Мы не могли разминуться - Аньес Мартен-Люган

Он обогнул кровать и сел рядом со мной, держа мобильник. Сконфуженно покосился на меня.

– Ты пугаешь меня, Поль.

– Эээ, понимаешь ли… Ноэ звонил мне несколько раз, я только что прослушал его сообщения, он не может тебя найти, ты не отвечаешь со вчерашнего вечера, вот он и заволновался. Он даже позвонил в “Ангар”, чтобы спросить, не со мной ли ты.

Мы переглянулись, как пойманные на шалости дети. Ноэ… Впервые с его рождения я совершенно забыла о сыне.

– Сейчас перезвоню ему, – объявила я.

– Как мы ему скажем?

– Представления не имею. Но мы же не можем сделать это по телефону? А? Ты согласен?

Впервые на моей памяти Полю было неловко, он не был уверен в себе.

– Когда он возвращается?

– Завтра…

Трудно сказать, кто из нас двоих был больше смущен, Поль или я. Ноэ смотрел на нас несколько секунд, и на его лице ничего не отражалось. Поль все сильнее сжимал мою руку. Что с нами будет, если он не получит благословения моего сына? В конце концов Ноэ оглушительно расхохотался и заливался все громче, хлопая себя по бедрам.

– Ага, ну вот, ну вот! Я был прав, когда говорил друзьям в школе, что ты влюблен в маму!

– Это что за история? – подавилась я.

А он никак не мог остановиться, пока Поль сдерживался из последних сил, чтобы не последовать его примеру.

– Насколько все было бы проще, если бы до вас доехало пораньше!

Он отсмеялся, подошел к нам и по-мужски обнял Поля.

– Доверяю тебе маму.

Тот факт, что на наши новые отношения практически никто в “Ангаре” не отреагировал, едва ли не разочаровал нас. Ни один человек даже не дернулся, все обошлись без комментариев. Что до моих родственников, то их реакцию я могла бы описать Анниным восклицанием, достойным греческой трагедии: “Наконец-то!” Как если бы это было логично. Очевидно. В общем, всем как будто стало легче от того, что у нас наконец-то открылись глаза. Выходит, мы были в своем роде неподражаемы.

Дальше все завертелось на бешеной скорости. И прошло как по маслу. Мы с Полем исходили из того, что и так потеряли достаточно времени. В последние восемнадцать лет мы были вместе каждый или почти каждый день. Так что провести порознь хотя бы одну ночь было категорически невозможно. Но мы хотели начать с нуля. За несколько недель мы с огромной скидкой продали его квартиру и мой дом и поселились в новом, нашем общем жилище, где у Ноэ была своя комната. В вечер нашего переезда Поль сделал мне предложение, и я ответила “да”, ни секунды не раздумывая. Наша свадьба состоялась в будний день и в самом камерном составе: Ноэ, мои родные, родственники Поля – те, что еще остались, его дети, которые захотели собственными глазами удостовериться в том, что отец женится, и раз в жизни решились на поездку в Руан, а также все наши из “Ангара”. Так я ее получила, свою новую нафантазированную жизнь. Наконец-то я узнала настоящее счастье, мирное, простое. Я проживала свою любовь с Полем на полную катушку, Ноэ тоже легко встроился в нашу семью, в его душе были мир и гармония.

Семья, которой мы, сами того не понимая, всегда были, процветала. Мы наслаждались даже повседневной рутиной. За маленьким исключением: мой сын не уделял должного внимания занятиям, а ведь он всегда подходил к учебе серьезно и старательно. Я подозревала, что он пользуется маминым влюбленным блаженством. После полугода эпизодических посещений университета Ноэ наконец-то перестал вешать мне лапшу на уши.

– Может, все же объяснишь, чем ты занимаешься? – сорвалась я однажды вечером, когда он почтил нас своим присутствием.

Поль делал мне знаки, призывая к хладнокровию, но я его игнорировала.

– По-твоему, я ничего не замечаю? Ты что-то себе напланировал! Хорошо бы поставить нас в известность… Или я слишком многого хочу?

– Нет… вообще-то я собираюсь совмещать учебу с работой.

– Отлично, с какой?

Мой муж – я обожала повторять себе эти два слова – ухмыльнулся. Я не сомневалась, что он в курсе всего. Ноэ, безусловно, сначала задействовал его в качестве буфера и только после этого вышел на меня.

– Международная торговля. Сразу начну работать в конторе, получу практическую подготовку, а учиться пойду со следующего сентября.

– Да ты уже все рассчитал! А где…

Я проглотила продолжение, потому что в этот момент ответ стал для меня очевиден.

– Ты поселишься в Сен-Мало, чтобы работать с Николя в “Четырех сторонах света”?

– Да, и я собираюсь…

Он стушевался и обернулся к Полю, прося о поддержке, которую тот ему предоставил, успокаивающим жестом положив мне на ногу ладонь. Ничего хорошего это не предвещало.

– Ты собираешься что, Ноэ?

– Я возьму на себя связь между Сен-Мало и Индией…

– Ты уезжаешь в Индию? Но это невозможно! – взвилась я.

Как бороться с генами?!

Ноэ растерянно посмотрел на меня.

– Ты собираешься жить в Индии? – продолжала настаивать я, не желая признать, что история повторяется.

Сын устало вздохнул:

– Нет, мама, я просто буду часто туда ездить, вот и все, а остальное время буду жить в Сен-Мало, в каких-то трех часах езды отсюда.

– Но чем конкретно ты будешь заниматься?

Он мял ладони, опасаясь моей реакции.

– Па… Пакому требуется помощь на месте.

Я покосилась на Поля, который мягко улыбнулся мне. Я была права, он уже все знал от Ноэ и ничему не удивлялся. Мой сын по-прежнему избегал произносить это имя, опасаясь задеть меня и обидеть Поля. Зря он волновался. Мы с Полем уже со всем разобрались: он не ревновал меня к истории с Пакомом, ну а я… Я никогда его не забуду, это для меня очевидно, но у меня сохранится лишь нежное и окрашенное эмоциями воспоминание. Я не опасалась ни увидеть, ни услышать его. И не сомневалась, что однажды такое случится. Оставался лишь один вопрос, ответ на который не был мне известен: почему он уехал и отказывался возвращаться? Впрочем, ответа не было ни у кого, и все продолжали удивляться тому, что он окончательно расстался с Сен-Мало. Для меня это ничего не меняло. Я была настолько счастлива с Полем, что он легко затмевал любого другого мужчину, даже Пакома. Во всем этом мне не нравилось только то, что между мной и Ноэ возникнет вполне реальное географическое расстояние. На самом деле я этого ждала, я чувствовала, что тяга к приключениям и путешествиям не отпускает его, словно голос призвания. Но это не значило, что я не выложу все козыри, имеющиеся в запасе у любящей мамы.

– А Николя сам не может туда поехать? В конце концов, это его фирма!

– Мама, я тоже хочу путешествовать! Это вообще была моя идея.

Я удрученно поникла. Возможно, я что-то упустила.