Коэн - Головнин

— Вот ещё! Я просто спросила.

— Я прочитал твой отчёт, Мелани. — Голос в миг принял деловые нотки. — На этот раз я увидел твой почерк.

— Интересно как? Там одни цифры и статьи.

Гелан присел на край стола, взяв в руки ручку из органайзера.

— Смотри, Анна (наш главный специалист) любит делать много сносок. Иногда даже кажется, что они бывают лишними. Майкл вообще не делает сноски — вместо них он пишет статьи прямо в тексте. Деймон же любит минимизировать и сокращать итак сокращённую информацию. А вот у тебя развёрнутый и понятный отчёт.

— Ты запомнил почерк каждого сотрудника?

— Это моя работа, Мелани. Кстати, — он вынул из кармана билет. — Дата поездки немного сместилась.

Я посмотрела на билет. Дата ударила обухом по голове: завтра вылет. Я в растерянности посмотрела на мужчину.

— Встречу наши партнёры перенесли на послезавтра.

— Кто назначает встречи на воскресенье?

— Ты верующая?

— Святой день в субботу, Гелан. Или ты православный?

— Я католик. И телом, и душой.

Я издала сдавленный смешок и обвела мужчину взглядом. Его рубашка была готова вот-вот треснуть на его накаченном теле. Невольно я облизнула губы. Осеклась.

«Черт, лишь бы только он не заметил!» — Но Гелан заметил. Он повторил мой жест и тихо рассмеялся.

— Водитель заберёт тебя за два часа до рейса. Будь готова.

Странное для меня чувство вновь завладело моим телом. Я смотрела в след уходящему мужчине, теребя пальцами тонкую цепочку на шее. Вскоре появились коллеги, и работа снова закипела в офисе. Секретарша Гелана сегодня весь день носилась по помещению, заходя в тот или иной кабинет — собирала все нужные бумаги для нашей командировки. Девушка периодически приходила ко мне и спрашивала о тех или иных прихотях. В итоге, к концу дня я имела на руках три документа: отчет о сделках, командировочную и собственный райдер.

Дома было тихо. Войдя, я сбросила ставшие под вечер мне неудобные туфли, повесила на вешалку сумку и поплелась на кухню. Достав из холодильника бутылку шампанского, я решила утопить сегодняшний тяжелый и муторный день в пару бокальчиках игристого. Но не успела я открыть бутылку, как в дом с грохотом ввалилась моя дорогая тетушка. Сью, словно ураган, снесла после себя мирно покоившиеся на тумбе листы. Она нашла меня на кухне, в тот момент, когда я открыла бутылку, налила себе фужер шампанского, мечтая пригубить этот напиток. Только-только поднесла бокал к губам, как Сью выхватила напиток и залпом его употребила.

— Да нет, конечно, пей. Я же тебе налила! — Я вскинула брови и шумно выдохнула. Сью села за столешницу и стала нервно перебирать пальцами по площадке. — Что случилось?

— Шейли случилась! — Я села рядом с ней и разлила напиток в бокалы. — Спасибо. — Она отпила немного. — Она с того момента, как Алекс сделал ей предложение совсем испортилась.

— Она что, молоко, чтобы портиться?

— Ты не поняла. Она оказалась капризной! Невыносимой!

— Да? Я думала, она теперь стала твоей лучшей подружкой. — Сью нахмурилась.

— Тебя мне никогда никто не заменит. Мы с тобой одной крови.

— Что натворила невеста Александра?

— Мы пошли выбирать меню в кафе. Поначалу, все было хорошо. Мы выбрали закуски, напитки, и дело дошло до основных блюд. И тут оказалось, что Шейли не хочет видеть мясные блюда на столах. Видите ли, убивать животных — грех!

— Многие сейчас веганы. С этим ничего не поделаешь. — Я пожала плечами, а их груди вырывался издевательский хохот. Это точно не про нашу семью.

— Ты можешь дать на выбор гостям блюда, но не ограничивать всех! Нам что теперь, есть траву?

— Ну шпинат, говорят, очень полезен. — Я рассмеялась, когда девушка ткнула меня локтем в бок. — Ну, а если серьезно, давай притащим ей на свадьбу пару килограммов шашлыка. Думаю, Александр против не будет.

— Тебе лишь бы шутки шутить!

— Кстати, я завтра улетаю.

— Уже? Почему так скоро?

— Гелан сказал, что встречу перенесли. Придется ехать раньше.

— Вы будете одни? — Она как-то заговорщицки улыбнулась. Глаза её сузились и смотрели на меня с хитрецой. Я фыркнула на ней. — Да ладно тебе. Будто бы ты не хотела оказаться с ним вместе в одном номере.

— Вымыть бы тебе рот с мылом. — Она хищно улыбнулась, отпивая шампанское.

— Уж кому и мыть, так тебе, дьяволица. — Мои губы плавно растянулись в улыбке, оголяя ряд зубов.

— Он очень много работает. Видела бы ты его глаза — красные, как эта жидкость в графине. — Я показала на виноградный сок.

— Он генеральный директор. В таком возрасте сон уходит на второй план.

— Я не помню, чтобы у папы была такая усталость. Может, он чем-то болен?

— А может, у него есть дела помимо работы? Или какая-нибудь загорелая девушка не дает ему уснуть.

Мне стало неприятно от её фразы. Почему-то я разозлилась на реплику тети. Опустошив залпом половину бокала, я бросила недовольный взгляд на неё.

— Просто он не наследник династии, как мы с тобой, Сью. У него нет за спиной надежного тыла и хорошей подушки под задницей.

— Хочешь сказать, что он в таком возрасте оказался на такой должности из-за его трудолюбия?

— А разве нет? Много работает и мало спит. Все же очевидно.

Мой голос стал раздражительным. Моя собеседница поднялась со стула и обняла меня.

— Закроем тему. Как насчет того, чтобы устроить вечерний заплыв, а потом начать собирать вещи?

— Неужели ты мне поможешь?

— Мелани, ну хватит! Я пообещала Шейли помочь со свадьбой. Я с ней хожу не потому что, она стала мне подружкой.

— Да? Что-то мне так не показалось.

— Будешь вечность на меня обижаться? — Я улыбнулась. — Да ты же издеваешься!

— Не тебе же одной трепать мои нервы.

Остаток вечера прошел в привычном для меня режиме: мы с тетей искупались в бассейне, нанесли масочки и, допивая вторую бутылку шампанского, стали собирать вещи. Сью ушла поздно вечером. Родители к тому времени уже вернулись домой и застали меня за сбором чемодана. Мама и папа, стоя в коридоре, смотрели на меня. Дверь была распахнута — в комнате стало душно, и я открыла дверь. Папа приобнял маму за талию, как в прочем, это было всегда.

— Куда ты собираешься, Мелани? — спросил отец.

— В командировку.

Свет в какой-то момент погас в одной части коридора. Тень на лице папы омрачала его и так суровое лицо. Я съежилась, словно воробьишка. Он отстранился от мамы.

— Есть разговор, дочка.

Я послушно вышла из комнаты и последовала за папой. Он привел меня в свой кабинет, уселся