Позволяю любить - Алина Ржевская

Она пожала плечами.

— Можно вообще-то поспрашивать. Думаешь, он ее в городе держит?

— Не знаю, — ответил Виктор. — Пока что я просто ищу варианты.

Зазвонил телефон, Аня, отбросив в сторону персик, рванула в комнату.

— Да, алло! — закричала она в трубку. — Сергей? Ты?! Дай мне поговорить с Катей!

Все присутствующие с удивлением услышали, как из телефона донеслись отдаленные звуки красивой музыки. Аня швырнула трубку и в изнеможении опустилась на первый попавшийся стул.

— Что? — коротко спросил Виктор.

— «Аве Мария»…

— Понятно, — сказал он так же лаконично.

— Он мучает меня, — произнесла в изнеможении Аня. — Звонит, а потом включает Шуберта, гонит по телефону этот фрагмент…. Меня трясет уже, он сошел с ума… Я боюсь, очень боюсь. А вдруг он уже убил Катю?..

Она прижалась к Виктору. Этот чужой, совершенно незнакомый ей человек волей судеб в одну секунду стал для Ани самым близким. Аня в своей безысходности поверила ему. Поверила, что он поможет ей, спасет Катю. Виктор бережно обнимал ее. Аня не плакала, не билась в истерике, только глаза ее, переполненные ужасом, поочередно сменяли в себе то мольбу, то черную безнадегу, обжигали и выворачивали душу наизнанку.

— Все будет хорошо, — шептал Виктор. — Катя жива. Пока она нужна ему, он ничего не сделает. А потом… обещаю, вы никогда больше не будете его бояться. Я буду рядом. Ложись, тебе нужно поспать.

— Я не усну… не могу…

— Знаешь, а у меня появилась мысль! — Виктор воздел вверх указательный палец. Его охрана, молчаливо переминающаяся в дверях, слегка при этом жесте напряглась.

— Какая? — оживилась Аня.

— Его можно засечь по телефону. Определить, откуда он звонит. Существует такая специальная аппаратура…

— У тебя она есть?

— Будет! — заверил он. — Прямо сейчас отправлю за ней Андрея.

— Но он может звонить откуда угодно, — снова засомневалась Аня. Очень страшно было терять едва затеплившуюся надежду. — Кати там может и не быть.

— Хоть какая-то зацепка! И когда мы найдем его, вытрясем из него все.

Виктор немного отстранил ее от себя, чтобы посмотреть в лицо.

— Хочешь, я отдам его тебе на растерзание?

Она слабо улыбнулась:

— Хочу. Живьем порву.

Аня считала варианты.

— О Сергее может знать что-нибудь Саид, — сказала она.

Виктор нахмурился:

— Кто такой?

Они сидели на кухне, ждали звонка. Андрею очень быстро удалось разыскать необходимую аппаратуру, которую тут же подсоединили к Аниному телефону. Странно, теперь, когда позарез был нужен новый звонок от Сергея, тот молчал, держал какую-то свою драматическую паузу.

Аня одновременно и боялась его звонка, и страшно переживала, что он больше не позвонит.

— Саид? — переспросила она. — Мой бывший однокурсник.

— Кавказец?

— Иранец.

Виктор рассыпался градом коротких вопросов:

— Он здесь? В городе? Работает в больнице?

— Да, он в городе. Владелец чайханы, той самой, где я работаю сейчас.

— Уже не работаешь.

— Думаешь, уволит меня за то, что я сегодня не вышла на работу? Но я позвоню, объясню, Саид поймет…

— Он любит тебя?

— С чего ты взял? — нахмурилась она.

— Дурак, если не любит.

— Почему все влюбляются в меня, почему не оставят в покое? Других девушек, что ли, нет?

— По-моему, сейчас ты кокетничаешь, — отрезал Виктор и снова погрузился в свои мысли.

Впрочем, через пару минут он ответил-таки:

— Тебя нельзя не любить.

— Ты тоже влюбился?

— Я — нет. Мне нельзя.

— Почему?

— Я не могу больше никого любить.

— Вот и хорошо, — сказала Аня, и Виктор смог бы поклясться, что наткнулся на бугорки легкой обиды в ее словах. — И не надо в меня влюбляться…

Она позвонила Саиду, кратко рассказав о случившемся. Увы, тот тоже ничего о Сергее не знал, однако пообещал навести справки.

Как только Аня положила трубку, телефон снова зазвонил. Аня протянула было руку, но Виктор ее остановил.

— Стоп. Теперь не торопись, — сказал он. — Сейчас, как мне кажется, ты должна немного ошеломить его, удивить чем-нибудь этаким, так, чтобы он говорил с тобой как можно дольше. Попробуй притвориться беспечной, сумасшедшей, неадекватной… пусть он как-то проявит себя, разозлится… короче, делай все, чтобы у нас хватило времени его запеленговать. Поняла? Что угодно! Только не спрашивай ничего о сестре. Это может его спугнуть.

Аня сосредоточенно посмотрела на телефон.

— Хорошо, — выдавила она. — Я буду беспечной…

— Тогда бери.

Аня подняла трубку.

Шуберт, «Аве Мария».

— Привет, Сережа, — томно произнесла Аня в трубку. — Я уж и не ждала, думала, ты обо мне совсем забыл.

— Не забыл, — раздался его грубый голос, музыка на том конце стала играть тише. — Почему занято было? Ментам звонила?

— Занято? — с искренним удивлением в голосе вопросила Аня. — Ой! — всполошилась она. — Это я так с подружкой заболталась! Прикинь, она себе такое классное платье купила!..

— Какое платье? — Сергей аж задохнулся от справедливого негодования. — Нет, ты всегда была легкомысленной дурой! О сестре своей не хочешь подумать? — Музыка в трубке и вовсе смолкла; Сергей, она слышала, сердито закуривал.

— Конечно, думаю, Дай мне поговорить с ней.

Все-таки проскочила жалобная нотка! Виктор до боли сжал ее локоть.

— Потом, — сказал Сергей. — Ответь лучше, чем занимаешься?

— Персики ем, — честно ответила Аня. — Ты же помнишь, как я их люблю? Хочешь? Приезжай, еще остались, но скоро я их слопаю. Очень вкусно!..

— Аня! — возопил Сергей. — Что ты там задумала? — Он явно нервничал. — Какие к чертям персики? Ты хоть подумала, о чем я тебе говорил? Согласна?

— Конечно, согласна. Только…

— Ну?

— Только мне нужно платье. Красивое! И туфли. Мне вообще много чего нужно будет. Но сейчас денег нет, чтобы все это купить. Представляешь, все на персики потратила.

Сергей не на шутку встревожился.

Аня тоже с трудом сдерживалась, чтобы не раскричаться: костяшки ее пальцев смертельно побелели, лоб покрылся холодной испариной. Только присутствие рядом Виктора и спасало ее от окончательного нервного разрушения.