Человечка из пророчества - Юлия Юг

– Возвращаемся. – Скомандовал Дартарион, и я увидела, как он возвышается надо мной. – Складывай крылья, я тебя подхвачу, а то обратную дорогу можешь не выдержать, и так хорошо крыльями поработала.

Не передать, как я благодарна такой его заботе. Я, действительно, вымоталась изрядно. А Дартарион подхватил меня, словно пушинку, своими лапами и понес по небу. Благодаря своей новой драконовской коже, я не испытывала никаких неприятных ощущений, находясь в лапах дракона.

Позже дедушка, вернее его дракон, с такой же легкостью и аккуратностью поставил меня на землю, а сам мгновенно перевоплотился в своё человеческое обличье, и сразу он был облачен в одежду. Нужно уточнить у него, как они умеют это делать?

А Дариарион громко и чётко стал мне говорить, уже на человеческом языке, а не так, как он это делал в обличии дракона, когда его голос раздавался в моей голове.

– Теперь твоя очередь, давай перевоплощайся.

«Как? Я НЕ УМЕЮ!».

Но в своём человеческом обличии дедушка, вероятнее всего, меня не понимал. Однако он проговорил:

– Заставь дракона освободить твоё тело человека. Сразу расставляй приоритеты, кто из Вас двоих главный…

В этот момент уже я не особо слушала дедушку, так как размышляла о том, как здорово быть драконом, какой прекрасный был полет, сколько безмятежности и умиротворения мне это принесло и стоит ли спешить возвращаться в человеческую плоть?

И тут до меня медленно доходит, что это не совсем мои мысли. Вернее они, как бы и мои тоже, моего дракоши. Из размышлений вывел дедушкин голос:

– Если ты не обернешься, то он тебя подчинит себе, и ты можешь навсегда отстаться драконом… Одичавшим драконом. Давай, девочка, возвращайся.

Слова родственника меня очень напугали. Лучше бы рассказал, что именно нужно делать, чем так пугать, но что-то делать нужно. И пока мой дракон не на присылал мне ещё кучу доводов в свою пользу, я в своем вообразила, что мои драконьи лапы опять превращаются в ноги, а тело – в человека. Меня на миг затеряло, и вот я уже снова я. Человек. Только почему-то голый, в отличие от дедушки. Хорошо, что Степанида оказалась рядом и очень сообразительной. Она мне сразу же на плечи набросила простынь, ту самую, в которой Дартарион меня унес из замка семейства повелителей драконов, и я завернулась в неё.

– Поздравляю с боевым крещением! – Весело и довольно громко, радостным голосом произнёс дедушка, и я услышала за спиной аплодисменты.

Только сейчас пригляделась и поняла, что помимо трех лекарей на лужайке у замка стоит ещё человек пятнадцать. Все они одеты в униформу прислуги. Вышли посмотреть шоу?

– Поздравляем! Йушууу – Закричал один, и подхватили другие хором:

– Йушууу.

– Что это означает? – Спросила я.

– Йушу – это поздравление с тем, что молодой дракон прошёл инициацию и стал на крыло. Это знаковое событие в жизни дракона, поэтому его отмечают празднеством. – Пояснил Дартарион и, поравнявшись со своим слугой, дал указание:

– Объявить всем, что моя внучка стала на крыло и раздай в народ девять корзин серебряков, пусть люди за нас порадуются…

– Но, Ваше благородство, позвольте, девять корзин, это же целое состояние… – в явном замешательстве пробормотал потрясённый новостью слуга.

– Так и повод-то какой! – Ответил невозмутимо хозяин замка. А затем, приобняв меня, продолжил говорить уже мне:

– Я отдал распоряжение: вещи первой необходимости тебе через 30 минут привезут, а всё остальное сошьем на заказ.

– Спасибо, – смущённо проговорила я.

– Катя, извини, что касаюсь этой темы, но я обязан знать: чем тебя обидела твоя истинная пара?

Я затушевалась, и дедушка насторожился ещё больше. Прислуга расходилась, и сейчас мы втроём: я, Степанида и дедушка, входили в замок.

Что же, пожалуй, они близкие мне люди, и могут узнать всё, как есть:

– Он для того, чтобы проверить, я ли его истинная пара, вместе со своей мамой, подсыпали мне в ужин или вино какую-то траву. Это я услышала из обрывков их разговоров, когда лежала в бреду.

– Траву? Ты не чего не перепутала, какой смысл?

– Ну, якобы, как я поняла, она имеет возбуждающее действие… Наверное для того, чтобы я охотнее согласилась на близость с ним…

– Что? Они совсем охамели? – Выругался дедушка в голос и произнес какие-то еще малопонятные мне слова. Судя по выражению его лица и интонации, это были ругательства. Затем дедушка произнес:

– Так, стойте здесь!

И Дартарион, оставив меня с ведуньей в фойе замка, сам выбежал обратно в сад. Сейчас как натворит чего? Он у меня может… Зря, наверное, я всё это рассказывала…

– Не ожидала, что они на такое пойдут. – Тихо, почти себе под нос прошептала Степанида, но я всё равно её услышала.

Уже через несколько минут мой дедуля вошёл назад в замок в сопровождении все тех же трех лекарей и своим будничным тоном начал отдавать распоряжения:

– Ваша задача: по составу крови определить, что именно это была за трава, и какие последствия от неё могут быть. Понятно?

Лекари утвердительно помахали головой, и один из них, тот самый, который живёт здесь у дедушки в замке, предложил мне пройти с ним в медицинский кабинет. Такой, как оказалось, не плохо обустроенный, со своей лабораторией здесь, оказывается, имеется.

Не знаю, что за медицинские технологии в этом мире и насколько они в этом вопросе применяют магию, но уже через полчаса нам доложили, название травы, ее свойства и прочее подробности. Лекарь сказал:

– Исследовав анализы Екатерины ары Собир, мы можем практически со 100 процентной уверенностью сказать, что в составе её крови обнаружены частички таких веществ как флавоноиды и гликозиды…

– По нормальному объясни, доступно! – Скомандовал дедушка.

– Всё просто: ей действительно подмешали в еду или питье листья и цветы травы ментарьхиес, в простонародье её называют драголюб. Эта трава давно используется для повышения сексуального желания и улучшения работы репродуктивной системы как у женщин, так и у мужчин. Некоторые расы даже молодожёнам перед первой брачной ночью дают настой из этой травы, чтобы ночь оказалась наиболее бурной и плодотворной. Но в целом никакого вреда для организма это растение не приносит. Всё анализы у Вашей внучки в полном порядке.

– Я рад. – Ответил дедушка.

А я вздохнула. То