Смертельная клятва - М. Джеймс

вижу Каина у алтаря, стоящего в одиночестве вместе с проповедником, в сшитом на заказ темно-сером костюме, который выглядит намного дороже, чем я ожидала. Это заставляет меня тоже что-то чувствовать — думать, что он тоже вкладывает много усилий в эту свадьбу. Он потратил больше денег, чем, как я думала, было бы удобно для него, вероятно, влезая в свои сбережения, чтобы сделать в этот день все, что он может сделать, а также подарить мне красивое кольцо.

Только тот, кто действительно заботится о ком-то пойдет на такое.

Я не спускаю с него глаз, иду по проходу позади Мари и Дафны, музыка уходит на задний план, когда я смотрю на красивое лицо Каина. В его глазах есть что-то жадное, собственническое, и это посылает во мне теплый поток желания, которое кажется совершенно неуместным для того места, где мы находимся.

Мари и Дафна отходят в сторону, когда я приближаюсь к Каину, стоящему у алтаря, и поворачиваюсь лицом к своему будущему мужу. Взгляд Каина скользит по мне, и я тоже вижу желание на его лице.

— Готова? — Спрашивает он, и я киваю.

Обеты — это самая легкая часть. Мы повторяем их оба, и я слышу, как Каин, кажется, наслаждается ими, давая мне эти обещания, как будто это тоже делает его счастливым. Думаю, для него это значит больше, чем просто способ обезопасить меня, я слышу это по тому, как он повторяет свою часть клятв, по тому, как его глаза собственнически скользят по мне, как будто он не может дождаться, чтобы сказать «да».

Он надевает бриллиантовое кольцо на мой палец, и на долю секунды кажется, что он слишком прижимает его к костяшке моего пальца, достаточно сильно, чтобы немного впиться в мою кожу и причинить боль. Я вздрагиваю, морщась, и Каин улыбается.

— Прости, — тихо говорит он, и я сглатываю, выталкивая это из головы и одновременно надевая его ободок на его палец. Я могу сказать, что ему уже очень хочется закончить церемонию и отвезти меня домой.

Когда проповедник говорит, что он может поцеловать невесту, его рука обхватывает меня за талию прежде, чем слова полностью вылетают из уст другого мужчины, притягивая меня к себе и прижимая мою вуаль к моей спине, когда его губы прижимаются к моим. Вуаль дергает мои волосы, и я чувствую прилив тепла, вспоминая ощущение кулака Каина, зажатого в моих волосах, когда он толкался в меня в постели. Мои колени подкашиваются, и я поднимаю руку, хватаясь за переднюю часть пиджака Каина, когда его язык скользит по моим губам.

На мгновение мне кажется, что он мог бы углубить поцелуй. Но проповедник откашливается, и Каин отстраняется, ухмыляясь, когда мои щеки краснеют. На скамье рядом с нами Мари и Дафна аплодируют и смеются.

— Давайте подпишем лицензию на брак, — говорит Каин с усмешкой. — А потом мы пойдем сфотографируемся и поужинаем вчетвером.

Дафна предложила нас сфотографировать, так как у нее есть хорошая камера — хобби, которое она приобрела с годами. Я была рада сказать «да», мне нравилась идея фотографий, сделанных подругой, а не тех чопорных, профессиональных фотографий, которые я бы сделала в своей старой жизни. Они с Мари подходят и подписывают свидетельство о браке, а затем Каин притягивает меня к себе и снова целует, прежде чем мы все идем по проходу и выходим на яркий, холодный ноябрьский солнечный свет.

Рядом с церковью есть небольшой сквер, граничащий с парком, и Дафна ведет нас туда для фотографий. Рука Каина скользит вокруг меня, когда мы позируем. Я чувствую, как его пальцы играют с одним из цветов на моей юбке, и жар расцветает во мне, желание покалывает мою кожу, когда я стараюсь не думать слишком сильно о том, как сильно я хочу, чтобы его руки были на мне. Я чувствую, что краснею, и почти смеюсь, когда думаю о том, как смотрю на эти фотографии много лет спустя, и вспоминаю, как сильно я хотела Каина в этот момент.

Дафна делает несколько снимков, прежде чем наконец убрать камеру.

— Я просмотрю их и покажу тебе, какие из них хороши, как можно скорее, — говорит она, и я улыбаюсь.

— Спасибо, — говорю я ей с благодарностью. — Мы собираемся пойти поесть? Я умираю с голоду.

Дафна и Мари возвращаются к машине Дафны, а я иду с Каином к его грузовику. С моей огромной юбкой залезть в грузовик — целое усилие, и Каин помогает мне в этом, подоткнув ее под ноги, прежде чем закрыть дверь. Это кажется милым и интимным, и мое сердце трепещет в груди, когда он садится на водительское сиденье и тянется ко мне.

— Мне очень хотелось поцеловать тебя как следует, — рычит он, его рука скользит по моим кудрям и под кружевными вуалью. Его пальцы обхватывают мои волосы, прижимаются к затылку, жадно притягивают мой рот к своим и он целует меня так, как будто он серьезно.

В тот момент, когда его язык касается моего, я стону, наклоняясь к нему и хватаясь за его пиджак одной рукой и за бедро другой. Я чувствую, как напрягаются его мышцы, чувствую, как его твердый член прижимается к моему запястью, и Каин рычит, покусывая мою нижнюю губу.

— Я почти готов трахнуть тебя прямо здесь, — бормочет он, его рука обвивает мою шею сзади. — Посадил бы тебя себе на колени, в этом свадебном платье и все такое, и трахнул бы тебя на церковной парковке. Тебе бы хотелось этого, принцесса? Позволила бы своему новому мужу осквернить тебя прямо здесь?

— Разве это осквернение, если мы женаты? — Шепчу я, глядя на него, все еще касаясь его губ, и Каин издает низкий мрачный смех.

— О, ты даже не представляешь, как я собираюсь осквернять тебя сегодня вечером, жена.

Меня пронзает жар, и я стону, тихим умоляющим всхлипом, когда Каин хихикает и отпускает мою шею.

— Давай сначала поедим, — говорит он, наклоняясь, чтобы поправить твердую линию своего члена, и заводит грузовик. — Мне понадобится вся моя энергия для того, что я запланировал на сегодняшний вечер.

У меня перехватывает дыхание, сердце сильно бьется, когда я думаю обо всем, что могло бы быть. Я чувствую, как кружево моих трусиков влажно прилипает к моей коже под свадебным платьем, и это осознание вызывает во мне новое возбуждение, когда я думаю о том, как сижу рядом с Каином во время ужина, мокрая и тоскующая по нему.

Еще до клятв я была его. И теперь я