Укрощение строптивого студента - Мила Ваниль

— Кто там? — спросил из-за двери незнакомый мужской голос.

Ярик чуть букет не выронил. И шагнул назад, чуть не сбив стоящий у соседней двери самокат.

Но… как? Они разговаривали совсем недавно. И ничего такого Даша…

Голос ее отца он знал, голос Демона не спутал бы ни с каким другим.

Значит…

Мужчина?

Может, просто саб? Даша говорила, что изнывает от голода. Ярик ее прекрасно понимал. Год в воздержании само по себе пытка, а когда есть особенные потребности, то желание становится навязчивым и невыносимым. Он даже как-то сказал Даше, что не возражает, если она…

Правда, потом его тошнило от одной мысли, что она будет играть с другим мужчиной. Несмотря на то, что она отвергла его… разрешение.

Так все же…

Дверь открылась, из-за нее выглянул высокий плечистый парень. Он с аппетитом жевал оладушек и с интересом рассматривал Ярика.

— Ты к Даше, что ли? — спросил парень.

— Нет. — Ярик быстро спрятал за спину букет. — Ошибся этажом, наверное.

— Егор! — крикнула из глубины квартиры Даша. — Кто там? С кем ты разговариваешь?

— Да тут ошиблись, кажется, — с ехидцей ответил Егор громко. — Какой-то солдатик.

Отступить по лестнице Ярик не успел. Даша появилась в прихожей быстрее, чем старшина успел бы крикнуть: «Рота, подъем!»

— Какой-то?! — Она треснула Егора по плечу. — Иди за стол, поешь нормально, бестолочь!

И все это — мимоходом, не сводя глаз с Ярика, бросаясь к нему на шею.

— Яр!

В нос ударил знакомый запах: за год Даша не изменила вкусам, и пользовалась все тем же шампунем.

— Ты… ты как? Ты же сказал, завтра… Я перепутала? Ярушка…

А Ярик не мог вымолвить ни слова. Сжимал в объятиях Дашу и покрывал поцелуями теплую макушку.

Мужчина… Ну, мужчина… Мало ли… Может… сантехник?

Угу! Даша зовет его бестолочью и кормит оладьями.

— Пойдем. — Даша потащила Ярика в квартиру. — Ой, а букет мне?

Ярик спохватился и отдал ромашки Даше.

— Ты онемел, что ли? Тебя не контузило? Яр!

— Нет, — наконец выдохнул он. — Сюрприз… не получился?

Даша нахмурилась и посмотрела на него удивленно.

— Ты о чем?

Ярик вздохнул, кивая в сторону кухни.

Даша поняла, на что он намекает, и ее глаза сузились в гневном прищуре.

— Ох, треснула бы я тебя этим букетом! Да цветы жаль, красивые. Егор — мой брат. Прилетел, чтобы помочь родителям с переездом.

Брат, значит…

— Эх, ты! Заяц! — фыркнула Даша, понижая голос. — Только вернулся, а уже накосячил.

— Я старался, — парировал Ярик. — Но даже придумывать не пришлось.

— По ремешку соскучился?

— По тебе, солнышко.

— Хватит шептаться! — крикнул Егор. — Дашка, у тебя оладьи горят!

— Так сковородку сними! — заорала Даша, метнувшись на кухню.

В общем, веселым получилось возвращение.

И сладким. Очень сладким.

Егора вскоре проводили: он улетел в родной город, к родителям. После лечения маме Даши рекомендовали сменить климат, и вот, наконец, это удалось осуществить. Они с мужем переезжали в Подмосковье.

— Там сосны, чистый воздух, — сказала Даша. — И ближе, я смогу часто их навещать.

— Супер, — согласился Ярик. — Не придется далеко ехать, чтобы попросить твоей руки.

— Чего? — встрепенулась Даша. — Что ты сказал?!

