Этюд в сиреневых тонах - Тиана Соланж

— Ничего! Исчезла, никто не видел, — процедил он сквозь зубы, а затем потряс телефоном, — и абонент «вне зоны доступа». Проще говоря…

— …забила на тебя, — вдруг развеселился Толик, глядя на рассерженного брата. — Не, ну а что?! Облажался ты, брат, по полной! — он, едва сдерживая смех, забрался на водительское сидение. — Молодец девчонка! Спуску тебе не дает!

— О чем ты? — буркнул Север, не понимая причин веселья, — с чего ты решил? Я ничего…

— Так уж и ничего? — озадачил его друг, деланно удивившись. — С чего ты вдруг сунул ей в руки планшет? Решил показать в проект? И, вообще, о чем вы говорили так долго? — засыпал он Севера расспросами.

— Да, ничего особенного, — отмахнулся мужчина, глядя в окно и раздумывая, где искать девушку. — Извинился, попросил отвлечь наших гостей разговором, а чтобы они не пялились на нее весь вечер, отвлек набросками проекта. Да, не думал я, что они воспримут ее… так, — вспылил неожиданно Север, в ответ на пристальный взгляд Анатолия. Тот даже ненадолго завис, рассматривая брата. — Да что?! Я же ничего такого не имел в виду…

— Попросил отвлечь гостей? Сев, каким образом? А чем станет «отвлекать гостей» девушка, ты подумал? — Анатолий выразительно смотрел на брата, а затем вынул из кармана пиджака плотную картонку с адресом и телефоном новых заказчиков и повертел ею перед его носом. Север скрипнул зубами, догадавшись, что подумала Саша о нем и его «просьбе». — И после этого ты… спрашиваешь, как облажался? Да ты попал, брат!

***

И снова уходили они «огородами», — подумала я, выходя через черный вход из ресторана. Провожали меня изумленными взглядами все попавшиеся на глаза официанты. Я даже уточнила у одного из них, где ближайшая остановка маршрутного транспорта. Туда и направилась, не обращая внимания на удивленные взгляды персонала. Жаль только, вещи забрать не могу, но, да и ладно, — махнула рукой, нашарив в кармане куртки проездной, — хоть это не забывала никогда брать с собой. — Куда-нибудь, да доеду, прежде чем Зарницкий обнаружит мое отсутствие и догадается о «побеге».

Я заскочила в последний уходящий автобус, даже не уточнив, куда направляюсь, и тут же в кармане раздалась мелодичная трель телефона. На экране, ожидаемо, высветилось «Северин Зарницкий» — надо же, как официально внес себя в телефонную книгу! — и немного помедитировав над ним, сбросила вызов, переставив телефон на беззвучный режим. Сунула его в карман, затем снова достала, решив выключить совсем.

Автобус медленно тащился по улицам, останавливаясь, впуская и выпуская пассажиров, а я так и не могла решить, что делать дальше. Документы и часть денег остались в сумке, а сумка осталась в салоне машины, и где мне теперь ночевать, я не знала. В голову назойливо лезла лишь одна мысль — надо возвращаться домой. Хватит этой беготни и пряток от отца и Бахтияра, но…

Это пресловутое «но»! не могла я вернуться, как побитая собака, поджавши хвост. Да и значило бы это только одно — дорога мне только в ЗАГС, да и то… если семейство Кильдеевых примет. Там я точно пришлась не ко двору, и лишь Бахтияру я нужна… в качестве постельной грелки теперь. Потому что после нашего разговора с отцом, мне ясно дали понять, что надеяться на что-либо мне больше не стоит.

И ведь отец реально требовал, чтобы я вышла замуж за Бахтияра, а я не понимала, почему для него это теперь идея «икс». Он говорил об этом абсолютно серьезно, желая отправить меня туда, едва ли не под конвоем, но избежать этого мне тогда удалось, и вот теперь…

Я горько вздохнула, вспоминая, через что мне пришлось пройти, чтобы избежать «заключения» в виде брака. Спасибо Лизе, помогла с «маскировкой», раздобыв у «театралов» необходимый реквизит. Темный парик с длинными локонами, а я купила в оптике цветные линзы и очки без диоптрий в массивной оправе, и облик а-ля «ботаничка» не раз выручал меня, когда требовалось пройти незамеченной в универ мимо пасущихся у входа дружков Бахтияра. Возможно, кто-то из «наших» мог сдать меня им, но тут меня выручали длинные коридоры университета, которые я изучила за это время вдоль и поперек, и где мне удавалось благополучно скрываться.

И все-таки, если бы не помощь старосты, которая к тому же прикрывала меня перед преподавателями, когда мне было необходимо срочно уйти, я бы, наверное, давно уже вылетела из универа и сидела дома. А ведь она ничем мне не была обязана, но помогала, и я ей очень признательна.

Телефон снова засветился в руке, едва я собралась нажать на кнопку отключения питания, и на экране высветился номер абонента. Лиза! Интересно, что-то случилось, или….

— Сокольская, тебя где носит? — рыкнула натурально Липатова, стоило мне ответить на звонок. — Ты на часы смотрела?

— А-а… э-э…, — выдала я глубоко осмысленную фразу, обдумывая, чем могла расстроить нашу старосту.

— Давай уже, дергай ко мне! Хватит изображать из себя бродягу, — сказала она резко, а затем отключилась.

— Лиз, подож…, — но ответом мне стали короткие гудки. А ведь я собиралась уточнить адрес, ведь в гостях у нее я не была ни разу. И куда, интересно, я должна «дергать»?

В этот же момент на телефон пришло смс с адресом дома и номером квартиры. Еще бы знать, а куда теперь я, собственно, ехала на этой маршрутке? Я перебралась ближе к водителю и кондуктору, дремавшей на передней площадке. Спросила, как мне добраться до нужной улицы, и получила ответ, что сойти требуется на следующей остановке, а там спокойно дойду пешком — пара кварталов всего. Поблагодарила женщину и вернулась на место, ожидая остановку.

Топать пришлось прилично, при этом я даже присвистнула, понимая, сколько по времени у Лизы занимает ежедневный путь до универа. А ведь я, живя практически рядом с учебным корпусом, раньше добиралась только на машине. И мне ведь в голову ни разу не пришло, предложить старосте подвезти ее. Катала постоянно Крис, которая жила к учебке еще ближе меня. Я свернула, решив пересечь двор через небольшой скверик, но уже на подходе к нужному дому, слегка сбавила шаг, чувствуя необъяснимую тревогу внутри. Словно… за углом меня ожидала грандиозная подстава? Я шагнула в круг света от фонаря и замерла, потрясенно уставившись на…

Северин был зол. Нет, он был просто в бешенстве.

Это я поняла по чуть напряженной позе, в которой