Дежавю - Дарья Дияр

Мира вздохнула.

– Я люблю тебя, Тимур Астахов, – она улыбнулась. – Мне сложно не дразнить тебя, но я постараюсь.

Каждое ее слово разгоняло ритм моего сердца до немыслимых скоростей. Я уже не понимал, как вообще жил все это время без Миры.

– Мы обязательно все наверстаем, и нам не так уж долго нужно продержаться, – я потерся своим носом о ее. – Моя любимая и такая нетерпеливая девочка.

Оставив Мирославу искать тот сериал, который согласился с ней посмотреть, я принял контрастный душ, чтобы хоть немного прийти в себя. Стоя под струями воды, я наслаждался тем ощущением, которое дарило осознание, что Мира ждет меня в спальне.

Мне категорически не хотелось давить на нее, но я действительно не представлял сценарий, в котором она и дальше проводит ночи у себя в общежитии, а не в моей постели.

Еще и университетский устав, будь он неладен… Нарушение конкретно этого запрета едва ли могло нанести непоправимый вред лично мне, только если подобная новость просочилась бы в прессу. Вот уж кто умеет раздумать скандал на ровном месте.

И все же, меня больше заботило спокойствие Мирославы. Я бы хотел оградить ее от сплетен и перешептываний за спиной насколько возможно, хоть все это и было неизбежно в нашей ситуации.

Мне безусловно нравилось преподавать, но я не хотел ни от кого скрывать наши с Мирой отношения, а значит необходимо решить вопрос с этим запретом.

Завтра же поговорю с Игнатьевым. Вдвоем у нас наверняка получится что-то придумать.

Когда я вернулся в спальню, Мира уже не только подготовила все для просмотра сериала, но и убрала с пола разбросанные вещи. Ее платье было перекинуто через спинку стула, белье лежало рядом аккуратной стопкой, а наши телефоны заряжались, каждый на своей прикроватной тумбочке.

– Мне было лень идти в гардеробную, – сказала Мира, проследив за моим взглядом. – Хорошо хоть ткань платья такая, что нужно еще постараться, чтобы смять ее, иначе пришлось бы вставать раньше и ехать в общагу, – ее взгляд вдруг стал немного виноватым. – Твой телефон выпал из кармана штанов, когда я поднимала их с пола. Потом увидела на тумбочке беспроводную зарядку… ну, и вот.

Я забрался под одеяло и притянул Миру к себе.

– Спасибо, – я сплел наши пальцы. – Я бы про него и не вспомнил.

Она облегченно выдохнула, а я едва сдержал дрожь, когда она на миг прижалась губами к моему плечу, прежде чем опустить на него голову. В этом простом и невинном поцелуе было столько нежности, что я расплылся в самой довольной и идиотской улыбке в своей жизни.

Мира включила первую серию и забавно пританцовывала в такт песни из заставки, которую знал даже я, хотя не видел ни единой серии «Друзей». Когда на экране появились русские субтитры, она вновь схватила пульт и начала быстро жать по клавишам, чтобы оставить только оригинальную дорожку, не переставая ворчать себе под нос про неверный перевод.

Мы в один заход посмотрели сразу пять серий, и я даже был рад, что не видел сериал раньше. Прижимать к себе Миру, слышать ее смех и обсуждать события, разворачивающиеся на экране… я снова задался вопросом, было ли мне когда-то настолько хорошо, и на этот раз ответ был однозначным.

Нет, не было. Но теперь так будет всегда.

* * *

– Это тот зеленый дом за кофейней? – спросила Мира у своей подружки по ту сторону телефона и робко улыбнулась мне, когда я слишком громко опустил чашку с горячим кофе на стол. – Да, ты права. Там точно никто не увидит. Как раз пройдем через кофейню, и я переоденусь. Ты все вещи нашла?

Проснувшись этим утром, я впервые в своей жизни несколько минут наблюдал за спящей девушкой в своей постели. Длинные волосы Мирославы разметались по подушке, выражение ее лица было безмятежным, а пухлые губы так и манили прикоснуться к ним. Повезло, что этой ночью она уснула в моей футболке, иначе совсем бы рассудок помутился.

Чем дольше я смотрел на Миру, тем четче понимал, что хочу каждое утро просыпаться рядом с ней.

Я знал, что через несколько минут прозвонит ее будильник, но предпочел разбудить Миру самостоятельно. Первым делом я поцеловал ее плечо, затем ключицу и щеку. Когда я накрыл ее губы своими, Мирослава уже сонно улыбалась.

Клянусь, ее улыбка словно осветила это утро, в то время как небо за окном так затянуло тучами, что сквозь них не пробивался ни единый луч солнца.

За завтраком я сообщил Мире о своих планах поговорить с Игнатьевым, но она не разделила моего энтузиазма. Оказалось, что она уже успела обменяться сообщениями с Даниленко, с которой они придумали какой-то хитрый план.

– Спасибо, Ник, – Мира улыбнулась. – Скоро увидимся.

Она отложила телефон, посмотрела на меня и отпила свой кофе.

– Мира…

– Знаю, тебе все это не нравится.

– Даже не представляешь, насколько.

– Не хочу торопиться, – мольба в ее взгляде буквально обезоруживала меня. – Пусть это пока останется только между нами. Пожалуйста.

Я вздохнул, прекрасно понимая, что не могу ей отказать. Ни в чем.

– Хорошо, – сказал я и получил награду в виде чудесной улыбки, которая уже давно пленила меня. Довольная моим согласием, Мира поднялась со своего места, подошла ко мне и склонилась, чтобы поцеловать. Она ахнула и рассмеялась, когда я обхватил ее талию и усадил к себе на колени, чтобы углубить поцелуй.

Мира обхватила меня руками за шею, зарылась пальцами в мои волосы и прикусила мою губу, и я едва не застонал.

Господи, эта девчонка сведет меня с ума.

– Мирослава, мой самоконтроль прямо сейчас трещит по швам, – шепотом предупредил я, когда она вдруг провела ноготками по моей шее, продолжая со всей страстью отвечать на поцелуй. Моя рука уже забралась под ее платье и сжала бедро. – Еще немного и точно никуда не поедем.

Мира хихикнула и отстранилась, а в ее шкодливом взгляде не было даже намека на раскаяние.

– Знаешь, мне очень трудно не дразнить тебя, – она вздохнула и игриво надула губки. – Может, мне лучше сегодня поехать в общежитие после пар? Не хочется доставлять тебе дискомфорт.

О, я действительно испытывал дискомфорт. В одной конкретной части тела, твердость которой Мирослава сейчас наверняка ощущала своей аппетитной попкой. Перед глазами так и мелькали сцены, как нагнув Миру над этим самым столом, я вхожу в нее, а она кричит от удовольствия.

Проклятье. Мне настолько сложно сдерживать свои почти животные порывы, словно Мира меня чем-то опоила. Это