Кровавый рейс - Яна Сова

– Не так быстро, юная мисс Джонс, – проговорил он. – Церемония вот-вот начнется.

– Нет! – решительно выкрикнула девушка. – Я не стану принимать участия во всей этой дьявольщине! Немедленно выпустите меня, иначе я позвоню в полицию!

– Не уверен, что тебе это поможет.

– Вы мне угрожаете?

– Нет, – устало проговорил старший Мортис, – я просто хочу, чтобы ты наконец кое-что поняла. Раз уж тебе не объяснил это Аллан, что ж, придется взваливать эту ношу на себя. Мелинда, я надеюсь, ты понимаешь, что сейчас с тобой происходит? Судя по твоему взгляду, нет, поэтому давай разберемся вместе. Ровно семь дней назад моему молодому и расторопному братику пришла в голову сумасбродная идея укусить тебя и тем самым заставить твое тело заразиться кое-чем неизлечимым и весьма обременяющим. Болезнь, которая в настоящий момент течет по твоим венам, в народе называется вампиризмом. Надеюсь, тебе знакомо это понятие. Если нет, то я с радостью объясню. Вампиры – существа, пьющие человеческую кровь. Чтобы вступить в наши сверхъестественные ряды, простому смертному необходимо пройти через три обязательных процедуры. Смысл каждой заключается в том, чтобы выпить человеческой крови.

Мелинда внимала каждому слову старшего Мортиса, чтобы наконец все расставить на свои места. Деталь за деталью, и так до последнего пазла, пока не сложится единая картина.

– Насколько мне известно, – продолжал Бенджамин, – первые два этапа ты уже успешно преодолела, так что на твоем пути остался только последний, третий. Сейчас я объясню, почему тебе не стоит противиться, вызывать полицию или вообще устраивать побег из этого дома. Как только первая кровь попадает в твои вены, превращение становится чем-то неизбежным: если обращаемый человек не выполнит в ближайшие девять дней еще два испития, то через несколько суток умрет мучительной смертью. Однако есть у всего этого и приятная сторона, которую ты, к сожалению, уже давно упустила. Итак, если укушенного человека все же не опаивать кровью, то по истечении примерно десяти-четырнадцати суток вирус покидает организм бесследно, и человек возвращается в мир прежним существом. Но, к сожалению, когда ты отдернула штору, твой организм еще не перестроился и находился на самом уязвимом этапе, поэтому ты серьезно пострадала от солнечного света. А правильнее было бы сказать, чуть не умерла. На этом этапе погибло много незнающих юных вампиров, и ты чуть было не пополнила их ряды. И, конечно, тут не обошлось без чудесного вмешательства Аллана, который зачем-то решил спасти твою жалкую жизнь и опоить своей кровью. Сказать по правде, все это время я думал лишь о том, как сбросить тебя со счетов, но в конечном итоге Себастьян убедил оставить тебя в живых, поскольку ему дорого сердце твоей мамы…

Девушка и не заметила, как начала плакать, и смогла прийти в себя, лишь когда на ее плечо аккуратно легла чья-то рука. Вздрогнув, Мелинда обернулась и увидела рядом мать. На лице женщины вырисовывалась слабая жалостливая улыбка.

– Милая, – певуче начала она, – скажи мне, ну разве это не чудо? Судьба уготовила для нас самый немыслимый подарок! Разве не чудесно, что теперь мы сможем жить вечно? Ты просто представь, мы станем богатыми и будем наблюдать за этим миром, проходя сквозь целые столетия! Мы будем следить, как жизнь меняется, как в нее приходят новые люди и технологии, и, что самое главное, мы станем по-настоящему счастливыми, потому что всегда будем вместе и никто не сможет нас разлучить! Когда Себастьян рассказал мне, в кого я превращаюсь, то первая моя реакция была похожа на твою… Но стоило ему рассказать о всех чудесах, которые я приобрету, став вампиром, мое мнение в корне изменилось. Как, уверена, изменится и твое, солнышко!

Не дожидаясь реакции дочери, Клара крепко обняла Мелинду, после чего прошептала ей на ухо:

– Дорогая, пора. Церемония вот-вот начнется, и скоро мы навсегда станем счастливы…

– Нет! – закричала Мелинда, вырываясь из объятий мамы. – Нет! Я не стану этого делать! Я не хочу становиться чудовищем, нет!

– Но тогда ты умрешь, Мелинда, – раздался откуда-то голос встревоженного Себастьяна. Стоявший поодаль, он внезапно оказался рядом с Кларой, прижимая ее к себе. – Неужели тебе хочется, чтобы все закончилось именно так?

– Я просто хочу, чтобы все закончилось! И мне не важно, как это будет! – не выдержав, завизжала Мелинда. – Прикончите меня сейчас, если этого будет достаточно, чтобы мое желание исполнилось!

– Прошу, дорогая, успокойся! – вырвавшись из объятий Себастьяна, Клара поспешила к плачущей дочери.

Выражение полнейшего недоумения проступило на лице Бастьяна так отчетливо и неприкрыто, что для Мелинды открылась еще одна внезапная истина: мамин ухажер изначально ее не жаловал, потому что она мешала его планам. Просто у него получалось искусно это скрывать. В общем-то, типичная реакция всех маминых парней, подметила про себя девушка, но отчего-то сейчас эта мысль не принесла ей ни капли утешения.

В глубине души мамины ухажеры никогда не нравились Мелинде. Для нее все они были очередными никудышными мужчинками, которые из-за своей вредности, алкоголизма или жесткого рабочего графика не успели устроить собственную жизнь и поэтому, не оставляя надежд встретить симпатичную женщину даже в таком возрасте, совали свой нос в чужую. Более того, когда отношения заходили достаточно далеко, каждый из них так и жаждал лишить Мелинду семьи, предлагая Кларе отправить дочь в какой-нибудь учебный пансион на годик-другой.

– Перестань так говорить, – взволнованно шептала Клара, обхватив лицо дочери ладонями, – я же не смогу без тебя жить! Ты должна закончить обращение, Мелинда, ради нас! Ради нашего с тобой счастья! Ты обязана!

Мелинда заметила, что на глаза Клары навернулись слезы, и в следующую же секунду женщина торопливо от нее отстранилась и надрывно запричитала.

– Прошу, – сквозь слезы бормотала она. – Не дайте ей погибнуть! Не дайте погибнуть моей девочке, я не смогу без нее жить! Прошу вас…

– Это исключено! – взревел Бенджамин. – Испитие должно быть совершено сегодня или никогда!

– О, нет! Нет! – голос Клары Дэвис уже срывался на крик. – Тогда убейте нас обеих, потому что я не смогу! Не смогу!

– Бенджамин, – взмолился Себастьян, – дай Мелинде одну ночь, я прошу тебя. Пускай девочка переспит с этой мыслью, хорошенько обо всем подумает, а завтра мы проведем обряд. Разве ты не видишь, что сейчас она просто-напросто к этому не готова, и мы зря тратим время!

– Нет, – с тем же хладнокровием изрек Бенджамин. – Сегодня ночь Вознесения. Только в этот день положено проводить заключительные обряды, вы это знаете.

– Бенджи, – неожиданно для всех заговорил Аллан, показавшись из тени, – когда же ты отречешься от этих глупых традиций? Это все стародревние