Аарон - Вероника Мелан

То был не сон! Все – не сон! Они же только что сражались в Черном Лесу – бились там не на жизнь, а на смерть, а теперь она… здесь.

Где?!

Ужасно саднящей шее пришлось-таки повернуться, и Райна увидела, что лежит вовсе не на крыше, а на земле – на камнях. Над головой действительно небо, а вокруг, насколько хватало глаз, тянулась странная не то степь, не то каменистая пустошь. И ни стволов, ни травы – вообще никакой растительности. Лишь камни и небо… И ни души.

Она здесь в одиночестве.

Моментально навалившийся страх смел остатки усталости, заставил Райну застонать и повернуться на другой бок, увидеть, что дверь – то самое светящееся пятно, которое она помнила из сна, – все еще висит в воздухе, колышется прямо над камнями, но ни перед ней, ни позади нее никого нет.

– Баал, – захрипела Райна и поползла к Порталу, – Аарон… Рен…

Болели колени, болели ладони, метался в панике разум.

Они остались там все – в Лесу! Они погибли там – вывели ее на равнину к озеру, а сами погибли!

– А-арон!

Пятно все ближе, а вокруг тишина. Ни звона мечей, ни криков, ни тварей. И в этом одиночестве еще страшнее, чем в центре самой страшной битвы.

– Не-е-ет…

Она не могла потерять Аарона – не теперь, когда нашла.

– Нет-нет, пожалуйста, не-е-ет…

Доползла до двери, кое-как заставила себя подняться с коленей, принялась ощупывать энергетический проход.

– Пусти меня! Пусти!!!

Портал оказался односторонним, и Райна вдруг громко разревелась – согнулась от скрутившего спазма, от удушающего осознания, что осталась одна. Совсем одна. ОДНА! А они все погибли там – Рен, Баал, Бойд, его бойцы… она подвела их всех. Она убила Аарона – завела всех на смерть, на погибель!

Зачем? Дура! Зачем? Неужели шрамы того стоили?!

И она вновь поднялась в рост и принялась колотить руками по тугой плавающей и светящейся поверхности.

– Пусти меня назад! Пусти, пусти, пусти!

Хотела отступить назад, разбежаться и попробовать силой проломиться сквозь барьер, но в этот самый момент на нее из двери кто-то выскочил. Стремительно вылетел, успел схватить Райну в охапку, развернуться перед тем, как упасть и даже прорычать:

– Дура! Прямо на пути!!!

БААЛ!

И на этот раз Райна едва не разрыдалась от счастья – Баал, Баал, Баалушка! Жив!

Он по инерции пролетел с ней на руках какое-то расстояние, завалился на спину, сам ударился затылком о землю, а она подбородком о его грудь – клацнули зубы, в голове закружились звезды.

– Зачем прямо у двери? Отползай!

И ее грубо спихнули в сторону.

– Быстрее!

Он сам едва успел откатиться в противоположном направлении, как из двери с ревом вывалился пылающий злостью, намерением раскрошить все, что движется, и перемазанный в крови Декстер. По инерции он махнул вокруг себя кваддарой, едва успел сгруппироваться перед падением.

– Рен!!!

А Аарон? Он остался там? Где ее любимый, где он, где, ГДЕ?

Не успела Райна распахнуть рот, а ассасин сориентироваться и отшагнуть в сторону, как последним из двери, ведущей на каменистую пустошь Уровня «B2Z» вывалился держащий в одной руке секиру, а в другой чью-то отрубленную лапу Канн.

* * *

– В гробу я видел этот лес. Лучше на Танэо… Слышь, Канн? Больше с тобой туда не пойду.

– Я и сам туда больше не пойду.

Они все вчетвером сидели на камнях, смотрели на горизонт. Уставшие, выдохшиеся из сил, едва выжившие в последнем сражении. Дышали прохладным воздухом странного тихого места, смотрели на бегущие вдаль облака, силились сбросить напряжение и пережитый шок. У Баала в лохмотья изодран плащ, наполовину отсечен хвост; штаны и куртка Декстера окрашены в красный от крови цвет; шея Райны забинтована; принесенная Аароном лапа осталась лежать у двери.

Канн курил, Баал тяжело смотрел вдаль – его мечи лежали рядом, на камнях, Райна растирала по лицу слезы.

– Они умерли там. Из-за меня. Умерли, да?

Причитала и все никак не могла успокоиться.

– Я не хотела, слышите? Не хотела вас подставлять, я не знала…

Незнание не уберегает от ответственности, сказал бы юрист Доры и был бы прав.

– Не знала. А теперь… Бойд – он погиб? Я не хотела, не хотела…

Поднялся с камней Рен, уселся на корточки перед Райной, посмотрел той в глаза усталым, одновременно терпеливым и жестким взглядом.

– Бойд не погиб. Не должен был – он живучий.

– А если погиб?

– Если не знаешь, верь в лучшее.

В лучшее? Райна икнула. Верить в лучшее было трудно, почти невозможно – не после того, что она увидела в Черном Лесу. Перед глазами все еще стояла жуткая картинка – огромная змея, надетая ртом на человеческую руку до самого плеча.

– А Улаф?…

– Райна.

Она мгновенно утихла; Декстер смотрел пронзительно:

– Зачем мы здесь?

– Мы? Не знаю…

– Чтобы дойти до озера. Чтобы довести тебя до озера.

– Разве это важно теперь? После всего…

– Важно. И поэтому мы посидим еще немного, а после пойдем. Поняла? Соберись.

С его командами было проще, с ними что-то вставало на место – Райна кивнула и вытерла слезы.

– Канн, карта этого Уровня сохранилась?

Сбоку зашуршало – из внутреннего кармана годной лишь для того, чтобы оказаться на помойке, куртки появился на свет свернутый вчетверо клочок бумаги.

– Сохранилась.

– Сколько идти до конечной точки?

Тишина; тихое завывание ветра над безжизненной равниной; колышущаяся позади дверь в мрачный лес – хвала Создателю, односторонняя.

– Три с половиной километра.

* * *

(Bernward Koch – Get free)

Вот она – конечная точка путешествия. Последние шаги, последняя дорога, ведущая к оказавшемуся почти недостижимым озеру. И каким же трудным оказался пройденный путь…

Ноль и две десятых процента – так говорил Информатор? Ноль и две сотых? Тысячных? Сколько бы он ни назвал – он ошибся. В одиночку бы Райна сюда ни за что и никогда не добралась – без помощи тех, кто шагал рядом, у нее был бы ноль целых, ноль десятых, тысячных и миллионных процента, то есть ни одного шанса оказаться там, где она сейчас оказалась.

Под ногами пыль и крошка; слева серая гряда, прямо по курсу каменистое нагромождение – не у его подножья ли озеро? Озеро… Озеро Дхар.

Может, Комиссия пошутила, и нет на самом деле никакого озера – не существует? Может, они хотели, чтобы она проделала весь этот путь для того, чтобы осознать что-то важное? Еще раз раскаяться, переосмыслить свою жизнь, понять то, что никогда бы не поняла, сидя в четырех стенах?