Пленительная мелодия - Джейн Даймонд

Немного.

Не то пространство, которое я давал ей до этого, пока окончательно ее не лишился.

Но я мог бы дать ей немного.

Она сказала, что любит меня. Несколько раз. Так что да, по правде говоря, я бы сорвал эту гребаную луну и отдал ей, если бы думал, что это то, что ей нужно.

В конце концов, может быть, то, что ее беспокоило, пройдет. Может быть, она почувствует себя достаточно комфортно, чтобы поговорить со мной об этом. Может быть, с моей поддержкой она сможет справиться с этим, или отпустить, или что-то еще, что ей нужно сделать, дабы вернуться сюда снова.

Сет все равно бывал здесь не каждый день, а я присутствовал, чтобы прочувствовать эту здоровскую атмосферу. Я мог бы сказать, что все были настороже, но Сет вписался в общую компанию, как и всегда. Как и с того самого первого дня, когда Зейн в девятнадцать лет затащил его домой на джем… до того дня, когда нам пришлось его выгнать, потому что он совсем съехал с катушек из-за своей зависимости.

К тому времени он уже много употреблял и вел себя совершенно непредсказуемо и неадекватно.

Но это было тогда.

Сейчас он изменился. Он был просто Сетом Бразерсом, блестящим гитаристом… крутым, немного загадочным и чертовски приятным человеком. Человеком, рожденным стать рок-звездой.

У нас только что прошел потрясающий день. Мэгги принесла еду, и группа пробыла здесь уже десять часов. Сет уже ушел, и остались только группа, Джуд и я. Джуд запер двери, а я поднялся на сцену, где все сидели вокруг. Я чувствовал возбуждение, изнеможение и головокружение, лишь слегка смягчаемые этой вездесущей осторожностью.

Я знал, о чем они думают. Не то чтобы мы все не думали об этом уже некоторое время.

– Я считаю, нам следует привлечь его к ответственности официально, – прямо сказал Зейн. – Чтобы он знал, что мы все относимся к этому дерьму серьезно. Мы относимся к нему серьезно и даем ему реальный шанс. Напишем пару песен для альбома, посмотрим, как пойдет.

– Он завязал? – спросил Дилан. – Реально?

– Так он говорит, – ответил Зейн. – По-моему, так и есть.

– Когда я ужинал с ним, казалось, он в норме, – сказал я им. – И он определенно хочет вернуться.

Они все сосредоточились на мне. Я знал, что мое мнение имеет большой вес, и я относился к этому серьезно. Я хотел быть честным, но справедливым. По отношению к Сету. Но в основном по отношению к группе.

Я знал, что они беспокоились, стоит ли снова доверять ему. Мы все беспокоились.

– Ты думаешь, нам стоит это сделать? – спросил меня Джесси. – Попросить его вернуться?

– Никогда не возникало сомнений о наличии у него таланта. И сейчас он так же хорош, как и раньше. Я бы сказал, даже лучше.

– Да, он куда круче, – согласился Джесси. – Это о многом говорит. Не могу сказать, что мне не хотелось бы видеть в составе по-настоящему сильного гитариста. И то, что он привносит в тексты… черт, это круто.

– Уверен, что хочешь разделить лучи славы? – с ухмылкой спросил Зейн. – Найдется место на сцене для вас двоих, гитарных задротов?

– Раз нашлось место для твоего раздутого эго, мы, черт возьми, справимся, – ответил Джесси.

– Признаю, – сказал я им, – мне бы очень хотелось видеть Джессу в этой роли. Я думаю, она отлично подходит. Она член семьи, и в ней есть что-то такое… было бы потрясающе посмотреть, к чему мы могли бы прийти. Но если мы сможем поработать с Сетом, это будет отличная десятая годовщина. Если мы сумеем привлечь Джессу к сочинению текстов, то у нас все получится.

– Ага, – сказала Эль, – мы не хотим терять Джессу. – Она бросила на меня многозначительный взгляд. – Поэтому мы должны сделать все, чтобы она была рядом.

Сообщение получено.

– Я работаю над этим, – сказал я, и в моем голосе прозвучала уверенность. – Она никуда не денется. – Я надеялся, что смогу сдержать свои слова.

– Мы не потеряем Джессу, – сказал ее брат, тоже посмотрев на меня.

– Так что же произойдет, если мы пригласим Сета обратно, а он слетит с катушек? – спросил Дилан.

– Мы включим все это дерьмо в его контракт, – сказал я. – Если он сорвется, то выйдет из игры. Мы уже проходили с ним этот путь, больше этого не повторится. Но вы все должны согласиться, что это то, чего вы хотите. Может быть, дадим ему еще несколько сессий, чтобы он прочувствовал это.

– У меня хорошие отношения с Сетом, – сказал Зейн. – Он стал огромным вкладом в эту группу, и какое-то время все было прекрасно, пока не пошло наперекосяк. Когда он ушел, было паршиво. Лично я скучал по этому парню.

– Мы все знаем, что никто никогда не мог занять его место, – сказала Эль. – И, честно говоря, я не знаю, смогла бы Джесса. Сет – куда лучший гитарист. Вы все с этим согласны. У него есть преимущество, которого нет у Джессы, и было бы здорово посмотреть, что из этого получится. С ними обоими. И мы все знаем, что Сет хороший парень, если ничего не принимает.

– Мы никогда не знали его без зависимости от наркотиков, – сказал Дилан, и это холодная, суровая реальность, с которой нам всем пришлось смириться.

Он прав.

Этого на самом деле никогда не было.

– Вы не знали меня без зависимости от выпивки, пока я не завязал почти семь лет назад, – вставил Зейн, – и вышло все просто круто.

– Вообще-то, – сказал Джесси, искоса взглянув на Зейна, – ты мне больше нравился пьяным.

В ответ Зейн шлепнул Джесси по животу и стащил его со стула, после чего началась потасовка, в которой они не только смеялись, но и выбивали друг из друга все дерьмо и, возможно, в процессе сломали несколько вещей.

Чертовы подростки.

В тот момент я предоставил Джуду возможность побыть судьей. Меня же ждала Джесса.

Заседание закрыто.

Пять дней спустя я пришел домой к Джессе с новостями.

– Мы попросили Сета вернуться в группу, – сказал я ей, стоя в ванной рядом со своей спальней и наблюдая, как она расчесывает волосы. Она собиралась лечь со мной в постель, и я никак не мог насмотреться на нее в таком виде. В трусиках и моей старой футболке, у меня дома. Я просто прислонился к дверному косяку и наблюдал за ней, испытывая наслаждение. – Они попросили его сыграть на альбоме. Отправиться в тур, если все пойдет как надо. На полный контракт. – Я наблюдал за отражением ее лица в зеркале, оценивая реакцию. – Он согласился.

Она перестала расчесывать волосы и аккуратно положила расческу на столешницу. Ее глаза встретились с моими в зеркале.

– Разумеется.

– Ты не рада?

Она повернулась ко мне и пожала плечами.

– Как я могу не радоваться.

– Я спрашивал не об этом.

Я подошел к ней и обнял руками за талию, намереваясь прижать к себе, чтобы мы могли поговорить. Она не пыталась убежать, но притянула меня к себе и начала целовать, глубоко-глубоко.