Моя принцесса - Юлия Витальевна Кажанова

В принципе, всё это ты может и знаешь благодаря книгам. Могу сказать, что в них большая часть правда. Некоторые мои подруги на досуге пишут такие романчики. Читателей немало, всем хочется любви, или хотя бы почитать про неё. Частично там конечно ложь, но и правда встречается.

– Так что правда, а что нет? Я действительно смогу чувствовать свою пару, видеть его глазами? – задумчиво спросила я, представляя, как это может быть. Что-то такое я прочила в одном из романов.

– Я же говорю, есть и преувеличения. Видеть ты так не сможешь, о таком я ещё даже не слышала, – смеясь, сказала она, поглядывая на размечтавшуюся меня. – Но чувствовать ты сможешь, и очень скоро, – уверенно заявила подруга.

– Стоп! Ты сказала, я почувствую свою пару и буду знать, что он мой, но ничего такого нет. У нас была встреча, когда я была ребенком, потом в лифте, на вручении проекта. Почему я ничего не чувствую, или я просто не понимаю этого? – Странно всё это. Где любовь с первого взгляда? У меня ноги не подкашиваются, дыхание не учащается. Ночами я не брежу им. Хотя сейчас Мартин снится мне всё чаше.

– Так ты и не волчица ещё, – ошарашила меня ответом. Как так?

– Не поняла, а кто я? – теперь я окончательно растерялась.

– Ты волчица, просто не обращенная, – раздался бархатный голос от дверей.

Мы обе обернулись на голос и увидели довольного волка, что прислонился к косяку и с нежностью смотрел на меня. Одет он был лишь в пижамные штаны, которые ели держались на бедрах и грозились вот-вот упасть. Накаченное и подтянутое тело радовало глаз, так и хотелось поскорее к нему прикоснуться. Провести ладошкой по груди, животу. Задеть ноготками кубики и ниже, вдоль черной дорожки волос. Волосы Мартина были мокрые, видно он успел не только поесть, но и искупаться. Приятный аромат его тела стал наполнять комнату. С наслаждение вздохнула и тихо застонала, кайф!

– Судя по твоему лицу и тому, что я ощущаю, ты в хорошем настроении и чувствуешь себя лучше, – усмехаясь, сказал он и направился ко мне. Каждый шаг тягучий, словно хищник крадется к дичи. Жаль я не могу встать и побежать, так бы устроили знатные догонялки с приятным концом.

– Мне лучше, спасибо, – тихо сказала я, следя за ним. Тем временем он уже подошел к кровати, и теперь в наглую забирался на неё. С каждой секундой всё ближе ко мне и это, не отводя своих голубых глаз. И почему я не могу отвести взгляд?

– Очень рад это слышать родная, – звучал его голос, а я от наслаждения закрыла глаза. Так бы и слушала его. Может попросить его почитать, тогда я смогу наслаждаться его голосом ещё дольше.

Не успела обдумать мысль, как мои губы накрывают горячие губы, а через секунду меня укладывают на спину и поцелуй становится более глубоким и требовательным. Руки сами тянутся к нему. Успеваю зарыться одной рукой в его ещё влажные волосы, другой обнимаю за шею и притягиваю ещё сильнее.

– Кхе-кхе! Брат, ты, кажется, забыл наставления врачей. Никакого стресса только покой, – донёсся голос подруги, словно из далека, хотя она стояла в двух шагах. Кошмар! Как же стыдно!

– Так я и дарю покой, – усмехнулся волчара, отстраняясь. Только вот он не слез с кровати, а устроился рядом со мной и обнял.

– Да я вижу, какой покой, она ели дышит. Ты же знаешь, ей надо набраться сил, – обеспокоенно сказала Катрин, глядя на меня. Я и правда тяжело дышала, но это точно не последствия непонятной болезни.

– Со мной все хорошо. Мне гораздо лучше, чем вчера, – мягко сказала я, наблюдая, как брат и сестра сверлят друг друга глазами. И чего они не поделили?

– Конечно хорошо! Ты весь день на капельницах и обезболивающих уколах. Я чуть вчера не поседела, когда ты стала отплясывать ламбаду от судорог на кровати. Ты вся так горела, что я и не знала, что делать. Пришлось тебя в холодный душ тащить. Я там с тобой минут двадцать просидела, у меня зубы так клацали от холода! А ты лишь слегка остыла, – взволнованно говорила Катрин, расхаживая по комнате и размаивая руками. Так она делала всегда, когда была на эмоциях. Видно я действительно очень её напугала. Но как же приятно! Я, конечно, не хотела вызывать жалость к себе, но её забота трогала до глубины души. Теперь стало понятно, почему я тонула во сне и горела.

– Она ревнует тебя ко мне, – прозвучал тихий насмешливый голос Мартина над ушком. Что? Почему? Удивленно взглянула на него, а он подмигнул и качнул головой в сторону сестры, которая продолжала ходить по комнате и что-то рассказывать.

Так, пора это прекращать. Я стала чувствовать приближение боли. Она уже появилась и начинала усиливаться.

– Катрина, хорошая моя, спасибо. Я так рада, что ты рядом. Прости меня, за слова, что я сказала тогда на прогулке. Я, конечно, обижена на то, что ты не сказала, что его сестра, но я не злюсь, – последние слова я говорила уже тихо, так как первая волна боли обрушилась на меня. Стараясь не застонать, я стиснула зубы и схватилась за простыню.

– Дыши глубже! Катрин быстрей, – резкий голос над головой, и все пришло в движение. Меня резко укладывают ниже и стараются перевернуть на спину, фиксируют одну руку. Легкая боль и мне становится лучше. Это был укол или мне показалось?

– Родная, взгляни на меня, – испуганный голос моего мужчины возвращает меня. С трудом открываю глаза и смотрю в такое родное лицо. Нет, я была не права. Я влюбилась сразу, ещё будучи ребенком. Именно к нему я обратилась и просила помощи, а ведь там было несколько мужчин, но меня тянуло только к нему. Так же я не могла оторвать взгляда и в лифте. Он уже тогда притягивал к себе.

– Умница, а теперь дыши глубоко, боль скоро уйдет. Прости, но её придется потерпеть ещё день. Обещаю, потом будет всё хорошо, – успокаивающе говорил он, прижимая меня к себе и поглаживая по голове. Как ни странно, это помогало.

– Да сколько можно! Надеюсь боль скоро утихнет.

– Иди сестренка, дальше я сам, – серьезно сказал он, продолжая обнимать меня.

– Но я хотела… – начала подруга, только ей не дали договорить.

– Иди, мне надо многое объяснить.

Взглянула на Мартина. Он сверлил подругу глазами. Мне кажется, они