Телохранитель - Мэри Каммингс

Несколько писем было от девушек, некоторые даже с фотографиями и номерами телефонов — между строк так и читалось желание познакомиться с ним поближе.

Мэрион взяла на себе секретарские обязанности и отвечала на письма сама; вечерами читала Рэю наиболее интересные послания и свои ответы на них.

Рэй был немало удивлен, когда в один прекрасный день охранник на воротах позвонил в дом и с легким смущением сказал:

— Простите, мистер Логан, тут приехала женщина и говорит, что она… что она ваша бывшая жена.

— Пропустите. — Повесив трубку, встал. Ри оторвалась от компьютера и вопросительно взглянула.

— Луиза приехала, — объяснил он.

— Кто? — не сразу поняла она.

— Луиза, моя бывшая жена. — Пожал плечами. — Понятия не имею, чего ей надо.

Ри приподнялась, явно собираясь идти с ним, но Рэй мотнул головой.

— Нет, я сам.

Когда он вышел на крыльцо, машина уже стояла у крыльца — хорошо знакомый ему серебристый «Мицубиши», три года назад они с Луизой вместе выбирали его в салоне. Луиза, выйдя из машины и держась за дверцу, неуверенно озиралась; увидев Рэя, она встрепенулась и пошла наверх по ступенькам.

В Риме, получив от нее письмо, он готов был убить ее — ударить, растерзать, задушить! Но сейчас почувствовал лишь легкое беспокойство: зачем она тут, что ей надо?!

— Здравствуй, — сказала она, подходя.

— Здравствуй.

Новое пальто — светлое, с поясом, такого у нее раньше не было. И прическа другая, та самая модная стрижка, которую она еще зимой хотела сделать, но передумала, потому что Рэй был против. И правильно, кстати, был против — стрижка эта ей совершенно не шла, щеки казались слишком пухлыми.

— Документы на развод пришли. Я решила их тебе сама привезти.

— Заходи, пожалуйста! — выдавив из себя вежливую улыбку приглашающе повел Рэй рукой.

Они прошли в небольшую гостиную на первом этаже, рядом с холлом. Войдя, Луиза нервно огляделась и, не присев даже в кресло, прямо стоя раскрыла кожаную папку с замочком, сразу напомнившую Рэю миссис Купер. Выложила на столик пачку документов в прозрачной пластиковой папочке.

— Вот. Тут все.

— Спасибо. Не стоило тебе утруждаться, ехать в такую даль, ты могла прислать все по почте.

— Да ничего. Я здесь, в Нью-Гемпшире то есть, по делу. Завтра и послезавтра в Конкорде[23], проходит семинар, на котором я должна присутствовать. Так что я решила заодно и к тебе заехать, завезти документы и машину. Ты же помнишь, по условиям развода она принадлежит тебе. В багажнике твои вещи — я все собрала. Деньги поступят к тебе на счет, как мы и договаривались, до конца года.

— Спасибо, — повторил Рэй. В свое время, сидя в римской тюрьме, он подписал соглашение, которое принес адвокат, толком даже не прочитав. Помнил лишь, что дом остается Луизе, а ему взамен причитается денежная компенсация. — А как же ты теперь без машины?

— Сейчас возьму напрокат, а когда вернусь домой, куплю себе что-нибудь небольшое и… женственное, — улыбнулась она, — например, «Тойоту».

— Сними хоть пальто, — предложил Рэй, — присядь. Хочешь чего-нибудь выпить, или кофе?

Он по-прежнему не ощущал ни злости, ни даже неприязни, лишь неловкость, как если бы встретил одну из своих полузабытых студенческих подружек: вроде и нужно о чем-то говорить, а о чем — непонятно. И Ри наверняка где-то поблизости крутится, ревнует…

— Нет-нет, я ненадолго заехала, — к его облегчению, покачала Луиза головой. — Вызови мне, пожалуйста, такси.

— Да, конечно.

Он вызвал такси, потом позвонил на ворота, попросил, чтобы машину пропустили — все это стоя к Луизе боком и чувствуя ее взгляд. Наконец обернулся к ней.

— Сказали, что такси будет через пару минут.

— Ну что, давай прощаться?

— Да.

— Рэй, — она замялась, на миг опустила глаза, но тут же снова взглянула на него в упор, — а ты… ты меня вообще любил когда-нибудь?

— Да, — солгал он. — Просто мы очень разные люди, и в какой-то момент это стало нам… мешать.

— У нас ведь были и хорошие времена, правда?

— Да. Были.

— Ладно, такси, наверное, уже подъехало. — Луиза неловко улыбнулась, и Рэй понял, что ей так же тягостно все происходящее и она так же не знает, что еще сказать, как и он.

— Да, пойдем.

Вслед за ней вышел на крыльцо. Как угадали: машина уже ехала по подъездной дорожке.

— Ну все. Счастливо, — сказала Луиза и пошла вниз по ступенькам.

Несколько секунд Рэй смотрел вслед удаляющемуся такси; почувствовал, как под локоть всунулась знакомая ладошка.

— Что ей было надо? — неприязненно поинтересовалась Ри. — И чего это она свою машину здесь оставила?

— Ничего. Она просто привезла документы о разводе, — улыбнулся он. — Так что я теперь свободный человек!

Той ночью Ри, зарывшись лицом ему в шею, зажмурившись и прижавшись всем телом, сказала мрачно, без всякой связи с тем, о чем они говорили до того:

— Знаешь, если я представляла себе тебя и ее вот так… вот так, как сейчас мы с тобой — мне ее убить хотелось! — Объяснять, о ком шла речь, Рэю было не надо. — Тебя мне тоже хотелось огреть чем-нибудь как следует… доской, — в подтверждение она от души пнула его кулачком в бицепс, — а ее просто убить! Но я все равно всегда знала, что ты — для меня, и что ты меня тоже любишь, и, может быть, сам этого еще не понимаешь, но я — для тебя, именно я, а не кто-то другой!

Что тут было возразить? Вместо ответа Рэй поцеловал ее в лохматую макушку.

Ри перевернулась на живот, уткнулась подбородком ему в грудь и, засматривая в глаза, спросила:

— А у тебя женщин много было?

— Нет… Да нет… — (Сказать «немного» — возможно, пасть в ее глазах, сказать «много» — соврать, да и заработать себе репутацию бабника…)

— А ты Луизе своей изменял?

— Слушай, ну у тебя и вопросики!

— Мне ты изменять не будешь! — она ткнула его пальцем в плечо.

— Не буду, — послушно пообещал Рэй. Он, в общем-то, и не планировал.