Скворцы и Проклятые самоцветы - Оксана Керис

Плюс к этому еще и утреннее происшествие. Вася едва знала Алевтину Новгородцеву, но случай вышел особенным. И этот парфюм — какой-то модный аромат, чуть ли не каждый второй парень так пахнет. Единственное положительное в сегодняшнем дне — список подозреваемых сократился до пятидесяти семи человек. Именно столько парней-студентов были в ночь полнолуния в одной из женских комнат третьего этажа. Много? Среднее число для ночи полнолуния. Так уж заведено, что все сборища происходят либо на улице, либо у девчонок в комнате. Некоторые двери в эту ночь даже не закрывают. В комнате проклятой Марины Солнцевой вообще ночью играли в монополию — Инне, ее соседке, было страшно ночевать одной, поэтому всю ночь дверь в ее комнату была нараспашку и за игрой наблюдали многие. Они уходили и приходили.

Вообще ночь полнолуния — идеальное время для преступления. Из-за снятия комендантского часа по коридорам ходили студенты и магистранты, в одних комнатах гадали, в других — варили зелья, в третьих играли в настольные игры, просто болтали и ели, а кто-то вообще просил соседок погулять ради рандеву с парнем. И такое происходило именно в женском и именно в студенческом общежитии. То, что в итоге выбрали всего пятьдесят семь имен, не дает гарантий найти создателя проклятых предметов в этом списке. Авроры вообще не особенно доверяли Васе. Даже не так — они верили ее обонянию, но у них не было уверенности, что Вася почувствовала именно запах злоумышленника, а не случайного парня, который зашел к Новгородцевой просто поболтать.

Во время концерта, то и дело ощущая тот злополучный парфюм, Вася раздраженно вздрагивала. Ей даже начинало казаться, что вокруг сплошные злобные проклинатели. Воронцов, конечно, тоже злил. Вероломно подхватил ее под руку и повел с собой. Не устраивать же истерику посреди толпы? Вася лишь шепотом злобно потребовала ее немедленно отпустить, ей так же шепотом отказали, а потом провели в зал и усадили в первом ряду. Слева оказался директор школы, и Вася замерла с натянутой улыбкой на лице. Прямо сейчас она была готова отрастить Воронцову не только рога и копыта, но и хвост со свиным пятачком. Тот же смотрел на нее открыто и честно, будто уже смирился с лишними частями тела.

— Зачем ты притащил меня туда? — зло прошептала она ему почти на ухо, когда концерт был закончен и все вышли в бальный зал.

— Неужели все было так плохо? — вопросом ответил он. — Концерт был неплохим, директор вряд ли лез к тебе с вопросами, никто не ходил по ногам и не мешал наслаждаться искусством.

Вася тут же надулась. Она вообще не хотела идти на концерт. Она рассчитывала незаметно исчезнуть еще во время показа первых номеров. А вместо этого вынуждена стоять в центре зала и ждать, пока оркестр заиграет первый вальс.

— Я вообще идти не хотела, — честно ответила она. — Ни на концерт, ни на танцы.

Одновременно с ее признанием распорядитель объявил и первый танец. Макс протянул руку. Вася, тяжело вздохнув, приготовилась танцевать. Вообще-то она любила танцы. Но сегодня желания веселиться не было.

— Ты собиралась сбежать? — с притворным ужасом спросил Макс. — Ты вообще знаешь статистику? На пять девушек-студенток приходится восемь парней. А на пять девушек-магистрантов — уже одиннадцать.

Вася недовольно наморщила нос. Девочек мало. Большинство поступает в школы с четким профилем, сразу начиная заниматься семейными делами. А некоторые и вовсе — выбирают школу попроще и тратят эти годы не столько на учебу, сколько на развлечения. Среди аристократок, например, вообще популярно брать академический отпуск после первого курса. Как раз исполняется семнадцать и можно посещать общественные балы. В Колдовстворце так не принято — сюда все же идут учиться.

— И что? Запрещено? — спросила она.

Уже звучала музыка, они неспешно кружились в ритме первого, медленного вальса.

— А как же я? — внезапно улыбнулся Макс.

Вася от неожиданности даже запнулась в танце, но он ее крепко держал — даже не сбились с ритма.

— Что значит — как ты? — возмутилась она. — С чего меня должно интересовать твое состояние?

— Читала книгу Маленький Принц? — все еще улыбался Макс. — Мы в ответе за тех, кого приручили.

— Эй! Я никого не приручала!

Макс покачал головой:

— Не буду врать, будто я влюбился с первого взгляда, но в магическом мире ты была первой девушкой, которая разговаривала со мной просто как с парнем… а не как с наследником и далее по тексту. Так что приручила.

Вася возмущенно смотрела на веселящегося Макса и не могла найти подходящих слов. Внезапно вспомнилась их первая встреча. Тогда он тоже был таким — веселым, жизнерадостным, можно даже сказать — свободным. Это когда началась учеба он начал вести себя в духе наследника — стал малоэмоциональным, собранным, серьезным. Снова появилось ненужная жалость — каково же ему жить, если каждый шаг оценивают со стороны. Видимо, когда вернулся из мира маглов, еще радовался возможности просто быть семнадцатилетним парнем, а уже здесь, в магической школе, пришлось снова вести себя в соответствии со статусом.

— Ты это говоришь так, будто я прикормила бродячего котенка на улице, а он за мной следом побежал. Но ты-то не котенок. У тебя разума побольше будет, — наконец сказала Вася.

Сказала строго, стараясь не показать своего сочувствия. И потому что в принципе не любила жалость — это неприятное чувство, и потому что жалеть обеспеченного Воронцова вообще глупо, и потому что сейчас хотелось его ненавидеть, а не жалеть. А тот продолжал улыбаться:

— Побольше. Поэтому и влюбился не сразу. Зато наверняка.

Вася попыталась отвернуться от него, что не так-то просто, когда танцуешь вместе, а он еще и к уху наклонился:

— Ты вообще обладаешь умением стирать все социальные границы.

От его дыхания по телу пробежали мурашки и Вася в отместку ударила его по плечу — просто приподняла ладонь, что и так лежала там, и шлепнула посильнее. Особо не размахнешься, так что вряд ли Максу было реально больно. Он лишь засмеялся в ответ. А у Васи уже в следующую секунду зачесался нос, она поспешно прикрыла рот ладошкой и чихнула. И тут же — мороз по коже, отчего она даже вздрогнула.

— Что такое? — обеспокоено спросил Макс.

— Тот парфюм, — надулась Вася. — Он повсюду, а у меня из-за него теперь неконтролируемая дрожь. Это из-за анимагической формы. Как если бы у волчицы шерсть на загривке дыбом встала.

Макс кивнул. Богдан вообще иногда рычит, если его во время дуэли из себя вывести.

— Можем собрать всех подозреваемых,