых глазах не сразу, но появилось осознание того, что я только что сказала.

— Так просто?

— Ну, да. А что?

— Я был уверен, что придется спорить и убеждать.

— Я сегодня чуть с ума не сошла, Мирон. Страшно представить, что было бы с Тимкой, если бы я потеряла сознание. А если бы с ним что-то случилось? Я бы себе этого не простила. Так что, да, я буду ходить к психологу и любому другому специалисту столько, сколько будет нужно.

Мирон шумно выдохнул, прикрыл глаза и, притянув меня к себе, уткнулся лицом в живот и крепко обнял бёдра.

— Прости меня, — шепнул он.

— За что? — непонимающе нахмурилась.

— За то, что ты оказалась во всё это втянута.

— Ты не виноват. Всё хорошо, — обхватила руками его голову и уткнулась носом в макушку. Полной грудью вдохнула его запах и улыбнулась сама себе. — Я хочу в кафе.

— Ты голодная? — тут же поднял на меня взгляд Мирон. В серых глазах плеснулось беспокойство.

— Нет. Просто, кажется, что кое-кто целую вечность не кричал мою фамилию из своего кабинета. Я соскучилась по Демоне.

Лучики теплой улыбки залегли в уголках серых глаз.

— Уральцева, — нежным шёпотом. С лёгким угрожающим рычанием. До мурашек. — Я тебе когда-нибудь наваляю за Демоню.

— Да-да, конечно, — кивнула я и приблизилась к его губам своими. — Охотно верю.

Первой прильнула к его губам. Почувствовала, как дрожь мужского тела отразилась и во мне. Сильные горячие руки притянули меня теснее к обнаженному торсу и усадили на колени.

Пальцы Мирона нырнули под футболку, коснулись обнаженной кожи спины и запустили новую волну мурашек и жара, что заставило меня испугаться.

— Подожди, — остановила я его шёпотом, прервав поцелуй, и ладонь на моей спине замерла.

Мирон отстранился и словно опьяненным взглядом заглянул мне в глаза.

— Я боюсь, — сказала я тихо и пристыженно.

— Я не стал бы. Просто хочу чувствовать тебя кожей.

Утопая в сомнениях, прикусила свою нижнюю губу и, боясь передумать или снова испугаться чего-то, быстро стянула с себя футболку Мирона и швырнула её на кровать. Обхватила руками крепкую шею, ногами — торс и прижалась к нему так тесно, насколько это, вообще, было возможно.

Мирон уткнулся носом в сгиб моей шеи, глубоко вдохнул. Широкие теплые ладони скользнули по обнаженной спине и заключили меня в ласковый капкан объятий. Так уютно и хорошо я никогда и нигде не смогла бы себя почувствовать.

— Помнишь, ты спрашивал, не голодная ли я? — спросила я через несколько минут.

— Угу.

— По-моему, самое время для жареной картошки.

Глава 49