Они никак не могли насытиться друг другом, даже без жестких практик. Но сейчас отдыхали, тесно сплетясь телами, несмотря на то, что летняя ночь не принесла прохладу, и от жары не спасали даже распахнутые настежь окна.

— Я сказал, что хочу просить твоей руки. — Ярик с сожалением разжал объятия. — Погоди, я сейчас.

Есть надежда, что Даша не рассердится из-за того, что предложение ей делают, мягко говоря, неромантично. Без свечей, цветов и разноцветных шариков. Без фейерверка и шампанского. Ведь, главное, от чистого сердца.

Ярик достал коробочку с кольцом, купленным в Калининграде, и опустился на колени перед Дашей. Она сидела на диване, обхватив руками колени — нагая и прекрасная.

— Даша, ты выйдешь за меня? — спросил Ярик, открывая коробочку. И продолжил, так как она молчала: — Если хочешь подождать, пока я встану на ноги и стану знаменитым фотографом…

— Хвастунишка! — фыркнула Даша.

— Стану, даже не сомневайся.

— Верю, — легко согласилась она. — У тебя редкий дар, Яр. Ты обязательно добьешься успеха.

— Э-э… — Он все же смутился. — Так вот. Если хочешь, свадьбу можно отложить. Но я прошу тебя, прими это кольцо. В знак того, что когда-нибудь ты станешь моей женой.

— Янтарь… — Даша коснулась камня, красиво оправленного в золото. — Солнечный камень. Поэтому, да?

— Конечно, — улыбнулся Ярик. — Я знал, что ты поймешь. Брильянты будут позже. А это твой камень, потому что ты — мое солнышко. А еще это оберег. И…

— Ты не спешишь, Яр? — перебила его Даша. — Ты еще…

— Молод, — закончил он, перебивая. — И что? Я уверен. Разве нельзя полюбить один раз — и на всю жизнь?

— Можно.

— Но если ты не уверена…

— Э, нет! Этого я не говорила. Я… сейчас.

Даша соскользнула с дивана и что-то достала из ящика комода.

— Я тоже готовилась, Яр, — сказала она, вернувшись к нему. — Помнишь, как я возражала… против ошейника?

— Помню, — кивнул Ярик. — Никогда не говорил, но… я завидовал тем, кто появлялся в клубе с ошейником своей госпожи. Это как знак принадлежности. Крепче, чем обручальное кольцо.

— Ты прав, — согласилась Даша. — А я всегда мечтала, что подарю ошейник лишь одному мужчине. Потому что я тоже… верю в то, что полюбить можно один раз и навсегда.

Она протянула ему кожаный шнурок — с красивым плетением и металлическими вставками.

— Ты… примешь его?

Ярик уже стоял на коленях, поэтому он лишь склонил голову, подставляя шею. Даша щелкнула замочком и протянула ему правую руку. Он поцеловал тыльную сторону ладони, а потом надел кольцо на безымянный палец.

Обручились…

— Знаешь, я не хочу ждать, — сказала Даша после долгого и сладкого поцелуя. — Может, просто распишемся? Без свадьбы.

— Ты действительно этого хочешь? — уточнил Ярик. — Или…

— Свадьба — это дорого, — буркнула она. — А ты… У тебя не поменялись планы?

— Не поменялись. Поступление, учеба… Если дело в деньгах, то не переживай…

— Никакого «родители оплатят»!

— Никакого, — кивнул Ярик, улыбнувшись. — Они могут, кстати. Но деньги у нас есть.

— У нас?

— Помнишь, я продал машину?

— И через благотворительный фонд своей матушки перевел их на лечение моей, — фыркнула Даша. — Прости, я так и не поблагодарила тебя за это.

— Демон проговорился?!

— Нет, в клинике узнала, случайно. Неважно…

— Ладно. В общем, там еще осталось.

— И замечательно! — воскликнула Даша. — Поступление, учеба… Тебе они нужны!

— Да, я так и планировал их использовать.