Тринадцать свадеб - Пейдж Тун

— Полли собирается ходить на встречи в АА, — сообщает мне вечером Бриджет, кидая сумку на пол.

— Что?

Она падает на диван и хмурится, услышав музыку, льющуюся из проигрывателя. Играет песня Love группы Daughter, и я поставила ее на повтор, потому что эта композиция напоминает мне об Алексе.

— Она позвонила мне на работу, — продолжает Бриджет. — И сказала, что все время тебе звонит, но ты не перезваниваешь.

— Я не могу, — признаюсь. — Она собирается ходить в АА?

— Полли говорит, что благодаря Мишель и Гранту она поняла, что у нее есть проблема.

— Мишель?

— Похоже, что они приняли меры, как ты и говорила сделать.

До меня доходит, что я подвела подругу. Я отвратительный человек. На лице проступает печаль.

— Ладно, хватит, — резко говорит Бриджет.

Ее тон в какой-то мере выводит меня из этого состояния.

— Хватит себя жалеть, — раздраженно продолжает она, хватая горсть платочков из почти пустой коробки и швыряя их в меня. — Надоело уже. Прекрати слушать эту депрессивную песню. Плюнь на это! Он не собирается ее бросать, так что тебе надо двигаться дальше. Не сдавайся. Найди другого парня, которого не придется ни с кем делить. Локи…

— Его это не заинтересует, — отрезаю я. — Уже нет.

После того, что он видел на свадьбе? Да ни за что.

— Через пару недель Локи уезжает. Вот что я хотела сказать, — решительно продолжает она. — Пойдем и…

— Что? — у меня замирает сердце. — Куда он едет?

Она смотрит на меня, как на недалекую.

— Путешествовать, — твердо заявляет она. — Он хочет посмотреть на Европу, прежде чем отправиться домой. Ты же знаешь об этом, — с раздражением добавляет она. — А, ну конечно, ты же слишком погружена в мир Алекса и даже не знаешь, чем занимаются твои друзья.

— Локи уезжает через две недели?

— Да. И несмотря на то, что ты говоришь, будто ему не будет интересно, он все еще думает о тебе, Бронте. Он спрашивал про тебя.

— Спрашивал?

— Да.

Я не ходила на пятничные вечерние встречи, но Бриджет там была.

— В субботу он работает на свадьбе, — многозначительно сообщает она мне. — Последнее выступление.

— Я не уверена, что могу…

— Бога ради, — огрызается она. — Не будь тряпкой. Ты нужна Рейчел. В этом месяце ты уже раз подвела ее.

Так и есть. Я не смогла выйти на прошлую свадьбу, на которой стояла по графику, и Салли пришлось работать вместо меня. Это меняет дело.

Киваю, но слезы все еще подступают к горлу.

— Ладно. — Я утираю слезы и громко сморкаюсь. — Полли правда согласилась на помощь?

— Да. — Она кивает, но смотрит настороженно. — Я сказала ей, что ты решаешь некоторые личные вопросы. Поэтому ты и не звонила.

— Спасибо, — тихо отвечаю.

— Она спросила, имеют ли они отношение к твоему отцу.

Опасливо смотрю на нее.

— Ты сказала ей или нет?

Она смотрит на руки, ничего не отвечая.

— Я не знала, — тихо откликается она. — О твоем отце.

— Что именно? — вяло спрашиваю я, спрашивая себя, как же далеко зашла Полли.

— Она говорит, что он болеет.

Киваю:

— Болеет.

— И она сказала, что у тебя было тяжелое детство, — осторожно добавляет она.

Сглатываю ком.

— Я не люблю говорить об этом. И Полли стоит об этом помнить. Она обычно помнит, если не напивается. Ты же вроде сказала, что она больше не пьет?

— Не пьет. Была трезвой как стеклышко.

— Тогда какого черта она делает, выкладывая все про мою семью? — рассерженно спрашиваю, поднимаясь на ноги. — Если я захочу рассказать о том, что случилось, я так и сделаю. Мне не надо, чтобы эта тупая овца заново поднимала тему!

Судя по выражению лица Бриджет, я сделала невозможное: потрясла ее до глубины души.

Я врываюсь в свою спальню, хлопая дверью и дрожа всем телом. Хочется что-нибудь сломать, но немного погодя я успокаиваюсь. Проходит не менее получаса, прежде чем Бриджет осмеливается постучать в дверь.

— Входи, — зову я.

Она опасливо крадется.

— Извини, — говорю напрямую, садясь в постели. Я все еще в бешенстве, но понимаю, что Бриджет здесь ни при чем. — Я просто не могу поверить в то, что уже долгие годы вся эта гадость никак не отлипает от меня, и Полли все об этом знает. Разговоры, сплетни, косые взгляды. Из-за этого я уехала из своего прибрежного городка в Южной Австралии. Никак не могла дождаться, когда наконец уберусь оттуда. Она когда-то понимала это.

Вдруг злость отступает, освобождая место тоске, и моя нижняя губа начинает дрожать.

— Господи, не надо больше слез, — втягиваю сопли и протягиваю руку за новым платком, а Бриджет отваживается, входит в комнату и присаживается на краешек кровати. — В школе я чувствовала себя как прокаженная, — раздосадованным голосом рассказываю ей. — Полли была моей единственной подругой. Мне казалось, что это только вопрос времени и однажды она сама бросит меня, но так не случилось. Я думала, она будет рада отделаться от меня, когда я переехала в Сидней, но через год эта тупая овца последовала за мной.

Несчастно смеюсь и утираю слезы. Бриджет с жалостью смотрит на меня.

— Она всегда была кровожадной ведьмой, — бормочу я. — Не понимаю, почему мы вообще подружились. И почему дружим до сих пор.

— У вас общее прошлое, — мягко говорит Бриджет.