Отшельница. Искра короля - Марина Эльденберт

— Не должен, — сурово отрезал принц, подчеркивая свое сходство с отцом.

Пока я подбирала слова, борясь с разочарованием, Тимоти подтолкнул меня к дивану и усадил на него. А сам склонился надо мной и посмотрел прямо в глаза.

— Я тоже хочу, чтобы Лазар вернулся, Ольга, — признался он. — Я успел полюбить своего брата. Мне нравится подшучивать над ним, нравится играть с ним, заботиться о нем. Я хочу стать ему братом по-настоящему. Быть семьей. Я разделяю ваши чувства целиком и полностью.

— Но? — выдохнула я, побуждая его продолжать. Потому что слова о защите брата шли вразрез с его отказом мне помогать.

— Я доверяю отцу. Он мудрый король, талантливый целитель и сильный дракон, который влюбился в вас.

От последней откровенности к моим щекам прилила кровь.

— Тимоти, во взрослом мире все сложнее…

— Это не отменяет того, что я сказал. Он влюблен — это заметно со стороны. Наша с Лазаром мать была его одержимостью, вы же вытаскиваете на поверхность все хорошее, что он в себе давно похоронил. Перед тем как улететь вместе с моим братом, он попросил прийти к вам, успокоить и передать, что он сделает все, чтобы его вернуть. Ради вас он сделает все возможное и невозможное, неужели вы этого не видите? Так почему не доверяете ему?

Его глаза сверкнули водной магией, зрачки вытянулись в вертикаль, а затем Тимоти выпрямился и прислонился к колонне возле диванчика.

— Потому что мне сложно кому-то довериться, — тихо призналась я, глядя на свои лежащие на коленях руки. — Потому что я привыкла со всеми проблемами справляться в одиночку. Потому что рядом со мной никогда не было мужчины, который бы сказал: «Я все решу» — и решил бы. Для меня это привычно.

— Но мой отец именно такой мужчина.

— Но он не согласился на план земных, — я сделала слабенькую попытку вновь разозлиться на короля Рована.

— Не хотел подвергать вас опасности, потому что вы для него важны.

Сложно злиться на того, кто о тебе заботится. Очень сложно.

— Я не могла допустить, чтобы Лазар остался драконенком.

— Если бы отец хотел оставить его драконенком, мы бы не отправились в такое долгое путешествие. И сейчас он бы не летел к морю. Он хочет спасти Лазара не меньше нас, и спасет. Главное, верьте в него.

Мы оба замолчали: каждый из нас переваривал этот разговор. Самый откровенный изо всех, что у нас с ним был. Тем не менее невероятно нужный.

— Спасибо, — пробормотала я. — За честность. И за то, что ты на многое открыл мне глаза.

Молодой дракон кивнул, а я в очередной раз подумала, какой он не по годам мудрый.

— Ты будешь чудесным правителем, Тимоти, — улыбнулась я. — В тебе есть сила и доброта. Обычно у всех что-то одно, а у тебя весь комплект.

Вместо того, чтобы обрадоваться моему комплименту, по его лицу пробежала тень.

— Из-за экспериментов моей матери, у меня нет Искры. Значит, я не могу продолжить династию Равьеров. Но на трон может взойти Лазар или ваш общий с отцом ребенок.

— Ты и есть наш общий ребенок, — вырвалось у меня. — Давай вернемся к этому разговору, когда будем в Роване. Оливия вела дневники, и, возможно, мы по ее записям найдем решение, как все исправить.

Не знаю, показалось мне или нет, но принц после моих слов приободрился. Я видела, что он собирается уйти, но стоило представить, что я сижу здесь одна, в сердце вновь возвращалась тревога.

— Тимоти, можно тебя попросить еще кое о чем?

— Конечно, — кивнул он.

— Побудь со мной, пока Стефан и Лазар не вернулись.

— С радостью, — улыбнулся принц.

5.9

Ждать было невыносимо: потому что о Стефане и о Лазаре не было никаких новостей. С другой стороны, а какие новости? Это же не наш мир, где ты сел на самолет, а через двенадцать часов звонишь с другого материка со словами: «Все нормально, долетели». Наверное, если бы не Тимоти, я бы сошла с ума, но он развлекал меня полночи, рассказывая о том, как в столице все переполошились, когда стало известно, что я попаданка. Особенно переполошилась привыкшая к старому укладу жизни аристократия, потому что моя предшественница Аглая умудрилась навести шороха в соседней стране и здорово пошатнуть их устаревшие морали и прочее.

Из Тимоти получился отличный рассказчик, временами я хохотала до слез, а временами смотрела на него совершенно другими глазами. Потому что своенравный и жестокий принц, с которым я заново знакомилась у себя в поместье и сейчас, совершенно точно таким не был. Он был просто рано повзрослевшим ребенком, пережившим предательство матери — по сути, так же, как и Лазар. Только рядом с ним не было никого, кто сказал бы ему, что любит просто так.

Отец замкнулся и ушел в свою боль. А он остался наедине с этим. Но если Лазару я могла сказать о таком откровенно, то Тимоти вряд ли. Просто потому, что этот парень воспримет такое как жалость, а этого я совершенно точно не хотела. Да и по Наташе знала, что с подростками как на минном поле, чуть что не то скажешь — и все, ты из разряда друга уже переведен и записан в реестр подозрительных лиц. Подозрительных — в смысле тех, кому нельзя доверять.

Поэтому я решила, что буду налаживать контакт с Тимоти постепенно, и с этой мыслью я и провалилась в сон. Утром новостей тоже не было, но Тимоти меня предупредил, что вернутся Стефан с Лазаром нескоро. Туда достаточно далеко лететь, а потом еще им потребуется какое-то время на отдых, после чего нужно будет проделать в точности такой же обратный путь. И если все получится… Все получится. Я запретила себе даже думать о другом исходе.

Поскольку с князем у нас не задалось, я решила не выходить из покоев, а то мало ли, скажу еще что-нибудь — и конец дипломатии между Эйрузией и Рованом. То, что Стефан примет мою сторону, я больше не сомневалась, он