Папина дочка - Алайна Салах

— Я думаю снять квартиру и съехать от родителей, — неожиданно произносит она, помолчав. — Не потому что хочу отомстить, а потому что пора. Думаю, если бы я жила отдельно, им бы гораздо меньше хотелось вмешиваться в мою жизнь.

— Ты их дочь. Они будут переживать за тебя даже если ты будешь жить отдельно.

— Да, но в меньшей мере. Если я начну жить самостоятельно, им придётся уважать мой выбор.

Я сосредоточенно смотрю в лобовое. Если Каролина съедет от родителей, это действительно упростит наше общение. Надо попросить Лизу найти ей квартиру поближе к университету. Переезжать ко мне Каролине пока ещё рано. Слишком много «но».

— А как прошёл твой день? — Каролина проводит ладонью по моему плечу. Жест настолько непривычный и ласковый, что я вздрагиваю.

— У меня? Я поговорил с Марком.

— Серьёзно?! И как он отреагировал?

— Он обо всём догадывался и первым задал вопрос. Был шокирован, получив подтверждение. — Ладони крепко сдавливают руль, пытаясь отдать ему часть вины. — Думаю, в ближайшее время он едва ли захочет меня видеть.

— Но ты ему сказал, что долгое время пытался держаться в стороне?

— Для него это ничего не меняет. В глазах Марка я предатель, из-за которого он лишился девушки.

— Со временем он это переживёт, — уверенно заявляет Каролина, снова опуская лицо в цветы. — Мы были вместе совсем недолго и больше дружили, чем встречались. Марк тебя очень любит и знает, что ты любишь его.

— Очень на это надеюсь.

— Вот увидишь. Прямо сейчас я от всего сердца пожелаю вас поскорее помириться. А ты ведь помнишь, что если я чего-то по-настоящему хочу — так оно и случается.

Усмехнувшись, я тянусь рукой через консоль и сжимаю её колено. Оптимизм и тепло Каролины постепенно заражают и меня: конфликт с сыном перестаёт ощущаться настолько тягостным и непоправимым, и на первый план выходит то, ради чего всё это было. Желание быть с ней рядом, говорить с ней, вдыхать её запах, касаться. Просто позволять себе любить.

70

«Спасибо за прекрасную ночь. Еду на пару и улыбаюсь».

Перед глазами как по команде встает её лицо: мечтательная улыбка и сияющие глаза, в которых отражается солнце. Не поддавшись давлению со стороны родителей, Каролина снова ночевала у меня. Правда, сегодня, в отличие от прошлого раза, нам удалось позавтракать.

«Рад, что у тебя хорошее настроение. Дома всё в порядке?»

«Я видела только маму, и то мельком. Она, кажется, со мной не разговаривает, но это мелочи. Рано или поздно им придётся смириться».

Я с улыбкой смотрю в окно, оценивая вид на кипящую столицу. Всё же Каролина — удивительная девушка. При всей видимой мягкости, внутри неё находится несгибаемый стержень. Она легко принимает решения, а если приняла — не мучает себя рефлексией относительно последствий, а с гордо поднятой головой идёт вперёд, в полной мере наслаждаясь плодами достигнутых целей.

Мне потребовались годы, чтобы освоить это качество — и явно не в совершенстве. Чувство вины перед Марком по-прежнему преследует меня, как и мысли о том, каково ему сейчас и чем он занят. Утром Лиза сообщила, что Марк взял выходной и в офисе не появится.

В качестве ответа я собираюсь предложить Каролине пообедать вместе после её занятий. Однако в этот момент в дверь стучат, и на пороге появляется Лиза. Выглядит моя помощница взбудораженной и слегка напуганной: щёки порозовели, взгляд бегает.

— Александр Вадимович, к вам посетитель.

— Я никого не жду, — напоминаю я.

— Да, я в курсе. Но он настаивает на встрече. — Лиза шагает вперёд и понижает голос до благоговейного шёпота. — Это мэр.

Я откидываюсь в кресле. Значит, Вилен настолько возмущён новостями, что приехал поговорить лично. Не скажу, чтобы это был большой сюрприз. Он заботливый отец, а Каролина — его единственная и любимая дочь.

— Впусти. И сделай кофе, пожалуйста. Две чашки.

Лиза беззвучно исчезает, и в дверях почти сразу появляется Демидов.

Даже удивительно, насколько человек способен разительно меняться в зависимости от обстоятельств. Годами я знал Вилена как радушного хозяина и мудрого собеседника, который понимает в жизни больше кого-либо и потому не имеет привычки осуждать. Время показало: помимо прекрасных душевных качеств он обладает ещё высокой волей и талантом руководителя, благодаря которым и занял пост градоначальника.

Сейчас же я вижу перед собой человека, которому неведомы компромиссы и который точно появился не для того, чтобы вести задушевные беседы. Вилен, скорее, выглядит так, словно пришёл меня убить.

— Ну здравствуй, Саша, — его басовитый голос вибрирует плохо скрываемым гневом. — Вижу, ты не слишком удивлён моему визиту.

— В каком-то смысле я его ожидал. — Я поднимаюсь из кресла в знак уважения и обхожу стол. — Проходите, Вилен Константинович.

— Ты меня снова по имени-отчеству? — не задерживается он с уколом. — Не пытайся подчёркивать разницу в возрасте, Саша. Она у нас совсем небольшая.

— Рабочий день в разгаре, а у вас на груди — флаг страны, — я указываю глазами на лацкан его пиджака с приколотым значком. — Обращаюсь на «вы», чтобы не нарушать чиновничью иерархию.

— Зубы не заговаривай мне, Саша. — Вилен со скрежетом дёргает к себе кресло и небрежно в него опускается. — Приехал, чтобы в глаза тебе посмотреть и спросить, за что ты так обошёлся со старым другом.

— А как я с тобой обошёлся? — я легко удерживаю его буравящий взгляд. Возможно, именно это становится причиной, по которой Демидов моментально выходит из себя.

— Ты ответь мне: какого хрена ты полез к моей дочери?! — рявкает он, побагровев до воротника сорочки. — Я же тебя ещё на отдыхе предупреждал!

Я хмурюсь. Я и в двадцать не позволял никому разговаривать со мной в таком тоне, а уж в сорок — тем более. Отцовские чувства Вилена никак его не оправдывают. И я, и Каролина — взрослые люди, которых ни он, ни кто другой не имеет права стыдить. Разве что сидя в уединении у себя на кухне.

— Для вменяемого диалога предлагаю оставить родительский тон и начать говорить как взрослые люди. — Я смотрю на него со значением. — Два года назад на отдыхе с моей стороны не было никаких попыток завязать отношения с Каролиной. То, что происходит сейчас между нами, — это совершенно новый этап, который начался меньше недели назад. Ты узнал обо всём практически сразу.

Относительно твоих завуалированных обвинений в совращении: напомню, что Каролина давно совершеннолетняя. Думаю, ты хорошо знаешь свою дочь и прекрасно осведомлён о невозможности заставить её делать то, чего