Именно в этот раз - Джил Грегори

Гром прогремел как раз в тот момент, когда Змей и Спунер вошли в комнату, неся на подносе еду и крошечную чашечку с элем. Они оставили Джози привязанной к ножке кровати, и она за время их отсутствия тщетно пыталась развязать толстую веревку.

– Хватит, дорогая, не трудись, – посоветовал Змей. Вид у Джози был весьма потрепанный. Влажные пряди волос закрывали лицо, нарядное платье, в котором ее похитили, безнадежно измялось.

– Тебе не удастся сбежать. На этот раз я с тебя глаз не спущу.

– Значит, мне остается только одно – убить тебя, не так ли? – выкрикнула Джози в запале и тут же пожалела о своих словах, заметив злобный блеск в глазах Змея.

– Ты опять дерзишь мне, детка?

«Думай, шевели мозгами», – велела себе Джози, стараясь придать своему лицу испуганное выражение.

– Прости. Я сказала глупость, – пробормотала она. – Но…

– Что?

– У меня болит рука, Змей. И я плохо себя чувствую.

Джози взглянула на Спунера, который поставил па хромоногий столик поднос с чашкой супа коричневатого цвета и краюхой хлеба. Вид у еды был отвратительный.

– Я еще не ужинала, а ты сам знаешь, каково мне приходится, когда я голодна. – Джози с трудом выдавила улыбку, стараясь пробить броню гордыни и мстительности, которой окружил себя Змей.

– Так давай жри! И перестань хныкать. Опасный блеск в его глазах почти исчез, и голос звучал не сердито, а всего лишь раздраженно.

– Может, развяжешь меня… хоть ненадолго? Я ведь не сбегу, пока вы со Спунером здесь.

Змей мерил шагами комнату.

– Валяй, – приказал он в ответ на вопросительный взгляд широкоплечего бандита. – Но только на то время, пока она будет есть.

Через несколько секунд Спунер развязал веревку.

– Ну вот и все, Джози, – сказал он чуть ли не извиняющимся тоном.

Джози схватилась за свое стертое до крови запястье. Она внимательно наблюдала за действиями Спунера и с ужасом поняла, что одной рукой ей с таким узлом не справиться. Надо искать другой выход.

Заставив себя проглотить несколько ложек омерзительного супа и пожевать краюху хлеба, Джози задумчиво поглядывала на Змея и Спунера из-под полуопущенных ресниц. Змей сидел на табуретке и чистил ножом ногти. Спунер беспокойно бродил по комнате, оборачиваясь к окну всякий раз, когда дождливую ночную мглу потрясали удары грома.

Наконец Змей заметил, что его жена уже не дотрагивается до еды, а просто сидит на кровати, держа в обеих руках чашку с элем, и украдкой осматривает грязную комнатенку.

Он сунул нож в карман и встал, бросив на Джози злобный взгляд.

Шум, доносившийся с первого этажа, из пивной, становился все громче. Его заглушали только удары грома.

– Что это ты задумала, детка? Ничего у тебя не получится.

– Я… у меня затекли ноги. Можно, я немного похожу по комнате – разомнусь, а потом ты опять меня свяжешь?

– Конечно, милочка. Давай погуляем вместе, – с ухмылкой сказал Змей, шагнув к Джози. Спунер молча отошел от окна. Змей обхватил талию Джози своей тяжелой рукой, и они быстро пересекли комнату, оказавшись возле окна. Кромешную тьму рассекали струи дождя. Джози показалось даже, что она различает какие-то кривые переулки и ветхие лачуги.

– Забудь об этом. – Змей обнял ее покрепче, развернул лицом к себе и прорычал, обдавая жарким дыханием: – Я знаю, зачем ты присматриваешься! Хочешь сбежать при удобном случае? Не получится. Слышишь? Нам с тобой еще надо поквитаться. И ты останешься здесь, со мной. Ты принадлежишь мне.

– Черта с два, – пробормотала Джози, толкнув его в грудь. Змей сжал ее сильнее. – Хватит! Ты делаешь мне больно…

– Ты тоже, дорогая. Сбежав, ты нанесла мне чувствительный удар. Верно, Спунер?

Спунер сглотнул, молча уставясь в пол. В пивной снизу раздался жуткий грохот, звуки ударов и рев возбужденных голосов.

– Может, нам сходить туда, Змей? Похоже, идет драка… а вдруг это Hoax и Дек? Они говорили, будто Пират Пит что-то мухлюет и надо, мол, положить этому конец. С тех пор как Hoax вернулся, ребята пьют без просыпу…

– Иди сам. Я занят.

– Но… меня никто не послушает. А ты велел нам оставаться трезвыми – до поры до времени.

– Что это вы задумали? – воскликнула Джози, не оставляя безнадежных попыток вырваться от Змея. Он нагнулся к ней.

– Незачем тебе беспокоиться и забивать нашими заботами свою хорошенькую головку, дорогуша.

От него по-прежнему пахло джином, луком и табаком. Влажные губы внезапно впились в ее рот. Содрогаясь от отвращения, Джози яростно выворачивалась и билась.

Змей швырнул ее на кровать, а сам улегся сверху, придавив тяжестью своего тела. Джози обуял животный ужас. Тяжело дыша, он больно щипал ее, оскверняя тело своими мерзкими поцелуями… Как это гнусно и как не похоже на то, что она испытала прошлой ночью с Итэном! Поистине вопиющая разница – свалка нечистот и луговые цветы…

– Нет… будь ты проклят! Нет, Змей, больше я не позволю тебе… делать со мной такое.

Змей вцепился ей в грудь.

– Я делаю это сейчас и буду делать, когда захочу – ясно?

Джози со всей силы пнула его коленом в пах. Змей взвыл, на мгновение окаменев от боли, потом согнулся пополам и с мучительным стоном откатился в сторону.

– Ах ты… сука! – Его лицо побагровело и исказилось от ярости и боли. – Я… я тебя проучу…

С нижнего этажа опять донесся грохот – на этот раз еще более оглушительный.

– Змей, надо что-то предпринять, – сказал Спунер, переминавшийся с ноги на ногу возле двери. – Если наши ребята подерутся с Питом и Малышом…