Алмазный башмачок - Джейн Фэйзер

Она выпрямилась, дрожащими руками поправила сбившийся набок парик. Девочки с совершенно невинным видом сидели напротив нее, держа руки на коленях и глядя прямо ей в глаза. Гувернантка откашлялась, быстро сделала глоток из фляжки и выглянула из окна. Она никогда не была в Версале и даже слегка отшатнулась при виде великолепных желтых зданий с блестящими в лучах вечернего солнца красными крышами и ставнями.

Девочки выбрались из кареты, как только были опущены складные ступени, не заметив от волнения протянутую им руку слуги в напудренном парике. Оказавшись на земле, они огляделись по сторонам, напуганные необъятностью двора, раскинувшегося перед огромным величественным дворцом.

Прибывший раньше их князь стоял чуть поодаль, разговаривая с месье Брионом, которого гонец предупредил о приезде хозяина.

Михаэль через плечо бросил взгляд на своих дочерей. Они выглядели совсем крошечными и испуганными, как и должны были выглядеть, отметил он про себя. Дворец был местом не для маленьких детей.

— Уведите их отсюда, — бросил он Бриону. — Я полагаю, для них приготовлена отдельная комната.

— Вне всякого сомнения, милорд. Княгиня сама надзирала за всеми приготовлениями, с одобрения супруги наследника престола.

— Думаю, княгиня чувствует себя хорошо? — неожиданно мягким тоном спросил князь, втягивая понюшку табаку.

— Совершенно чудесно, милорд.

Михаэль внезапно чихнул и вытер лицо носовым платком.

— Насколько мне известно, она должна была участвовать в охоте.

— Именно так, милорд. Мне кажется, у нее был очень удачный день.

Князь с трудом сдерживал свое разочарование.

— А король уже вернулся с охоты?

— Час тому назад, милорд.

— Тогда я сначала засвидетельствую ему свое почтение.

С этими словами Михаэль двинулся вперед, не удостоив и взглядом своих дочерей и их ошеломленную всем увиденным гувернантку.

Весь двор пребывал в королевских апартаментах, обсуждая за карточными столами перипетии сегодняшней охоты.

Король оторвался от своего любимого ландскнехта, когда князь почтительно склонился перед ним.

— А, князь, я вижу, вы уже выполнили нашу просьбу.

Надеюсь, вы привезли детей? Госпожа супруга наследника сгорает от нетерпения познакомиться с ними.

— Они сейчас здесь вместе со своей гувернанткой, сир, и ждут, когда супруге наследника будет благоугодно познакомиться с ними.

— О да, конечно. Что ж, мне думается, вам не терпится увидеть вашу очаровательную жену. Она была вместе с нами на охоте и оказалась великолепной лучницей. Мы все были в восторге… она подстрелила по крайней мере двух птиц.

Король благосклонно кивнул, давая этим понять князю, что тот свободен.

Князь прошел сквозь анфиладу залов, кивая в ответ на приветствия, ловя на ходу обрывки сплетен и разговоров. Этот человек не мог прожить и дня, чтобы не прослышать про какой-нибудь скандал. Корделии нигде не было видно, хотя супруга наследника престола азартно играла за одним из столов со своими дамами. Князь взял бокал вина с подноса у одного из лакеев и подошел к окну, выходившему во двор.

Редкостные идиоты! Провалить такой отличный план!

Надо было лишь опознать свою жертву по совершенно четко данным им приметам и буквально следовать его указаниям.

Случайное падение, удар головой о землю и несколько часов, проведенных в беспамятстве в лесной чащобе, пока ее не хватятся и не отрядят за ней спасательную партию. Как они могли опростоволоситься с таким простым заданием?

— Наверное, мои племянницы очень рады своим новым комнатам?

Михаэль повернулся на голос. Ему любезно улыбался неслышно подошедший Лео. Еще один идиот, подумал про себя Михаэль, но поклонился и произнес сквозь зубы:

— Надеюсь, гувернантка сможет справиться с ними после этого.

И, повернувшись, пошел дальше.

От ярости кровь бросилась Лео в лицо. Михаэль явно не в духе, и, зная его повадки, можно было не сомневаться, что свое раздражение он выместит на Корделии. Он взглянул на карманные часы. Пять вечера. Обитательницы Оленьего парка сейчас готовятся к вечерним занятиям. И у них еще нет посетителей. Пожалуй, подходящий момент, чтобы узнать, удалось ли Татьяне переговорить с братом насчет фальшивого паспорта.

Михаэль, преисполненный холодной ярости, направился в свои апартаменты, где, по его мнению, должна была в эти минуты находиться жена, целая и невредимая и такая же упрямая и своевольная, как всегда. Он обнаружил се сидящей перед зеркалом в туалетной комнате, старательно наводящей макияж. При его появлении она тут же поднялась и приветствовала его реверансом.

— Добрый вечер, милорд.

Он не ответил на ее холодное приветствие.

— Вы были на сегодняшней охоте?

— И имела успех с луком и стрелами, — ответила она, садясь и складывая руки на коленях с притворно покорным видом, за которым, однако, он не мог не видеть ее обычной наглости. — Король был так добр, что похвалил меня.

— Никаких происшествий не было? — Он прищурил глаза, чтобы не упустить ее реакции на этот вопрос.

Корделия пожала плечами:

— Ничего заслуживающего внимания, милорд.

Тень злобного разочарования промелькнула в бледной глубине его глаз. С едким удовольствием он произнес:

— Охота не очень спокойное занятие. Я начинаю думать, что вам лучше оставить его.

Корделия взглянула прямо на него. В выражении ее лица он прочитал именно ту степень обеспокоенности, какую и надеялся увидеть.

— Оставить, милорд?

— Если вы носите ребенка, это не слишком разумно, — произнес он с неприятной усмешкой. — Я не хотел бы рисковать моим наследником.

Корделия не знала, беременна она или нет, но поняла, что он снова извращенно издевается над ней. Она не даст ему насладиться зрелищем своего несчастья!

— Уверена, что вы лучше знаете эти вещи, милорд, — ответила она, с безразличием пожав плечами. — Дети, я думаю, уже устроились в своих комнатах. Вы хотите навестить их?

Отвлекающий маневр удался. Михаэль побагровел от ярости.

— Нет, не хочу. Я также настаиваю, чтобы они оставались там со своей гувернанткой, пока их не призовут к себе члены королевской фамилии. В этом случае их будете сопровождать вы, но, в свою очередь, в обществе стражника.

— Стражника, милорд? — Она приподняла от удивления бровь. — Какая опасность может мне грозить в Версале?

— Вы будете делать так, как я сказал, вам это понятно?

— Конечно, милорд.

С этими словами она встала и снова присела в реверансе, излучая такую наглость, что он даже шагнул к ней, сжав губы и воздев руки. Пересилив себя и остановившись, он улыбнулся своей змеиной улыбкой: