Соучастники в любви - Луна Лу

– Мне надо в душ, – бормочет она, отталкивая меня, как надоедливого пса. – А ты пока собери вещи. Я быстро. – Она встает с кровати и начинает копаться в своем рюкзаке.

– Я тоже могу быстро. Дай мне пять минут, и мы оба кончим.

Она бросает на меня такой строгий взгляд, будто я сморозил лютую глупость.

– У нас нет этих пяти минут, надо ехать дальше, – бурчит она, качнув головой.

– Куда ты так спешишь?

– Куда я так спешу? – издает она невеселый смешок. – Убраться подальше от Хеджесвилля. А ты разве нет?

Я обреченно вздыхаю и откидываюсь обратно на матрас.

– Тебе идет, кстати, – говорю я ей, глядя в белый потолок.

– Что? – слышится ее приглушенный голос уже издалека, со стороны ванной.

– Моя футболка. Подчеркивает голубизну твоих глаз.

В ответ слышу лишь хлопок двери. Маленькая обломщица. Но синяя футболка и правда шикарно сидит на Бель. Ее глаза сразу становятся ярче. Мне это нравится. Я замечал, что они голубые, когда она радуется. Когда плачет, они как стеклянные.

Твою мать, о чем я думаю вообще? С каких пор я обращаю внимание на глаза девушки, а не на другие, более выдающиеся части тела? Я мог трахать девушек и не запомнить даже их имени, что уж говорить о цвете глаз? Что за чертовщина со мной творится?

Я как малолетка. Даже ладони потеют, когда я с ней. Какого хрена? Я видел столько разных девушек, что и не вспомнить. Но я ни на кого еще не реагировал так, как на нее. Понятия не имею, что именно в ней меня так заводит. И какого черта меня волнуют ее желания больше, чем мои собственные? Я ведь еле сдерживаюсь, чтобы не залезть к ней в душ сейчас. Я знаю, что она тоже завелась. Но она сказала, что хочет убраться подальше от Хеджесвилля, и я ее понимаю. Я не один пострадал в этом городе, он искалечил нас обоих. Что же с ней произошло в этот раз? Что заставило ее бросить все и уехать? Не я ведь? Должно быть что-то еще.

Услышав визг из-за стены, подскакиваю, хватаю пушку и влетаю в ванную.

– Бель?!

Отдернув шторку душа, вижу ее, стоящую у стенки и пытающуюся прикрыться от меня своими маленькими ладонями.

Она так же вопросительно таращится на меня.

– Эй! Уйди!

– А ты чего кричала?! – я уже не пытаюсь удержать зрительный контакт, скользя голодным взглядом по всему ее телу, по светлой коже, покрытой моими засосами, мурашками и прозрачными капельками.

– Вода резко стала ледяная, – бормочет она, пока ее зубы стучат от холода.

– Согреть? – не удерживаюсь я от предложения, заметив, как ее взгляд блуждает по моему телу.

Но тут настойчивый стук во входную дверь прервал наши гляделки и заставил меня насторожиться. Я подношу указательный палец к губам, показывая Бель, чтобы молчала. Осторожно, почти бесшумно крадусь к двери, прислушиваясь.

– Уборка номеров! – из-за двери слышится женский голос с акцентом, и я облегченно вздыхаю.

Не открывая дверь, кричу в ответ:

– Нет, спасибо.

И, к счастью, слышу отдаляющиеся шаги. Слегка отодвинув жалюзи, оглядываю улицу. Новых машин на парковке нет, людей тоже. Не заметив ничего подозрительного, снова задвигаю. Оставляю пушку на тумбе, наспех натягиваю одежду и наконец выдыхаю напряжение, до боли растерев лицо ладонями. Уборка номеров! Нельзя же так пугать людей.

А если бы это были «вороны» или копы? Что бы я делал тогда? Как защитил бы Бель? Совсем потерял бдительность, идиот. Снова из-за своего члена. И из-за этой девчонки.

– Нейт? – слышу из-за спины ее голос и оборачиваюсь.

Она стоит, переминаясь с ноги на ногу, в той же синей футболке, с влажными спутанными волосами и красными щеками. Стараюсь не замечать, как выделяется ее грудь под тонкой тканью, и гляжу в потемневшие глаза. Черт, после ледяного душа эта девчонка должна дрожать от холода, а не источать огонь.

– Эм… – мычу я, едва сохраняя способность строить речь. – Это была уборка номеров.

– Все в порядке? – Склонив голову, невинно интересуется она. Так невинно, будто не она заставляет меня терять рассудок.

– Ага. – Мне наконец удается оторвать от нее взгляд. – Одевайся быстрее, надо ехать дальше.

Глава 39

Изабель

Elsa & Emilie – Au Volant

Полуденное солнце слепит глаза, а поток прохладного воздуха из открытого окошка обдувает лицо, заставляя волосы беспорядочно развеваться на ветру. Я еду с Нейтаном Дивером черт знает куда. Эта мысль вызывает во мне трепет и тревогу одновременно. Приятное тепло разливается в груди от ощущения Нейтана рядом. Но мне не по себе от мысли о том, что я снова убегаю. И от чего я убегаю. Воспоминания с того вечера проносятся в голове, отдаваясь легкой болью в висках. Сначала чертов Леннард, Миллс, Рейли, а затем… Нейтан. И все то, что он заставил меня чувствовать.

Обычно я не выношу, когда что-то идет не по плану. Последний год я только и делала, что пыталась собрать свою разбитую жизнь по кусочкам. А теперь я направляюсь в опасную неизвестность, наплевав на школу, работу, поступление в колледж, будущее. Но, черт возьми, я не ощущаю, что делаю что-то неправильно. Сейчас я с Дивером, и все кажется правильным, даже если это совершенно не входило в мои планы.

– Я бы сейчас убил за еду, – Дивер устало вздыхает, глядя на дорогу впереди, и, повернувшись ко мне, зачем-то добавляет: – Не буквально.

И только теперь я понимаю, что мы не ели с прошлого вечера. Странно, но я даже не чувствую голода.

– Останови у какого-нибудь магазина, я куплю поесть.

– Магазина? – Он возмущенно косится в мою сторону. – Поимела меня и даже не угостишь кофе?

– Дивер, ты не пьешь кофе, – отвечаю я его же словами, а он лишь ухмыляется, качнув головой.

Взглянув в его лицо, я вспоминаю, что помимо еды обещала купить ему бритву. К счастью, вскоре впереди показывается вывеска придорожного минимаркета.

Дивер останавливается на парковке подальше от входа и, прежде чем я успеваю потянуться к рюкзаку за деньгами, протягивает мне смятые купюры.

– Купи мне то же, что себе, только в два раза больше, – говорит он, но, оглядев меня с головы до ног, исправляется: – В три.

– Хорошо. Жди здесь, – указываю я, тревожно озираясь вокруг. Хоть на парковке и пусто, Диверу лучше не рисковать. Со своими татуировками, он слишком узнаваем.

– Окей, босс, – усмехается он.

Дверь в магазинчик не сразу поддалась, но, когда открылась с характерным