В порыве страсти - Розалин Майлз

– Не трожьте меня, я в порядке! Тщательно нанесенный грим размазался, и лицо красавицы покрылось кляксами и красными пятнами. Глаза в потеках туши и опухшие губы опровергали ее браваду. Она откинулась в кресле, словно давая понять, что в состоянии сама о себе позаботиться.

– Я не хочу ложиться! – вызывающе заявила она. – Я собираюсь остаться, пока не придет Алекс, и рассказать… рассказать ему, что знаю.

– Знаете? – вежливо спросила миссис Мацуда. – Что вы знаете?

В кухне наступила тишина, собравшиеся ловили каждое слово Триши. Хоть время было неподходящим для театральных эффектов, она не могла устоять перед соблазном показать себя.

– Я видела Элли в ночь, когда она умерла, – победно заявила Триша. – Алекс думает, что в последний раз ее видели, когда она утром заявилась ко мне в комнату и я ее уволила. Так он и сказал полиции. Но я видела ее вечером, когда шла из дома для гостей на ужин. Я пришла последняя, значит, и видела ее последняя. И я хочу сказать это Алексу!

Крэйг Бакли недоверчиво засмеялся.

– Вы что, еще ему не сказали?

– Мне поначалу и в голову не пришло! – резко возразила Триша. – Когда девчонка исчезла, я и не подумала волноваться, и только потом поняла, что это была последняя ночь, когда ее видели живой! – Триша принялась копаться в сумочке, ища сигарету. – А когда поняла, то пыталась ему сказать! Но он не пожелал слушать, был слишком занят.

Слишком занят, развлекаясь с тобой, подумала миссис Мацуда. Вслух же она дружелюбно спросила:

– Так что вы видели? Триша выпрямилась.

– Я видела девчонку, когда шла по лужайке, – она обходила дом сзади. Я думала, она идет помочь с ужином. В темноте у кухонной двери ее ждал мужчина. Он схватил ее, они подрались.

– Какой мужчина? – нетерпеливо спросил Бакли.

Триша надула губы.

– Не разглядела, темно было. А я шла к парадной двери, какое мне дело до бранящихся черных на заднем дворе!

Миссис Мацуда наклонилась вперед.

– Это был абориген?

– Да! – сварливо ответила Триша.

– Плотный, крепко сбитый? – вставила Элен. – Похож на мужа Элли, Марка. – Она вздохнула. – Ох, бедняжка Элли! К этому шло!

Миссис Мацуда подняла руку и снова повернулась к Трише.

– Вы уверены, что видели аборигена?

– Конечно уверена! – огрызнулась Триша. – Кого же еще? Я…

– Она его не видела! – громогласно объявил Крэйг Бакли. – Было темно, и если парочка ссорилась у черного хода, а мисс Триша шла к парадной двери, расстояние было слишком велико. – Он устремил на Тришу взгляд, достойный доктора Геббельса: – Вы просто догадываетесь, что, раз они дрались, это был черный!

– Да, но я…

– Так что это мог быть какой угодно мужчина, белый или черный, – настаивал Бакли. – Любой мужчина из Кенигсхауса или откуда-то еще!

Воцарилось молчание. Вдруг из угла раздался голос, который меньше всего ожидали услышать.

– Это был Марки.

Все глаза устремились на Розу, которая, сжав бутылку, сгорбилась в углу у двери.

– Она видела Марка, – хрипло повторила Роза. – Я их слышала. Прямо перед ужином. Его и негодницу Элли.

Домоправительница явно не разделяла мнения о том, что о мертвых нельзя говорить дурно.

– Девка притащилась, как раз когда я накрывала ужин, – злобно выкрикнула она. – А этот негодник, ее пьяница муж, поджидал ее, не хотел, чтобы она шла, мол, хватит с него ее шашней. «Ты говорила, тебя уволили, – заорал он. – Так что ты тут делаешь?» А она в ответ: «Чего ты меня держишь? Я тебе утром говорила, что вернусь, когда вздумаю!» Они подрались, я слышала, как он ее треплет и молотит, а она визжит как свинья.

Повисло тяжелое молчание. Элен подняла голову.

– Значит, ее убил Марк, как и говорит полиция.

– Должно быть, он, кто же еще? – вмешался Бакли. – В девяноста процентах случаев обвиняют в убийстве человека, которого последний раз видели с жертвой.

Миссис Мацуда кивнула.

– Как и мистер Мацуда, мистер Бакли знает о таких вещах очень много. Если муж был последним, кого видели с женщиной, для него это очень плохо.

– Разве что он не был последним.

В голосе домоправительницы нельзя было не расслышать удовлетворения тем, что она одержала победу над иностранцами и самозваным экспертом Бакли.

– Что ты имеешь в виду, Роза? – осведомилась Элен.

На темном лице застыла горделивая маска.

– Той ночью приходил дух миз Труди, – нараспев объявила Роза. – Она приходила за мистером Филиппом, пришла и за негодницей Элли.

– Роза… – Элен глубоко вздохнула. – Зачем мисс Труди приходить за Элли?

– Потому что она шлюха! Я слышала, как она говорила Марки: «Я со всеми спала, все меня трахали, и мистер Филипп, и мистер Алекс, и мистер Джон – все они, все!»

Господи Боже, подумала Элен, когда же это кончится?

Миссис Мацуда насторожилась.

– И это правда? Или она так сказала, чтобы подразнить мужа?

– О мистере Джоне – неправда, – рассудительно объяснила Роза. – Но о тех двоих – правда, о близких миз Труди, о ее муже и сыне. А Марки этого не знал, ничего не знал, не знал наверняка, пока она не сказала и не посмеялась над ним! Вот он и колошматил ее, а она визжала, и я слышала смех миз Труди. По-моему, у Марки Хендса хватило бы дурости прикончить ее. Но он колотил ее, а она визжала, визжала и твердила одно и то же старику Марки, а потом убежала от него в буш. Она кричала, мол, отстань, а то когда-нибудь найдут тебя под кустом со свернутой шеей, она это хоть сегодня может устроить, как встретится…

Напряжение в комнате стало невыносимым.

– Так у нее еще было свидание? – резко спросил Бакли. – Она собиралась встретиться с кем-то еще? С кем?

Роза покачала головой.

– Встречусь с «ним», говорила она. Только с «ним», больше ничего.

Он наверняка там, больше ему некуда деться.

Ликующий, радостный Джон мчался сквозь буш на мотоцикле – мотоцикл подвернулся под руку, когда он выскочил из дома. Наконец, наконец-то он поймает Чарльза, дядюшке не уйти. Слишком много народу присутствовало, когда он бросил ему вызов, ему не удастся дальше плести паутину лжи. Неудивительно, что он удрал! И бежать он мог только в одну сторону. В аэропорт. Чарльз умел управлять вертолетом, все в доме умели, без этого на огромной далекой ферме не прожить.

Чарльзу нужно побыстрее убраться. Для этого есть только один путь. Он слишком умен, чтобы уехать на машине – полиция с воздуха обнаружит его по следам быстрее, чем орел – медлительного жука. А прожив много лет в городе, он растерял навыки сельской жизни и не догадался сесть на лошадь, чтобы скрыться в буше. Нет, путь к спасению для него лежит только через аэропорт.