Не смотри свысока - Сюзанна Энок

– Ты и Ричард? – вмешалась Патриция.

На этот раз ее навязчивая идея вернуть бывшего мужа оказалась полезной, ибо Саманта удержалась от того же самого вопроса.

– Да, мы рассматривали варианты с жильем.

Саманта попыталась расслабиться. Один факт оставался для нее несомненным. Независимо от ее преуспевания в болтовне, от всех этих чертовых уловок и политеса, она явно предпочитала незамедлительные действия, «в» и «п». А Рик ее все допрашивал, с кем она общается. И потчевал всякой чепухой по поводу честности. Так что ему еще предстоит представить свои объяснения, почему он выбрал себе в риелторы именно Лори.

Теперь все места за их столом были заняты. Две пожилые женщины стояли рядом, глядя поочередно на всех гостей.

– Я считала, что это наш стол, – удивилась одна из дам. Саманта сочувственно поглядывала на них, молча попивая чай со льдом. Но появилась одна из устроительниц ленча и повела женщин к столу номер восемь, где пустовали два кресла, изначально предназначавшихся для Саманты с Патрицией.

Принесли подносы с креветочным салатом. Миссис Синтия Ландхем-Гласс поднялась на подиум у бассейна. Пока она держала речь о благотворительности, Саманта сосредоточила все свое внимание на Лори Кунц.

По идее Лори должна была бы уже заметить ожерелье и высказать в адрес брата что-то вроде осуждения, но она, похоже, была поглощена ленчем и болтовней с дамами, сидевшими за всеми столами вокруг. Она очень прочно окопалась в обществе Палм-Бич, смерть ее отца этому только способствовала. Теперь Лори Кунц могла разыгрывать карту сочувствия. Ее семья очень долго проживала в Палм-Бич и обеспечила доступ практически в любое место, какое только душа пожелает.

После двадцатиминутной демонстрации своих прелестей Патриция наклонилась к Саманте:

– Она ничего не замечает!

– Заметит, наберись терпения.

– Что мне теперь делать? Тыкать ей в лицо мои сиськи, что ли?

– Если надо будет, – сказала Саманта. – А пока попроси ее передать сахар. —

Патриция выдула воздух сквозь зубы.

– Лори, дорогая, ты не передашь мне масло? – попросила она, позволив себе эту импровизацию.

Саманта не сводила глаз с Лори и точно засекла момент, когда та заметила ожерелье. Зеленые глаза женщины расширились, затем снова сузились. В следующий момент она направила свой взгляд на Саманту. Но Саманта вовремя опустила глаза на свой ленч.

– Патриция, откуда у тебя это очаровательное ожерелье? – спросила Лори.

– Это? – сказала Патриция, намазывая сливочное масло на кусочек хлеба. – Мне его подарил Дэниел на днях, во время обеда. – Она улыбнулась. – Он сказал, что я буду купаться под дождем из рубинов и изумрудов и что это только начало. Твой брат довольно романтичен.

«Неплохо».

Саманта выждала мгновение, затем перегнулась через стол к Патриции. Потрогала пальцем рубин и тихо присвистнула:

– И это только начало?

С минуту Патриция просто млела от удовольствия. Все леди разом наклонились к ее шее, разглядывая ожерелье и говоря ей разные комплименты. Лори не говорила ничего. Стало быть, она уже знала, откуда появились рубины. Или ей казалось, что она это знает.

«Интересно, – размышляла Саманта, – каково это… на самом деле сознавать, что твой брат убил собственного отца?»

Но пока в этом доме, вероятно, никто ничего не знал. И все остальное время до окончания ленча Саманта только наблюдала.

Лори со всеми непринужденно болтала и всякий раз принималась аплодировать, но уже несколько раз прикасалась к своему сотовому. Без сомнения, она порывалась позвонить Дэниелу. Только вот что она хотела: обвинить брата в убийстве или в сбыте краденых рубинов?

Люди уже начинали расходиться. Саманта выписала чек с пожертвованием. Положив чековую книжку обратно в сумочку, достала записку, написанную этим утром, и быстро сунула ее Лори под сотовый.

Теперь ей предстоял следующий шаг, самый сложный. Но пока ей оставалось только ждать.