Путеводная звезда - Мехтап Фырат

– Он очень привязался к тебе, Ниса, – сказала она, покачав головой.

И я кивнула, немного смутившись.

– Я знаю.

– Он очень любит тебя. И ты его любишь. Это все видно в его глазах. Я могу это прочитать. В последнее время я постоянно замечаю, что ты улыбаешься.

После небольшой паузы она взяла меня за руку и внимательно посмотрела мне в глаза.

– Я знаю, ты задаешься вопросом, почему мы здесь. Потому что я хочу поговорить с тобой обо всем. Я хочу, чтобы ты мне все рассказала. Почему ты ничего не сказала, Ниса? Почему ты никогда не рассказывала мне о той ночи, о том, что ты копила внутри?

Теперь я понимала, почему мы здесь. Сенем хотела вернуть меня, мое доверие. Она хотела вернуть мое спокойствие. Мустафа не солгал, когда сказал мне, что рассказал ей все. Сенем даже знает о той ужасной ночи, которую я пережила, и что она значит для меня. Она отчаянно хотела узнать все, что было внутри. Может быть, это был единственный шанс все исправить. Мне остается только снова довериться ей.

– Как я могла рассказать тебе, Сенем? Я даже не хочу вспоминать ту ночь. Мне было стыдно, я смущалась, но больше всего я не хотела, чтобы ты жалела меня. Потому что мы словно отдалились друг от друга, и я чувствовала себя обузой в твоей жизни.

Когда она поняла, что я не могу продолжать, то прижалась ко мне еще ближе. Сенем тяжело вздохнула и еще крепче сжала мою руку.

– Ты не обуза, Ниса, и никогда ею не была и не будешь.

– Ты все знаешь, не так ли?

– Поздновато, но прости меня.

Я отпустила ее руку, и она захрипела и зарыдала у меня на плече. Я снова почувствовала крохи надежды для нас и просто не могла позволить им угаснуть. У меня есть шанс стать той, кто утешит ее, той, кто залечит ее раны. И мне стоило попытаться. Теперь настала моя очередь стать старшей сестрой. Хотелось зажечь свет надежды в ее сердце, который как будто погас.

– В любом случае… я хочу кое-что сказать.

Она отвернулась от меня и вытерла мокрое лицо тыльной стороной ладони. Расправив плечи и со всей серьезностью посмотрев мне в глаза, она продолжила:

– Наша жизнь никогда не была такой, как в сказках. Ты была брошена своей мамой, ты росла без отца. А я подтолкнула свою семью к смерти.

Мне не нравилось, что она продолжает винить себя в той автокатастрофе. Детский ум… Как он мог знать, что было хорошо и правильно в те времена?

– Ты знаешь, что такого не было. Ты была ребенком, Сенем.

Когда я перебила ее, прервав ее речь, она снова схватила меня за руку, дав знак замолчать. Она шикнула на меня.

– Пожалуйста, не перебивай меня, – сказала она, и я замолчала, не протестуя.

– У нас были мечты и надежды. Ты собиралась учиться в консерватории, я хотела стать художником. Мы собирались расти, держась друг за друга. И так мы собирались жить.

Было приятно осознавать, что она не забыла о наших мечтах.

– Но однажды волшебная палочка из сказок оказалась в руках добрых людей. Они дали нам лучшую жизнь. Ты робела, колебалась. Я не думала о том, что произойдет, и просто ворвалась в дверь. Хотя сейчас я не с тем человеком, с которым хочу быть, я сижу здесь. Ты не просто мой друг детства. Ты не мой друг сейчас, не мой товарищ, не мой родственник. Ты моя семья, Ниса. Единственная семья, которая есть у меня в этом мире. Тетя Эсма, дядя Деврим и даже Дамла, которые, несмотря ни на что, рядом со мной. Но однажды нам придется попрощаться и с ними. Мы останемся одни. Но мы никогда не разлучимся друг с другом. Мы никогда не попрощаемся.

Я продолжала слушать ее, не обращая внимания на слезы, текущие по моим щекам. Она протянула руку и вытерла мои слезы пальцами.

– Я готова на все, чтобы вернуть тебя, мою семью.

Я поняла, что готова так же, как и она. Склонив голову на ее плечо, я крепко сжала ее руку.

Может быть, нам просто нужно было решиться стать такими, какими мы были раньше. Мы должны были попытаться. Мы должны были улыбаться и доверять, несмотря ни на что. Мы должны были выбрать доверие. Мы должны были быть честными, что бы ни происходило вокруг. Мы должны были оставить все позади и попробовать снова. Быть сестрами, быть друзьями, быть семьей…

– Я тоже, Блондиночка, – пробормотала я, и она легонько толкнула меня плечом. Больше никаких блондинок. Если мы хотим начать все сначала, нам придется придумать что-то новое.

– Я имею в виду, Карамелька, – усмехнулась я.

Тут к нам неожиданно подошел Демир. Мы обе перевели взгляд на него. Вернее, не на него. А на пакет с семечками в его руке… В этом жесте было что-то теплое, домашнее.

Я почувствовала это. Может, Мустафы с нами не было, но был тот, в ком текла та же кровь.

– Может, это глупо и по-девчачьи, но семечки вам сейчас не повредят.

Глава 14

– Ну, хватит! – крикнула я, пока женщина за моей спиной пыталась взбить мои волосы, которые и так пушатся.

Я не понимала, кто она – визажист или парикмахер. С темными волнистыми рыжими волосами, эта женщина сосредоточенно смотрела на меня через зеркало. Я быстро встала со стула, к которому была прижата, не обращая на нее внимания. Освободив свои волосы, которые она все еще пыталась распушить, из ее рук, я огрызнулась.

– Отпустите мои волосы.

Как будто стресса было недостаточно, поведение этой женщины переполняло меня. Я даже вспотела. И моя задница, и мое тело напряглись от многочасового сидения на стуле. Я попыталась охладить себя рукой и расслабиться, но у меня, к сожалению, опять ничего не получилось. Из-за моего грубого поведения мне пришлось покинуть комнату. Церен и другие девушки с интересом наблюдали за мной. Они странно смотрели на меня. Как бы говоря Церен, что все в порядке, я попыталась ей улыбнуться. И еще. Почему у меня волосы распущены, когда у других девушек они убраны в простой пучок? Зачем им развеваться, как метла? Я не понимала.

И цвет наших платьев был разным. У всех были широкие лямки, короткие платья темно-красного цвета с юбками-пачками, а на мне платье с длинными тюлевыми рукавами и юбкой-шопенкой. Длинное белое воздушное платье, покрытое тюлем. Оно было таким выделяющимся и сразу бросалось в глаза. В нем я чувствовала себя невестой, мне только фаты не хватало. Но я заменю ее искусственной белой гвоздикой с короной на ней.

До последнего момента никто, включая Церен, не знал, во что мы будем одеты. Нам ничего не сказали. Похоже, мне следовало взять дело в свои руки и все изменить. Стилисты боялись рассказывать мне. Они дали Демиру обещание. То есть и тут вмешался Демир. Что ж, я не собираюсь принимать это близко к сердцу. Я была одной из детей, которых он обучал, по его мнению?

Женщина, которая меня обслуживала, предложила:

– Дорогая, давай еще распушим твои волосы, – но я отрицательно покачала головой и отказалась.

У меня не было сил выдержать эту пытку еще несколько минут.

– Хватит, – сказала я, приглаживая волосы и сводя на нет весь ее труд.

– Если ты будешь стараться еще больше, клянусь, я упаду в обморок прямо здесь.

– О, я так волнуюсь,