Пленница льда - Валентина Савельевна Колесникова

из кармана штанов осколки склянки, края которой были измазаны чем-то зеленым. — Это яд из крови кельпи. Редкая гадость, запрещенная во всем мире. Для того чтобы сварить отраву, нужно убить десяток лошадей, причем очень важно, чтобы в момент забора крови они находились в сознании. Нужно понять, что еще добавили в состав… Несколько капель убивают лошадь, но Морлу вкололи отраву с примесью, не желая убивать его сразу. Судя по всему, гном что-то знает, или враг думает, что знает. Вы как хотите, но я спать…

Устало открыв дверь, Ролан впустил нас в свою обитель, кивком показал волчице маленькую комнату, в которой стояла старая кушетка, накрытая покрывалом, а сам направился прямиком в кровать.

Мне кажется, он уснул еще до того, как коснулся головой подушки.

— Что ты делаешь? — Риска смотрела на то, как Ролан формирует в своих ладонях маленький фиолетовый пульсар.

— Даю сигнал своему отряду о том, куда мы идем, и передаю сообщение. — Мужчина разжал кулаки, резко дунул на созданный им шарик, и тот упорхнул через открытое окно. — Мне нужна их помощь, заодно пусть купят все необходимое, а мы с вами отправимся в мою лабораторию.

— Да ну! — Джастин сидел рядом с Риской и удивился решению мага. — Ты нас-то не сразу пустил в свою берлогу, а тут с такой легкостью волчицу приглашаешь. Обидно вообще-то. Мы с Сирисом твое доверие годами пытались заслужить.

— Я не доверяю ей, — Ролан сказал это довольно холодно, но Риску это задело, — и не уверен, что когда-либо смогу. Готовы?

Готовы.

Утро выдалось печальным. Я с трудом открыла глаза, осознала, что все еще жива и что меня не придавило деревянной балкой, — это просто рука мага оказалась сверху. Да и нога заодно. Ролан крепко спал и даже во сне выглядел уставшим, что-то бормотал и прижимался ко мне, не выпуская из крепких объятий.

Я попыталась выбраться, но куда там… Даже с кровати встать не дали, сразу в охапку сгребли и вернули на место, продолжая сопеть себе под нос.

Все это казалось мне странным. Почему мы спим в одной постели, когда в доме есть еще комнаты?

Судя по всему, завтрак мы давно пропустили, да и обед тоже. В комнате стояла неимоверная жара, за окном щебетали птицы, были слышны разговоры прохожих, а они обсуждали, что кто-то соизволил демона ночью призвать… Видимо, крик Морла был расценен именно таким образом, но это к лучшему.

В коридоре слышались шум, шорох и гневный шепот Риски: волчица гоняла Джастина тряпкой, а аниморф, громко хлопая крыльями, рушил все, что не прибито к стенам.

— Убью всех, — в сердцах молвил Ролан, и в доме воцарилась гробовая тишина.

— Смиренно просим прощения, — пролепетали где-то за пределами комнаты. Джастин что-то пищал, явно меняя ипостась, и продолжал издеваться над Риской. — Все же ты боевая женщина, Риска. Если продолжишь в том же духе, мужика себе не найдешь! Это я тебе как мужик говорю. Посмотри на себя: мышцы нарастила, руки сильнющие, пальцами можно орехи колоть…

— Я своими пальцами могу не только орехи колоть, но и языки врагов вырывать, — гневно шикнула девушка, — а те, что без костей, скармливать драконам! Ради такого случая я найду логово чешуйчатых гадов, чего бы мне это ни стоило.

— Ролан, меня сейчас выпотрошат, — со знанием дела заметил Джастин, «тонко» намекая на то, что пора вставать. — И вообще, хватит спать, мы с голоду сейчас скопытимся! Уже обед, мы вас будить боялись, а на кухне мышь повесилась… В прямом смысле! И твой дом нас не выпускает…

Ролан тяжело вздохнул, с трудом открыл глаза, разжал крепкие объятия, понял, что все это время обнимал меня во сне, и вмиг проснулся.

— Прости!

— За что? — не поняла я, потягиваясь в кровати и разминая затекшее тело.

— Я мешал тебе спать. — Мужчина быстро встал, бодрым шагом пошел в ванную комнату и мигом вылил на себя целую бочку ледяной воды. Несмотря на то что я полюбила холод, даже мне стало как-то не по себе.

В холодильной камере, кстати, мышь и правда повесилась. Некое подобие холодильника вмещало мало продуктов, но морозила просто отлично, опять же, благодаря магии.

— Так, быстро едим, и нам нужно как можно быстрее в лабораторию. — Ролан никого не пустил на кухню, все сделал сам. Мне позволили встать рядом и чистить овощи, и то маг смотрел на нож в моих руках со странной нездоровой ревностью. — Я смогу это перебороть.

Последние слова были связаны с обостренным чувством собственности. Он злился, когда трогали его вещи и тем более наводили порядок в его берлоге.

— Надо же, — с удивлением заметила я, аккуратно положив чистый нож на место, — хоть какой-то изъян в тебе есть.

— Хоть какой-то? — возмутился аниморф, набрасываясь на омлет с салатом. — Да у него их полно! Он с меня чуть семь шкур не содрал, когда я решил воспользоваться кухней без спросу. По ветру душу мою пустил и выгнал из дома! Еще и пнул для ускорения!

— Джастин, — Ролан смотрел на аниморфа с укором, — тесто после тебя на потолке висело, яйца взорвались, а спрятанное на черный день варенье разбилось и вытекло на белую скатерть. Все это ты умудрился сделать, пока я мылся в ванной. Я думал о том, что у меня впервые за долгое время появилась возможность отдохнуть от сражений хотя бы один день, но ты все испортил. Магия магией, но прибираться все равно приходится самому, и после твоего небывалого триумфа я угробил весь день на то, чтобы привести дом в порядок. Так что кухня для тебя — запретное место. Так было, есть и будет всегда.

— Он цветочный горшок разбил, — Риска сдала аниморфа с потрохами. — Чего так смотришь? Я же сразу сказала, что не позволю всю вину на себя свалить.

— Стерва!

— Еще какая!

Джастин с Риской смотрели друг на друга как два заклятых врага на последний кусок мяса после месяца голодной жизни. Между ними не черная кошка, а целое стадо бешеных бабуинов пробежало! Пространство между ними искрилось, в итоге Ролан не выдержал и, щелкнув пальцами, отправил парочку доедать свой завтрак в отведенные им комнаты.

— Я тоже тебя раздражаю? Если да, то можно мне сказать об этом, и я сразу уйду. — Такое поведение не казалось мне странным. Характер мага просто так не изменить, да и менять не стоит. Это невозможно.

— Ты единственная, чье присутствие меня не раздражает, — тихо ответил маг, взял мою пустую тарелку и