Понарошку? - Ирина Воробей

От себя ее снова отвлек голос, подпорченный помехами связи. Долетела только концовка фразы.

– … планов на завтра?

– Каких планов?

– Ну, каких-нибудь. Может, ты когда-то давно купила билеты, например, и забыла про них?

Саша задумалась. С ней точно такого не могло случиться. Удивилась его странному предположению.

– Нет. Уж если я на что-то потратилась, я об этом не забываю.

– Точно?

– Точно, – она прищурилась кокетливо и затаила дыхание. – А тебе-то что?

– Ничего. Просто удивляюсь, как скучно ты проводишь пятницы.

Даже за усмешкой и в молчании слышалось смущение. Несколько секунд Саша находилась в ступоре, не зная, как продолжать разговор и надо ли. Ждала от него инициативы и дождалась.

– Не планируй ничего. Заеду за тобой после работы.

Она вытянула лицо и раскрыла беззвучно рот. Сердце рвалось наружу. Казалось, что сотрудники редакции оборачиваются на ее странное свечение. Это лучилась радость, розовая, как в девчачьем мультике.

* * *

Утром Саша снова ломала голову, как одеться, надо ли быть красивой, вообще свидание ли это. Хотелось выглядеть сногсшибательно, но и показывать, что она готовилась к встрече, как к самому ожидаемому романтическому событию в своей жизни, не хотелось.

Перебрав весь гардероб, девушка перематерилась, взбесилась, передумала тысячу раз и в итоге напялила на себя узкие брюки и водолазку, чтобы максимально не подходило для приятного вечера. Чтобы и сам вечер не был приятным. Чтобы не поддаваться слабости и не наворотить опять воздушных замков. Решила быть настороже и проявлять максимум безразличия, на которое была способна. Не зря же говорили, что клин клином вышибают. Она надеялась, что тем самым сможет растормошить Золотова.

Подъехать Саша попросила не к самой редакции, а за угол, лишь бы не бесить Ингу лишний раз. Ждала с суровым лицом, таким же, как у главного героя клипа «Скибиди», руки скрестила, с помощью выключенного смартфона тренировалась делать холодный взгляд. И с большим трудом сдержалась, чтобы не ответить улыбкой на улыбку, когда увидела любимое лицо за лобовым стеклом.

– Все в порядке? – спросил парень, странно разглядывая ее.

– В полном, – ответила Саша, напрягая все мышцы головы и шеи – суровость и безэмоциональность, когда внутри кипели страсти, давались ей непросто.

Он вскинул брови и отвернулся с ухмылкой к дороге. Первое время молчали под треки Ланы Дель Рей.

– Если хочешь, включи Литтл Биг, – предложил Золотов. – Или что нравится.

– Все нормально, – стараясь не разжимать губ, чтобы не расплыться в улыбке, ответила Саша, потому получилось гнусаво. – Не беспокойся.

Парень не выдержал и рассмеялся.

– Ты ботокс вколола или что с тобой?

Девушка выдохнула с досадой и мгновенно расслабилась. Закраснелась, отвернулась к окну, засмеялась сама.

– Не обращай внимания, просто… учусь сдержанности.

– А выглядит так, будто у тебя наоборот недержание, – он все еще посмеивался.

Она расхохоталась в голос, представив, как это выглядело со стороны. Ругала себя за глупую попытку быть не той, кто есть. Дальше улыбалась без устали и болтала без умолку.

Они быстро приехали к месту назначения, которое тоже находилось в центре. Им оказался клуб-ресторан с концертной афишей. Сегодня выступала Вера Полозкова, о чем гласила желтая реклама на входной двери.

– А-га, – Саша распахнула глаза, чтобы выпустить искры восторга, и пульнула ими в Золотова, который самодовольно скалился. – Неужели ты ради меня заморочился?

Он закатил глаза наигранно.

– Обижаешь. Я просто давний фанат Полозковой, а более приятной компании не нашел. Пришлось тебя звать.

Девушка склонила голову набок, прикусив губу, и посмотрела на него снизу со скепсисом.

– Что? – парень развел руками. – Я не животное, ладно? У меня тоже есть тяга к прекрасному.

Саша захихикала и покачала головой.

– К тебе, например, – добавил он тихо, кашлянув, и спрятал руки за спину, а лицо отвел в сторону и наверх, будто любовался архитектурой непримечательного здания.

Сине-зеленые глаза раскрылись шире и уставились на Золотова с еще большим недоверием. Таким смущенным он выглядел мило. Располагал к нежности. В ней сразу проснулась жажда объятий. Но она как молитву твердила про себя: «Держи себя в руках». С помощью всей собранной в кулак силы воли удалось угомонить сердце. Зато от вопроса Саша не удержалась.

– Это свидание, что ли?

– Да нет, – выпалил парень, остановив на ней настороженный взгляд. – Секс в обязательную программу не входит, если что.

Она разочарованно поджала губы. Секса ей как раз хотелось больше всего. Такое дикое желание проснулось, что концерт любимой поэтессы можно было бы и пропустить. На красивом лице снова проявилась сексуальная ямочка, возбуждающая до самого нутра, – капкан внимания, из которого не хотелось выбираться. Еще один напор силы воли, и взгляд получилось отвести.

– Ладно. Тогда пошли. Друг, – процедила Саша и вздернула носиком.

Внутри было душно, но уютно. Интерьер располагал к духовному развитию. Все стены были обвешаны абстрактным искусством, будь то картины, панно или дизайнерские украшательства из несвязных предметов. Наполированный потолок отражал в себе все пространство, как рыбий глаз. Барная стойка поблескивала обилием стекла. А сцена спряталась за матовыми кулисами, плотными и темными. Зал представлял собой не стандартные ряды сидений, а отдельные кресла из плетенки, на которых можно было расположиться с удобством. Они заняли свои во втором ряду.

Кулисы еще были закрыты. Зрители устраивались на местах, шуршали, шептались, кашляли. Золотов схватил Сашу за руку и стал играть по ее венам пальцами как на гитаре, только очень плавно и аккуратно. Девушка посмотрела на него с возмущением, ненастоящим, но красноречивым. Парень остался спокоен.

– Ты же сама разрешила. Или хочешь взять слова обратно? – эта нахальная ухмылка выбивала ее из строя, сносила со всех радаров, не оставляла выхода.

Саша вздохнула глубоко, чувствуя, как возбуждение разливается по телу, поднимаясь от живота к груди и дальше. Кровь прилила к лицу. От щекотливых прикосновений холодных пальцев пульсировали вены.

– Ну, должен же кто-то удовлетворять твою потребность, – проворчала она. – Так уж и быть, принесу себя в жертву ради спасения невинных девушек.

Золотов усмехнулся.

– Уверен, тебе зачтется.

Он устроился поудобнее в кресле и провел ладонью по ее предплечью, плотно, но мягко. Саша боялась себя, того, как неистово бурлило в ней возбуждение, и как сложно было его от себя отталкивать. Невозможно. Она вдруг поняла, что спокойно держалась до этого только потому, что это он ее раньше отталкивал. А теперь