Часовня "Кловер" - Девни Перри

Воздух исчез из моих легких. Рывок за рывком, я изо всех сил пыталась вдохнуть немного кислорода, пока он смеялся надо мной.

Джинкс слез с кровати, разговаривая с Рэкой о моей шкатулке с драгоценностями, в то время как я перекатилась на бок и схватилась за живот. Слезы потекли по моему лицу, когда боль усилилась. Мне никогда не было так больно. Я понятия не имела, какую сильную физическую боль один человек может причинить другому.

Затем я начала двигаться.

Только что я корчилась от боли на своей кровати, а в следующую секунду Джинкс выносил меня из моего дома на плече.

— Нет! Помогите! — закричала я, пиная его в спину. Боль в ребрах и лице усиливалась с каждым моим движением, но адреналин, циркулирующий в моей крови, подстегивал меня к борьбе.

Телефонный звонок, должно быть, был из моей охранной компании, а это означало, что помощник шерифа был в пути. Может быть, если бы я смогла замедлить их, меня бы спасли. Но ничто из того, что я делала, не замедляло их бегство.

Джинкс поспешно вынес меня на улицу. Я прищурилась в темноте, надеясь увидеть огни, приближающиеся к моей подъездной дорожке, но все, что я увидела, был перевернутый черный фургон.

Холодный ночной воздух покусывал мои голые ноги, но я не позволила ознобу остановить мою борьбу. Я продолжала кричать и бороться. Если бы я могла освободиться, может быть, я смогла бы убежать в лес и спрятаться.

— Отпусти меня! — взвыла я, используя всю энергию, которая у меня была, чтобы ударить Джинкса. Но моя борьба была напрасной.

— Хватит, — крикнул Рэка с моей стороны.

Я подняла голову как раз вовремя, чтобы увидеть, как его татуированный кулак приближается прямо к моему виску.

А потом все погрузилось во тьму.

Ник

Это была худшая гребаная неделя в моей жизни.

Я по-королевски облажался с Эмми и бросил ее. Снова. Единственное, о чем она просила меня — это остаться, а вместо этого я сбежал.

И почему? Потому что она была честна со мной по поводу нашего брака? Потому что она относилась к этому иначе, чем я?

Конечно, она хотела бы начать все сначала. Наши девять лет разлуки были потрачены на то, чтобы думать о совершенно разных вещах.

Я думал, что она будет счастливее и в большей безопасности без меня. Я провел свое время, вспоминая ее с тоской. С любовью.

Она думала, что я бросил ее, потому что она была недостаточно хороша и что мне было все равно. Она провела девять лет, вспоминая меня с болью. С ненавистью.

Я даже не выслушал ее объяснений. Я был так взбешен, что отгородился от нее и наговорил жестоких и непростительных вещей.

Я был гребаным мудаком.

По крайней мере, я сдержал свое обещание не помогать папе разжигать незаконный пожар. Несмотря на то, что я был в Клифтон Фордж, я ясно дал понять, что приехал сюда на похороны Стоуна и не более того. Ну, на похороны и пьянство. Напиться было единственным способом, которым я мог справиться с тем, что я сделал с Эмми. Что я все еще делал с ней.

Эмми звонила последние несколько дней, но я игнорировал телефон. Ее сообщения на голосовой почте умоляли меня перезвонить ей. Ее сообщения были почти такими же. Я жаждал услышать ее голос, но боялся того, что она скажет.

Я не хотел слышать, как она говорит мне, что между нами все кончено.

Она никогда не простила бы мне этого. И когда она бросит меня, это будет полностью оправдано. Конец наших отношений был моей гребаной ошибкой, и она имела полное право развестись с моей тупой задницей.

— Уже пьешь? — спросил Дэш, входя в комнату для вечеринок Цыган.

Я хмыкнул. Да, я уже пил. Было всего шесть часов утра, но сегодня я был на взводе и надеялся, что вырублюсь к десяти.

Комната для вечеринок была местом, где Цыгане развлекали своих гостей. Здесь располагался полностью укомплектованный бар, и в течение последних четырех дней он был моим домом.

Трехчасовая поездка в Клифтон Фордж в понедельник вечером охладила мой пыл. В ту минуту, когда я выключил свой байк, я подумал о том, чтобы снова сесть на него и поехать домой. И встать на колени, умоляя Эмми простить меня.

Но я был слишком большим трусом. Слишком боялся, что она скажет «нет». Итак, я отправился прямиком в клуб Цыган и напился.

Я уже подносил пиво к губам, когда зазвонил мой телефон. Откопав его, я был удивлен, увидев имя Джесса. Я ожидал увидеть Эмми.

— Черт, — пробормотал я.

Эмми и Джиджи, вероятно, встретились на этой неделе, и теперь Клири знали все о том, каким придурком я был. Джесс, вероятно, звонил, чтобы надрать мне задницу за то, что я так плохо с ней обращался.

Это или что-то было не так на станции. Я позвонил паре своих волонтеров и сказал им, что у меня чрезвычайная ситуация в семье. Все они дежурили по сменам на станции до понедельника.

— Брик, — ответил я.

— Где ты, черт возьми?

— В Клифтон Фордж.

— Возвращайся домой. Сейчас же, — отрезал он.

— Зачем? Что случилось?

— Твою жену чуть не похитили сегодня в четыре часа утра.

В ту секунду, когда эти слова запечатлелись в моем мозгу, я вскочил со стула, моя пивная бутылка полетела через всю комнату. И разбилась о кирпичную стену. Стекло и пена разлетелись по старому потертому дивану.

Я не был пьян, но покачнулся на ногах и упал на задницу. Сидя на бетонном полу, я положил голову между колен и попытался вдохнуть, но воздух не задерживался в моих легких. Давление в моей груди было слишком сильным.

На заднем плане я слышала, как Дэш разговаривает по моему телефону с Джессом, но я не мог разобрать слов.

Звук моего разбивающегося сердца был слишком громким.

Стоя возле больничной палаты Эмми, я похлопал Джесса по плечу.

— Я не знаю, как тебя отблагодарить.

— В благодарности нет необходимости. Я просто чертовски рад, что все получилось именно так, а не иначе.

Я не позволил себе даже думать о том, что могло бы случиться, если бы Джесс не спас ее.

— Вот, — сказал Дэш, протягивая мне чашку кофе, когда присоединился к Джессу, папе и мне