Цель мафии - Мила Финелли

Я видел. Кто-то предложил миллион евро за убийство Джулио.

— Соглашайся. Скажи им, что я сделаю это.

— Его уже приняли. На прошлой неделе. Видишь этот ответ?

— Minchia!(Твою мать!) — я пнул ее мусорную корзину.

— Эй! Не ломай мои вещи.

Заказ разместили на прошлой неделе. Времени в обрез.

— Мы можем посмотреть, кто разместил или принял запрос?

— Я не знаю, кто его разместил, но давай посмотрим, смогу ли навести справки об ответившем, — клавиши на ее клавиатуре клацали. — Мне кажется, что я узнаю пользователя.

— Просто напиши сообщение. Скажи, что я предложу им двойную плату за невыполнение задания. И я хочу знать, кто их нанял.

— Я могу спросить, но они могут ответить не сразу.

— Сделай это, — Я схватил телефон и набрал номер первого человека, который, как мне думалось, мог заказать Джулио.

— Алло, — Вито Д'Агостино ответил на втором звонке.

— Мне нужно поговорить с твоим братом.

— Я тебя слушаю, Алессандро Риччи, — это был дон Д'Агостино. — А я думал, что в прошлый раз мы договорились притворяться, что не знаем друг друга.

— Ты нанял другого?

— Cosa?(Что?)

— Другого, после меня. Для Джулио, — я не хотел говорить это по телефону.

— Нет.

— Точно? — я уставился в окно, ничего не видя.

— Ты сомневаешься в моих словах?

— Конечно, нет.

— Вот и умница. Кстати, я слышал, что ты неплохо устроился в Сидерно. Встреча с родственниками прошла хорошо?

На заднем плане я услышал, как Вито хмыкнул. Чертов мафиози.

Я повесил трубку.

Спустя несколько минут, Саша сказала:

— Я только что получила ответ. Смотри!

На ее мониторе я увидел его. Киллер был немцем. Он с радостью согласился взять мои деньги за несделанную работу. Еще лучше, он назвал имя заказчика.

Дон Бускетта, отец Нино Бускетты.

Я ударил по стене позади себя. Вот же старый stronzо (ублюдок). Значит, Бускетта узнал, что Джулио убил Нино в Палермо. Затем вспомнил, что Джулио единственный, кто снял маску в ту ночь. У Нино были камеры в спальне?

Cazzo. Почему я не проверил? Конечно, у этого любителя кокаина были камеры, он поди пересматривал видео, как трахает свою любовницу.

Я должен был позаботиться об этом. Джулио ненавидел меня, но я не позволю дону Бускетте убить его. Джулио заслуживал спокойной жизни без бомб и снайперов. Пусть даже я умру, но я дам ему эту жизнь. Это самое малое, что я мог сделать.

— Ты знаешь, кто это? — Саша откинулась назад, глядя мне в лицо.

— Забронируй мне билет на первый рейс в Палермо, — кивнул я.

Джулио

— Джулио, ты меня слышал?

— Хм? — я вернул свое внимание к тому, где находился — на пассажирском сиденье внедорожника Бенито. Я плохо спал и мало ел. Три недели. Казалось, что это долбанная вечность. Единственное, что помогало мне оставаться в здравом уме — это подготовка к Малаге.

— Я спросил, ты согласен, чтобы я поехал с тобой в Испанию?

Я подкурил сигарету и затянулся. Темные улицы Сидерно проносились мимо, пока мы ехали через город на нашу встречу, и я расслабился от никотина.

— Конечно. Фаусто сказал, что я могу выбирать. Ты уверен, что хочешь поехать?

Когда я выпустил дым в окно, Бенито наклонился, чтобы взъерошить мои волосы.

— И пропустить все веселье? Ma dai! (Да ладно?!)

Я оттолкнул его и сказал, чтобы он отвалил. Бенито рассмеялся, но я услышал серьезное беспокойство, когда он спросил:

— Ты точно в порядке? Ты неразговорчив.

— Я в порядке, — в последнее время говорю это так часто, что мне стоит сделать это своей новой татуировкой.

Когда докурил сигарету, тут же зажег другую. Жужжание отвлекло меня от беспорядка в голове. Я был измотан и зол. Единственным человеком в хорошем настроении в эти дни был мой отец. Ему нравилось, что я дома. Фрэнки настороженно наблюдала за мной, а Зия постоянно оставляла мне церковные расписания. Хуже того, я ни с кем не мог поговорить об этом. Кроме моих близких родственников, никто не знал истинной причины ухода Алессио.

Никто не знал, что он предал меня.

Чтобы избавиться от горечи во рту, я сделал еще одну затяжку. Преданность была для меня всем, это понятие прививалось мне с рождения. Люди Раваццани не прощали и не забывали. Перемирие моего отца с Д'Агостино было единственным исключением, которое я мог вспомнить, и это было свидетельством того, как сильно он любил Фрэнки.

— Итак, Испания. Расскажи мне о ней, — Бенито повернул за острый угол.

—— Хорошая еда, хорошее вино. Пляжи, madonna. Тебе понравятся местные женщины, — в Малаге было столько всего интересного. Она напомнила мне Сидерно на самом деле.

— Хорошо, потому что я уже перетрахал всех самых красивых калабрийских женщин. Мне нужна новая киска, кузен.

— Это единственная причина, по которой ты хочешь поехать со мной?

— Конечно, нет, — он толкнул меня в плечо. — Я скучаю по тебе, idiota.

— Я думаю, ты должен стать моим консильери, — с тех пор как я узнал, что Бенито поедет в Испанию, у меня зародилась идея.

— Ты серьезно? — он повернул голову в мою сторону.

— Кому еще я могу доверять больше, чем тебе? — хотя он был на несколько лет старше, мы с Бенито выросли вместе. Мы были семьей.

— Это будет честью для меня.

— Спасибо, — я положил руку ему на плечо. — Из тебя получится неплохой советник, Бенито.

— Так мне, что? Называть тебя теперь Дон Раваццани? — Бенито приподнял брови.

— Нет, черт возьми, — это звание было моего отца до самой смерти. — Так же как и раньше.

— Не волнуйся, я придумаю, как тебя называть.

Это была ужасная перспектива. Мы оба замолчали, когда он подъехал к черному входу склада. Он выглядел пустым, заброшенным, но это было неудивительно. Турецкие партнеры были параноиками, и мы собирались приобрести много нелегального оружия. За последние две недели я собрал запас оружия достаточно большой, чтобы начать войну в Малаге.

Мой мобильный зазвонил как раз в тот момент, когда Бенито заглушил