Невольница. Книга 1 - Сара Ривенс

Я вытаращила глаза, когда он с наигранно нежной улыбкой обвил рукой мою талию и поцеловал в висок.

— Кики. Садись за стол, все остынет!

До сегодняшнего дня я ни разу не сидела за этим столом. Мы с психопатом вообще эту часть кухни не использовали. Эбби с Райаном расположились напротив. Несколько минут царила редкая тишина. Затем снова начались вопросы.

— А давно вы уже вместе?

— Три месяца, — сказал психопат как ни в чем не бывало.

— Ты по-прежнему не хочешь невольницу? — спросила она, запихивая в рот порцию лапши.

Я чуть не поперхнулась водой. А психопату все было нипочем.

— Элла такая ревнивая, — глянув на меня, заявил он. — Да мне пока и не нужно.

Лжец.

— Не надо зацикливаться на неудачном опыте, Эш, — начала Эбби очень серьезным тоном.

Он сжал челюсти, положил вилку на стол и кашлянул.

— Ты бы лучше ела свою лапшу, Эбби.

— Я серьезно, Эш…

— Я не желаю тебя слушать, — оборвал он ее, испепеляя взглядом. — Мы…

— Но ты не должен из-за этой стервы Изобел плохо думать обо всех невольницах! — воскликнула она.

Мое сердце пропустило удар. Изобел не просто его бывшая, она бывшая невольница.

Глава тридцать первая. Возвращение в прошлое

Я молча убрала со стола. Вечер обещал быть непростым.

Психопат выскочил из кухни в черной злобе.

Его сестра поняла, что совершила большую глупость, и теперь искала утешения в объятиях своего парня. Оба сидели в гостиной.

Изобел.

Снова и снова Изобел.

Одно только имя этой женщины приносило холод и враждебность, отравляло мысли и убивало малейшую искорку счастья, которое мог познать Эшер.

Ее бывший хозяин, но еще и бывший парень.

Она сломала его, она его изменила, она сделала его отвратительным.

Но зато появился ответ хотя бы на один вопрос. Он не выносит невольниц из-за нее. Возможно, из-за нее также погибли две предыдущие невольницы. Из-за нее мне пришлось страдать в начале нашей встречи.

Что же она натворила? Какие раны нанесла Эшеру Скотту, чтобы он стал таким холодным, таким злым и враждебным по отношению к невольницам? И не только он — они все заразились этим вирусом, этим неизлечимым недугом.

Изобел Джонс.

Ее призрак витал здесь, и я его чувствовала.

— Ты закончила? — хриплый голос психопата вырвал меня из размышлений.

Я повернулась к нему, закрыла посудомойку и кивнула. С вечной сигаретой в уголке рта он молча меня разглядывал. Если честно, пусть бы и молчал дальше.

— Эбби заняла твою спальню, ты будешь спать в моей.

У меня не было желания спорить. Поэтому я просто кивнула, и Эшер вышел. Он казался неприступным, а в его случае это означало «не говори со мной и не задавай вопросов, иначе ты труп».

Эбби вошла на кухню, виновато улыбаясь. Я улыбнулась ей в ответ. Конечно, она раскаивалась в том, что испортила всем настроение, которое и так держалось на волоске.

— Друг Райана заедет забрать нашу машину, — сообщила она. — Он останется совсем ненадолго.

Я кивнула.

— Пожалуйста, предупреди сама Эша. Мне не хочется сейчас с ним разговаривать. Знаешь, он такой вспыльчивый и…

— Знаю, — перебила я, чтобы она не оправдывалась. — Не беспокойся, я все сделаю.

Эбби снова улыбнулась и неожиданно обняла меня. Я застыла, но потом расслабилась и тоже обняла ее. Она проговорила мне на ухо:

— Ему и правда очень повезло с тобой. Судя по тому, как он на тебя смотрит, он очень тебя любит.

По тому, как он на меня смотрит? Глупышка, это всего лишь комедия. Знала бы она!

— Я счастлива, что мой брат наконец-то нашел достойную девушку после Изобел, он был в депресс…

— Я знаю, — снова оборвала ее я, хотя на самом деле ничего не знала, — но теперь она далеко. И пусть так все и останется.

Я не хотела, чтобы она рассказывала о его прошлом, — я хотела, чтобы он сделал это сам. Я уважала его выбор молчать. У него были свои причины, и я это понимала. Мне бы тоже не понравилось, если бы кто-то говорил о моем прошлом, когда я сама еще не готова раскрыться.

Искренне улыбаясь, Эбби отпустила меня. Я шепнула, что сейчас вернусь, и отправилась к психопату. Чем выше я поднималась, тем сильнее сдавливало грудь. Я боялась того, чтó он скажет или сделает в таком состоянии. Но еще больше я боялась его молчания.

Перед дверью, отделяющей меня от демона, я помедлила. Мне было слишком неловко после случившегося.

Собрав все свое мужество, я тихо постучала.

Один раз.

Тишина.

Второй раз.

По-прежнему нет ответа.

Третий раз.

Он что там, умер?

— Эшер? — позвала я, приложив ухо к деревянной створке.

— Заходи.

Я глубоко вздохнула, сдерживая страх, колючим комом ворочавшийся в животе, и осторожно открыла дверь. Он лежал на кровати, уставившись в потолок. И казался спокойным. Слишком спокойным.

Но то, что я увидела — вернее, то, чего не увидела, — заледенило мне кровь. Не было сигареты в зубах. Даже в пальцах, как он часто ее держал, не было.

Эшер без никотина был еще опаснее, чем Эшер с никотином.

— Чего тебе? — холодно спросил он.

— Ну… я… — залепетала я.

— Да говори уже! — рявкнул он раздраженно.

Все-таки разозлила его. Браво, Элла.

— Твоя сестра…

— Ни слова о моей сестре, Элла, — проскрежетал он. — Даже имени ее не произноси.

— Их друг заедет за машиной, — быстро сообщила я.

Он повернул ко мне голову, шумно выдохнул и встал с кровати. Я попятилась и осторожно закрыла дверь с другой стороны.

Да. Я ускользнула от Эшера Ужасного. Это имя тоже отлично ему подходило.

— Иди сюда, — произнес ровный голос, и я чуть не упала в обморок.

Я надеялась, что сплю, но нет, он действительно звал меня. Нерешительно я приблизилась и молча посмотрела на него.

Он хмуро всмотрелся в мое лицо. И заметил, что мои руки нервно подергиваются.

— Что с тобой? — поинтересовался он, подбородком указывая на мои судорожно переплетенные пальцы.

— Ничего, а что? — ответила я, делая вид, что не поняла.

— А мне чуть не показалось, что я действую тебе на нервы, — заключил он с кривой ухмылкой.

Эта знакомая ухмылка успокоила меня, слишком я боялась его ярости, в которую он впадал от упоминания имени Изобел. Его рука завладела моей талией, и он придвинул меня к себе. Как ни странно, его дыхание было спокойным. Второй рукой он погладил мое плечо, и я, не отдавая себе отчета, обняла его.

Мы так и стояли, молчаливые и спокойные. Вот уж чего я не ожидала,