Принцесса морей - Валерия Вербинина

– Наконец-то! – крикнул Блэйк.

И сражение закипело с новой силой.

Габриэль прикончила очередного врага и обернулась, ища глазами ненавистного адмирала. Коротышка Мэдден схватился с Меридором, но тот легко отразил его атаку и отшвырнул к стене, приколов маленького человечка к ней, как бабочку. Когда Меридор выдернул клинок, Мэдден упал лицом вниз и больше не поднимался. Адмирал бросился ко второй пещере, в которой лежали сказочные сокровища Грамона.

– Он мой! – крикнул Блэйк, бросаясь вперед.

– Нет, мой! – крикнула в ответ Габриэль.

Наперерез ей выскочил один из французских солдат, и ей пришлось вступить с ним в бой. Габриэль почти загнала противника в угол, когда ее шпага неожиданно сломалась у самого эфеса. Скорее всего, дочке фехтовальщика пришлось бы туго, если бы подоспевший Блэйк не заколол ее врага.

– Он уходит! – крикнула Габриэль, схватив Блэйка за руку.

Меридор насмешливо отсалютовал своим противникам и бросился в пролом. За ним последовали и его люди. Вернее, те из них, кто еще оставался в живых.

Джек, тяжело дыша, подошел к Габриэль. Он был ранен, по его лицу струилась кровь. Гораций вился над его головой и пронзительно щебетал.

– Ну, что будем делать теперь? – спросил пиратский капитан.

Габриэль оглянулась. На ногах оставались четверо пиратов – Джек, Боб Хендрикс, Луиза и священник, двое французов – Анри и она сама, и трое англичан, включая Блэйка, чьи светлые пряди слиплись от воды.

– Нас всего девять человек. – Габриэль с досадой отшвырнула никуда более не годный клинок. – Не слишком-то много, черт побери!

– Кстати, а где ваши люди? – спросил Джек у Блэйка. – Я помню, с вами их было семеро, когда мы приплыли на остров. Один убит при атаке, один лежит, как я вижу, с раздробленным коленом, вас трое. А где еще двое?

– Они выполняют мой приказ, – ответил Блэйк.

– Что еще за приказ? – с подозрением осведомилась Луиза.

Не отвечая, Блэйк отвернулся и вгляделся в сверкающие груды золота, которые заметил только сейчас.

– Это и есть сокровище Грамона? – Он покачал головой и восхищенно присвистнул. – Ничего себе!

Матрос Монтегю, забыв об осторожности, бросился к пролому. Раздался выстрел, и англичанин упал.

– Похоже, они там хорошо подготовились, – угрюмо сказал Хендрикс.

– Конечно, мы можем просто уйти, – заметил Джек как бы про себя, вытирая кровь с лица. – Но если мы уйдем сейчас, то потом всю жизнь будем сожалеть об этом.

– Да, – усмехнулась Габриэль. – Но Меридор просто так не сдастся.

– Другого выхода нет, – вмешался священник. – Надо перебить их и захватить сокровище. Чтобы обратить его к благу всевышнего, – поспешно добавил он.

Блэйк потер подбородок.

– В ту пещеру ведет только один ход?

– Да, судя по всему, – ответила Габриэль. – Кстати, я до сих пор не поблагодарила вас за то, что вы так вовремя явились нам на выручку. Очень мило с вашей стороны.

И без всякого смущения она привстала на цыпочки и чмокнула капитана в щеку. Анри открыл рот.

– Ну что вы, – скромно потупился Блэйк, – это была такая малость.

После чего он притянул не ожидавшую такой прыти Габриэль к себе и долгим поцелуем впился в ее губы.

– Э, э! – угрожающе крикнул Анри.

Габриэль оттолкнула Блэйка и отскочила назад.

– Надо же, какой наглец! – заметила Луиза тоном фальшивого неодобрения.

– Я не понял, – нетерпеливо вмешался Боб Хендрикс, – мы пойдем брать сокровище или так и будем разводить тут непонятно что?

– Всему свое время, – отозвался Блэйк. – Давай ее сюда, Сеймур.

И лейтенант протянул ему какую-то железную колбу, из которой торчал короткий фитиль.

– Что еще такое? – поразилась Луиза.

– Граната, – ответил Джек. – Откуда вы ее взяли, Блэйк?

Но проклятый англичанин, не отвечая, поджег фитиль, подскочил к пролому и забросил в него колбу. Через несколько мгновений до пиратов донесся оглушительный грохот взрыва. Пролом заволокло густым дымом.

– Вперед! – крикнул Блэйк, покрепче стиснув шпагу.

Габриэль подобрала с земли клинок убитого солдата взамен своего и ринулась к пролому.

– В атаку! – закричала Луиза, первой под завесой дыма врываясь в драгоценную пещеру. Следом за ней в сказочную сокровищницу последовали и остальные.

Нападающих встретил нестройный залп из пистолетов и ружей. Раненый Сеймур повалился у порога. Боб Хендрикс нелепо взмахнул руками, покачнулся и упал. Сама Луиза сделала по инерции еще несколько шагов, но внезапно остановилась и повалилась возле груды золота. Встревоженный Блант кинулся к ней и затащил ее в укрытие.

– Что с ней? – крикнул Джек, сражавшийся с огромным французским офицером в камзоле, украшенном позолоченным галуном.

– Ранена, но вроде дышит! – крикнул Блант в ответ.

– Ах, черт! – И с этими словами Джек отправил своего противника к праотцам, а потом бросил священнику: – Побудь пока с ней!

– Хорошо! – откликнулся Блант.

Луиза приоткрыла глаза и кашлянула. В правой стороне груди что-то неприятно саднило, перед глазами все плыло. Молодая женщина прищурилась и узнала в наклонившемся над ней человеке священника, который успел ей порядочно надоесть со своими ухаживаниями.

– Успокойся, успокойся, с тобой все хорошо, – скороговоркой протараторил Блант, не давая ей раскрыть рта. – Ты просто немного ранена, ничего страшного.

– Уйди к черту, – жалобно попросила Луиза, кашляя.

Священник засуетился:

– Я могу принять твою предсмертную исповедь и дать тебе полное отпущение грехов…

Блант говорил первое, что ему приходило в голову, не замечая даже, какую околесицу несет.

– Предсмертную? – простонала бедная Луиза и потеряла сознание.

– Ох! – сокрушенно промолвил священник, только сейчас сообразив, что он наделал. – Луиза, Луиза, я не то сказал! Луиза, я тебя люблю, ты меня слышишь?

Он сорвал с себя камзол, отодрал от него рукав и стал перевязывать молодую женщину, бормоча:

– Господи, умоляю тебя, сделай так, чтобы она осталась жива… Ради этого я готов перейти в католичество… – Тут Блант вспомнил, что уже успел побывать католиком, и молитвенно сложил руки. – Я согласен даже стать иудеем, только без обрезания, если она останется в живых!

Пока влюбленный священник давал самые нелепые обеты, среди груд золота и серебра продолжалась ожесточенная схватка. Силы противников были примерно равны, и теперь все решали только храбрость и удача.

– Где адмирал? – крикнула Габриэль, извлекая клинок из тела очередного поверженного врага.