Чего желает джентльмен - Кэролайн Линден

Ханна втолкнула ее в маленькую гардеробную, которая примыкала к спальне Дэвида.

– Я займусь тобой, когда вернусь. – Захлопнула дверь перед носом испуганной камеристки и заперла на ключ, передав его ошеломленному Телмену. – Не выпускайте ее.

– Не выпущу, мадам.

Ханна выскочила из комнаты – Дэвид за ней. Они не разговаривали, пока не очутились в карете. Карета катила, гремя по мостовой колесами, в том направлении, которое указал кучеру Дэвид. Насколько им стало известно, Маркус взял наемный экипаж.

– Вы уверены? – наконец спросила Ханна.

Дэвид смотрел в окно с каменным выражением лица.

– Да.

– Но зачем? – осмелилась она спросить через минуту-другую. – Не понимаю, какая связь между мистером Рисом, который пытался украсть Молли, и теми людьми, что вас избили?

Дэвид отвернулся от окна.

– Люди, которые меня избили, печатают фальшивые деньги, – начал он. – Сейчас можно долго вспоминать, но я догадался обо всем лишь после того, как увяз в аферу по самые уши, и выбраться оказалось нелегко – сами видите! Должно быть, всем заправляет Бентли. Я всегда подозревал, что Рурк перед кем-то отчитывается. Наверное, мерзавцу Бентли показалось ужасно забавным использовать именно меня. Господи! – Он откинул волосы, открывая рану на лбу, и Ханна нагнулась к нему, чтобы поправить его прическу. Дэвид болезненно поморщился. – Бентли всегда завидовал Маркусу, – продолжал Дэвид, немного успокоившись. – Когда мы были совсем мальчишками, он часто шутил, что стоит в двух шагах от герцогского титула, оставаясь при этом нищим родственником. Маркус никогда не любил Бентли, не замечал его. А я… я думал, что кузен просто завидует. Однако он вовсе не нищий. По крайней мере, никогда не казался…

– Бентли подделывал деньги, – сказала Ханна, начиная понимать. – Он тратил фальшивые деньги!

Дэвид покачал головой.

– Это я тратил фальшивые деньги и отдавал карточные долги фальшивыми банкнотами.

– Но… – Ханна снова запуталась. – При чем тут Молли? Зачем им ее похищать?

Дэвид вздохнул.

– Не знаю. Это имело бы смысл, если бы они хотели добраться до Маркуса вместо меня.

– До Маркуса? – упавшим голосом спросила Ханна. – Неужели с самого начала целью Бентли был Маркус? – Дэвид задумался. – Но если так, – продолжала рассуждать Ханна, чувствуя, как части головоломки начинают складываться в целостную картинку, – им как раз есть смысл использовать вас. Ведь вас повесят, если обвинят в изготовлении фальшивок.

– Сошлют на каторгу, – поправил ее Дэвид. – Почти одно и то же.

– И тогда у Маркуса не будет наследника, – продолжала Ханна. – По крайней мере, близкого… Разве что у него родится сын.

– Вполне вероятно, Бентли собирался принять меры и на сей счет. Разумеется, Маркус не выказывал желания жениться…

– Леди Уиллоуби! – объявила Ханна. – Она была любовницей Маркуса.

Дэвид изумленно смотрел на нее.

– Откуда вы знаете, черт побери?

– Мне рассказала Розалинда. А леди Уиллоуби дружна с Бентли. Я сама видела их однажды вместе.

Дэвид недоуменно покачал головой.

– А Сюзанна тут при чем?

– Ну… – задумалась Ханна. – Она ведь хотела выйти замуж за Маркуса, так сказала мне Розалинда, – поспешила объясниться Ханна в ответ на изумленный взгляд Дэвида. – Возможно, она очень расстроилась, когда на ее пути появилась я.

– Скорее, потерпела крушение своих планов, – буркнул Дэвид.

– И тогда леди Уиллоуби решила помочь Бентли. – Ханна замолчала. Что-то снова не связывалось.

Дэвид задумался, потом наклонился к Ханне.

– Возможно, Бентли сам на нее вышел. Он узнал, как сильно она возненавидела Маркуса, а она возненавидела, уж вы мне поверьте. С другой стороны, следовало внести поправки и в его планы, поскольку Маркус обзавелся супругой. Если бы у него родился сын… – Он умолк, а Ханна ахнула.

– Вы полагаете, что леди Уиллоуби с самого начала действовала заодно с Бентли в надежде выйти замуж за Маркуса, но никогда не родила бы ему сына?

Дэвид покачал головой.

– Я могу допустить, что она замышляла выйти за него и наслаждаться положением герцогини, не желая при этом становиться матерью. Эта женщина чертовски тщеславна. Но вряд Бентли собирался ждать так долго. Маркус мог бы дожить лет до девяноста и разрушить его планы. Нет. Если Сюзанна действовала в союзе с Бентли – вы можете не сомневаться, – очень скоро она стала бы вдовствующей герцогиней Эксетер.

Ханна обдумывала услышанное.

– Она могла бы его убить, – в ужасе прошептала Ханна, – а потом Бентли…

– Бентли сделался бы герцогом. И, если Сюзанна достаточно преуспела в искусстве им крутить, она могла бы вскоре выйти за него или просто сохранить титул и наслаждаться солидным обеспечением, которое Бентли, несомненно, выделил бы для нее.

– Ну, случись такое, – глухим от ярости голосом произнесла Ханна, – они оба жили бы в постоянном страхе, что подельник может прикончить его или ее в любую минуту.

Дэвид фыркнул.

– Вне всякого сомнения. Однако мы не должны допустить, чтобы это случилось. – Он снова отвернулся к окну.

– Но Лили, – напомнила Ханна. – Какая роль отводилась ей?

Дэвид пожал плечами.

– Понятия не имею.

– Однажды ночью мы с Маркусом видели, как она вошла в его кабинет, – продолжала Ханна рассуждать вслух, – но ничего не взяла, насколько мог судить Маркус. А когда я хотела ее расспросить, он мне запретил. Герцог хотел проследить за Лили и посмотреть, что она станет делать дальше.

– Выкрала Молли – вот и все, что она сделала, – проворчал Дэвид.

Ханна подняла руку, призывая его к молчанию.

– Она ее спрятала. Значит, деньги? Неужели Бентли ей заплатил, чтобы она шпионила в доме Маркуса?

– Конечно, он вполне мог это сделать, – нахмурился Дэвид. – Однако негодяй сильно рисковал. Маркус требует от прислуги неукоснительной преданности и щедро вознаграждает за нее. Почти все слуги живут в его доме много лет, кое-кто уже не в первом поколении. Лили могла бы все рассказать Маркусу. То ли Бентли нашел, чем шантажировать девицу, чтобы была сговорчивее, то ли она уже точила на хозяина зуб, а Бентли столкнулся с ней случайно. Лили должна была знать, что сделает с ней Маркус, если все откроется.

– Да. Я думаю, она знала, – прошептала Ханна, вспомнив испуганное выражение лица девушки, когда она сказала, что отведет ее к герцогу. «Он отправит меня в тюрьму», – кричала Лили. – Тогда зачем она это сделала?

– Возможно, горничная спасала свою шкуру, когда не захотела отдавать им Молли, – сказал Дэвид. – Но мы не узнаем всей истории, если ее не расскажет Бентли. Я чувствую неодолимое желание собственными руками вытрясти правду из негодяя! Однако мы почти на месте.