( Не) Счастливый случай - Ани Марика

— Благодарю, Ваше Величество. Простите, я как-то не подумала о подарках для вас, — лепечу, закрывая шкатулку.

— Я уже озвучил своё желание, — замечает Алард.

— Для меня подарком будет твоё время. Прогуляйся со мной сегодня. Скажем, после ужина, — просит Даркрай.

Закусив губу, пристально смотрю в бирюзовые глаза дроу. Я, конечно же, откажу. Как раз подбираю причины и тактичные слова. Вот только он меня перебивает:

— Я хотел посмотреть, как идёт строительство твоего дома и работу Иннтариэля. Буду ждать тебя возле храма в восемь. Если не придёшь, я пойму и более не потревожу тебя.

Коротко и официально качнув головой, Даркрай уходит. А я так и стою с открытым ртом. Вот что за тип на мою голову?! Пусть ждёт. Не приду!

Тряхнув волосами, перевожу взгляд на Аларда. Мужчина внимательно изучает меня и молчит. Ещё один отмороженный тип на мою голову! За что мне это всё?

— Ты останешься на чай? — пересилив раздражение на безэмоциональность правителей, улыбаюсь.

— Конечно, — уголки губ короля дёргаются в подобии улыбки, и он идёт вместе со мной к остальным домочадцам, что вовсю развлекают дракона. — Завтра в полдень начнётся большой фестиваль. Мне будет приятно, если ты составишь мне компанию.

— Ты хочешь отношений, — останавливаю прямо перед порогом в столовую и неосознанно прижимаю ладонь к груди мужчины. Он бровь выгибает, внимательно слушая. — И то, что я скажу, будет звучать очень глупо, учитывая, что у меня уже есть муж. Но я не готова терпеть твоих любовниц. И наблюдать на всяческих раутах компанию фавориток, увивающихся рядом.

— Любовниц у меня нет, Татьяна, — улыбается Алард. Широко так, по-мальчишески озорно. Я тут тему важную обсуждаю! — Но компанию фавориток придётся потерпеть, так как это условие Гильермо. Он не сказал? Наши отношения не должны стать достоянием общественности, пока ты не определишься. И я с ним согласен. Нам не нужны волнения.

— Почему ты вчера отказался от моих слов? — перескакиваю на другую тему, напрочь забыв, что хотела предъявить ему за вчерашнюю выходку с танцами.

— Потому что ты была уставшая, под воздействием чужой ментальной магии и испуганная. В тебе говорила обида на Дарка, а не твоё собственное желание.

— Ты слишком правильный, — фыркаю, растеряв боевой настрой и уткнувшись лбом в грудь.

— И это мой главный недостаток, — тихо отвечает мужчина, длинными пальцами зарываясь в мои волосы.

Мы стоим непозволительно близко. И слишком долго. Молчим. Просто наслаждаемся моментом.

— Я был неправ, — вдруг говорит он.

Удивлённо вскидываю голову, непонимающе моргаю.

— В чём именно?

— В том, что позволил тебе остаться одной вчера. В том, что увёл Гильермо, вместо того чтобы дать вам уехать, — Алард смещает пальцы и ласкает теперь шею со спины. Касается неторопливо, запуская цепь взбудораженных мурашек. — Я знал, что ты цель. Но не предвидел похищения. Не предвидел ментального воздействия.

— Ты ведь не можешь контролировать всех, тем более чужих советников. Да и я не пострадала. Даже испугаться не успела.

Молчание снова повисает между нами. Тёплое, уютное. Мы слишком долго смотрим друг другу в глаза. Дышим одним воздухом на двоих. И даже уже не слышим голосов домочадцев.

— Если бы Даркрай не успел… — Алард прикрывает глаза и опускает голову.

— Успел бы ты. Или Гиль, — дополняю. — Вы бы обязательно спасли бы меня….

— Я бы сжёг всё королевство Равенмарк дотла и нашёл бы тебя, Таня, — признание вырывается из глубин души.

Мужчина резковато выпрямляется. В голосе сталь, в глазах решимость. Изумленно прикусываю губу. Кажется, он сам удивлён собственной откровенностью. Подтянувшись на носочках, прижимаюсь к твёрдым губам Аларда и прикрываю глаза.

Два удара сердца, правитель перехватывает инициативу и сминает мои губы в жарком поцелуе.

Глава 51

Солнце лениво катится за горизонт, заливая старинный парк медовым светом. Розарий, который мы с архитекторами решили сохранить, полон ароматов. После уличного гомона здешняя тишина слишком оглушительна. Я едва различаю стук копыт. Хотя, возможно, просто погружена в собственные мысли. В утренний инцидент, когда Анхелика застала нас с Алардом целующимися.

Прикусываю щёку с внутренней стороны, чтобы не улыбнуться, вспоминая её багровое лицо. Но стоит отдать должное её выдержке. Она ни слова не произнесла. С высоко поднятой головой пригласила мужчину к столу и даже мне улыбнулась. Но, думается мне, вечером я выслушаю сполна все обвинения. Или она просто сменит в доме замки и выставит охрану, дабы не впускать меня, такую распутницу и отбивательницу чужих королей, домой.

— Ты пришла? — из здания выходит Даркрай. Оборачиваюсь на звук его голоса и просто киваю.

Пришла. А ведь сама себя убеждала, что мне не интересно. Что мне это не нужно. Но некий червячок в груди не давал мне просто отмахнуться. Забыть и отпустить с миром. И вот я здесь. Смотрю, как ко мне неспешно идёт дроу. В нём практически ничего не изменилось. Обычные чёрные кожаные доспехи. Без всяких регалий и королевских украшений. Сейчас он просто Дарк. Тот, кто приходил ко мне каждый вечер. Тот, кто внимательно слушал моё нытьё и не только. Тот, кто забрал всё моё внимание.

— Уже нажаловался? — спрашиваю, замечая в окне первого этажа замершего Иннтариэля. Мне сказали, что правитель обходит стройку. Я не стала к ним присоединяться, просто прошла на задний двор, решив, что мужчина меня сам найдёт.

— Сказал, что ты превращаешь его проект в «нечто извращённое», — усмехается Даркрай.

— Ох, простите великодушно, что моё видение задевает тонкую душевную организацию этого дроу, — фыркаю я.

Мужчина смеётся. Тихо, но по-настоящему. Так он смеялся только на том балу-маскараде.

— Богиня, — устало выдыхает Дарк, отсмеявшись, — я скучал по этим твоим уколам. Даже по тому, как ты раздражённо поджимаешь губы и ершишься.

Замолкаю. Улыбка плавно съезжает с лица, и я отворачиваюсь. Между нами повисает некая недосказанность и тяжесть прошлого.

— Я не очень хорош в признаниях, — Дарк подбирает слова и плавно подходит со спины. — Особенно если они касаются собственной вины. Особенно, если я боюсь, что больше никогда тебя не увижу.

Он тянет за плечо, заставляя развернуться. Наши взгляды скрещиваются, и ни один