Посткарантин - Злата Косолапова

Внутри меня всё вымерзло. Я знаю, чьи это были машины, чьи мотоциклы, чья черная форма… Я знаю.

– Бест, – прошептала я. – Как он нашёл нас?..

Словно вторя моим мыслям, дверь позади меня скрипнула. Я резко обернулась, так резко, что у меня мгновенно закружилась голова, а перед глазами всё расплылось. Моё сердце замерло, кровь застыла в жилах, и сама я вся похолодела от волнения.

Вебер вернулся.

Он тихо зашёл в комнату, закрыл за собой дверь. Как и я, видимо, предпочел остаться в полумраке, потому что даже не сделал попытки включить свет. Некоторое время он молча стоял у двери совершенно без всякого движения, смотрел на меня. А я смотрела на него в ответ.

– Даже предположить не могу, как они нашли нас. Но если они заехали сюда без всяких проблем в комендантский час, то убежать так просто у нас не получится. Маша, оставайся здесь. Никуда не уходи. Я приду позже.

Я кивнула, не в силах произнести ни слова. Вебер, заметивший мое состояние, подошёл ко мне и нежно поцеловал в лоб.

– Всё будет хорошо. Доверься мне.

Я снова лишь молча кивнула. Проводив Вебера взглядом, я застыла в сумрачной комнате, готовясь к худшему и не в силах поверить, что всё это сейчас происходит с нами.

Как так случилось?

Я опустила взгляд и посмотрела на свою руку, где некогда до недавнего времени был вшит датчик Адвеги. Зажмурилась, прикусив губу до резкой боли.

– Я не вернусь, – твердо прошептала я.

Послышались выстрелы и голоса. Всё, что могло копиться у меня внутри, вышибло одним ударом страха за Вебера. Но я не успела даже подумать о том, где он может сейчас быть, когда дверь в комнату начали выламывать.

Я, дрожа и холодея, попятилась к дальней стене. И даже не успела до неё дойти. Дверь распахнулась, и головорезы Беста в черном одеянии и в масках, с оружием наперевес заполнили комнату, словно тараканы. Они сразу обнаружили меня. Яркий свет фонариков заставил меня поморщиться. Подхватив меня под локти с такой силой, что я завыла от боли, они вывели меня из комнаты в коридор.

– Отпустите её, – велел знакомый до боли голос. Мои локти и предплечья тут же стали свободны, и, не удержавшись на ногах, я упала на пол. Поднялась с трудом, но сразу.

В коридоре царила полутьма. Люди Беста стояли по стенам, не двигаясь и держа наготове оружие. Он сам стоял напротив меня. Не так далеко, но и не близко.

Его лицо было всё тем же. Таким же властным, исчерченным шрамами, красивым. Он был в своём черном плаще с капюшоном и смотрел на меня, чуть склонив голову.

– Вот мы и встретились, Мари, – сказал он хрипло. – А я уже боялся потерять тебя.

– Что тебе от меня надо, Бест? – в отчаянии спросила я, ощущая, как по моим щекам текут слёзы.

– Всего лишь твоя кровь.

Мужчина улыбнулся, а я судорожно покачала головой.

– Я не вернусь в Адвегу! – выкрикнула я, сжимая ладони в кулаки. – Никогда не вернусь!

Бест легко пожал плечами.

– Ты же понимаешь, что тебя никто не будет об этом спрашивать, Мари. – Мужчина вытянул руку по направлению ко мне. – Идём. Я оставлю Веберу жизнь, если ты сама пойдешь со мной.

Кровь отлила от лица, и сердце ухнуло куда‑то вниз.

– Он у тебя?.. – онемевшими губами прошептала я, но Бест не успел ответить.

– Не шути так, Бесстужев.

Бест резко обернулся, все его люди мгновенно вскинули оружие. Я отступила на несколько шагов к стене и увидела чуть дальше по коридору Вебера. Он был весь увешан гранатами, как и его собаки.

– Один выстрел, и мы все тут поляжем, так что не советую, – сказал Саша.

Я выдохнула, едва не рассмеявшись – у него всегда был какой‑то план, он всегда обязательно что‑нибудь придумывал! В любой ситуации.

– Опустите оружие, – с ненавистью процедил Бест. Он смотрел на Вебера, не спуская глаз. – Вебер, Вебер… Ты думаешь, что всё так легко тебе сойдет с рук, да? Ты, между прочим, убил моего человека. Спольников был ключевым звеном…

– Да мне плевать, кем этот урод там у тебя был, – рявкнул Вебер. – Я сюда пришел не за этим. Прежде всего я хотел поговорить с тобой.

– Со мной? – в некотором удивлении улыбнулся Бест. Он приподнял бровь, затем сложил руки на груди, не спуская глаз с Вебера. – С чего бы это нам с тобой говорить? Ах да, мои люди докладывали, что ты уже неоднократно за последние несколько лет рвался на разговор со мной в мою резиденцию. В последний раз тебе чуть ногу не отстрелили, насколько я знаю…

– Артём, Аня жива, – сказал Вебер.

Бест словно бы дёрнулся от удара током и сразу замолчал. Он уставился на Сашу каким‑то непонятным, мутным взглядом, губы его вдруг превратились в тонкую линию, и сам он весь как будто бы сжался в комок.

– Не смей.

– Сова на ветке оливкового дерева, – сказал Вебер что‑то непонятное, и глаза Беста вдруг распахнулись, даже руки задрожали.

– Откуда ты знаешь? – только и смог прошептать он.

– Она сказала, что только если я тебе скажу про ваш с ней знак, ты поверишь мне, что я говорю правду. – Вебер прищурился, глядя на Беста. – Так вот тебе правда, Артём – Гобыль не убивал Аню. Она жива.

– Как это возможно? – спросил Бест с каким‑то надломом. Он вдруг превратился из жуткого властителя в несчастного мужчину, побитого жизнью. Всего за несколько минут. Сложно было поверить в такую метаморфозу…

– Ты же знаешь, что я девять месяцев провел на шахтах Гобыля под Дмитровом. Аня сама меня нашла там. Она иногда приходит на шахты кормить пленных и рабов по своему теплому сердечному решению. Гобыль её пускает. Если бы знал, что мы знакомы – не пустил бы. – Вебер прищурился, глядя на Беста. – Она сама меня нашла. Когда я увидел её, думал, что у меня там крыша окончательно поехала.

– Этого всего не может быть, – закрывая руками лицо и начиная ходить из стороны в сторону, сказал Бест. – Не может быть… Где же он её держит? Как она жила всё это время? Где?..

– Они живут в Дмитрове. В хороших условиях. Это всё, что я знаю. Но Гобыль, конечно, неустанно следит за ними – не сбежать.

– За ними?

– Твоему сыну уже пять лет, – сказал Вебер.

Бест качнулся в сторону. Кто‑то из его людей хотел подойти к нему, но он отмахнулся. Некоторое время он стоял, уперев руку в