Лекарство от любви - любовь - Ольга Егорова

– Я звоню вам с ее мобильного телефона, потому что ваши вызовы были в списке последних.

– Что случилось? – Варя грубо оборвала его, не понимая, для чего он сейчас пытается объяснить ей причину, по которой звонит с мобильника Кристины. Разве это важно? – Да скажите же, наконец, что с ней? Она жива?

– Сейчас она находится в реанимации с тяжелыми травмами, полученными в результате автомобильной аварии. Судя по тому, что машина врезалась в столб, она или заснула за рулем, или потеряла управление, или…

– Или?

– Или сделала это намеренно. Если у вас есть возможность, сообщите, пожалуйста, ее родственникам о случившемся.

– О Господи! – выдохнула Варя.

От волнения у нее внезапно закружилась голова. Нахлынувшая слабость заставила пальцы безвольно разжаться – мобильный телефон упал на пол. Варя опустила глаза и увидела, что теперь он лежит поверх той самой тетради, которую она не успела прочесть до конца.

«Или сделала это намеренно…» – эхом прозвучал в сознании голос из трубки.

Варя закрыла глаза. Нет, это невозможно. Об этом не может быть и речи – Варя слишком хорошо знала Кристину, чтобы допустить подобную мысль. Кристина всегда трезво смотрела на жизнь, и ничто не могло бы заставить ее проявить подобную слабость. Слабость… А может, все-таки силу? Господи, она ведь ничего, совсем ничего о ней не знает!

Поднимая с пола мобильный телефон, она снова вспомнила про тетрадь, которая попалась ей на глаза. Наверное, если она дочитает этот странный дневник, ей все же удастся понять хоть что-нибудь. И тогда, возможно…

«Только это уже ничего не изменит», – пронеслась в сознании отчетливая мысль. На самом деле сейчас уже не важно, что послужило причиной внезапного и отчаянного бегства Кристины. Важно другое – лишь бы она осталась жива… Лишь бы она осталась жива, а с остальным они как-нибудь разберутся. Причины и следствия могут подождать, а вот сама Кристина, находящаяся сейчас между жизнью и смертью…

Взгляд снова случайно остановился в уголке монитора, на маленькой панельке, показывающей время. С трудом сообразив, что через двадцать минут спектакль закончится и ей нужно уже поторопиться, чтобы успеть вовремя забрать Никиту, Варя поднялась и направилась к выходу.

Возле двери она зачем-то обернулась. Голубая тетрадка с недочитанной историей любви лежала на полу. Помедлив некоторое время, она все же вернулась, подняла ее и положила в сумку.

– Вы уже уходите? – спросила Алина, в интонации ее слышалась обреченность.

Варя некоторое время молчала, не решаясь сказать девушке о случившемся – судя по всему, Алина была из тех, кто едва ли сможет справиться с эмоциями, услышав печальное известие.

«Кристина жива», – напомнила она себе и сказала:

– Да, уже ухожу. Дело в том, Алина… Я только сейчас узнала, что с Кристиной на самом деле случилась беда.

– О Господи…

– Успокойся! – Услышав в собственном голосе железные нотки, Варя удивилась самой себе: в принципе ей тоже очень редко удавалось сохранять здравомыслие в подобных ситуациях. Можно сказать, вообще никогда не удавалось.

Она с трудом пыталась сообразить, что ей делать дальше. Естественно, ни минуты не думая, она поехала бы к Кристине в больницу – в такие минуты рядом обязательно должен быть кто-то из близких, ведь могут понадобиться лекарства, кровь или плазма. Она пока еще не знала о том, насколько тяжелое положение у Кристины, но слово «реанимация» всегда действовало на нее устрашающе.

Конечно, она сразу поехала бы в больницу. Но этот визит занял бы по меньшей мере часа полтора, а то и больше, а ведь ее будет ждать Никита! Если бы дома была Галина Петровна, она бы, конечно, позвонила ей и попросила забрать сына. Но та обещала вернуться только к вечеру, а мобильного телефона у матери не было.

– Что с ней? Что с ней случилось? – донеслось до Вари будто издалека. Она подняла глаза и увидела Алину.

– Она попала в аварию и сейчас в больнице. Больше пока ничего не знаю…

– О Господи!

– Перестань, Алина. Я уверена… Я не сомневаюсь, что с ней все будет в порядке!

– Она жива?

– Жива, конечно! Ладно, я побежала. Сейчас заберу Никиту из театра и вместе с ним сразу поеду в больницу.

– Никиту?

– Это мой сын. Да успокойся же, Алина! Как только я что-то узнаю – обязательно позвоню тебе. Ты и сама после работы можешь поехать к ней. И запиши на всякий случай номер моего мобильного телефона. Если я вдруг забуду позвонить…

– Да, конечно. – Алина торопливо принялась искать блокнот. Руки у нее дрожали.

Варя продиктовала номер, еще раз попыталась практически безуспешно успокоить Алину и вышла из офиса. Глянув на циферблат наручных часов, она поняла, что слишком сильно задерживается – даже если ей удастся сразу сесть на троллейбус и если он не попадет в пробку, минут на пять она все равно опоздает.

«Ничего страшного, – уговаривала она себя, торопливыми шагами приближаясь к остановке. – Он подождет, взрослый ведь уже мальчишка, догадается, что возникли проблемы с транспортом… Ничего страшного… Господи, только бы с Кристиной было все в порядке! Хотя, если она в реанимации, едва ли ей удалось отделаться легкими ушибами…»

Вдалеке она заметила приближающийся троллейбус нужного маршрута. Остаток пути до остановки ей пришлось мчаться бегом – она все же успела в последний момент вспорхнуть на подножку. Облегченно вздохнув, прошла в салон и села на свободное место у окна. Через двадцать минут, максимум через двадцать пять она заберет Никиту. С трудом вспоминая маршруты городского транспорта, она все же сообразила, каким образом можно от здания театра быстрее добраться до больницы. Примерно через час, никак не раньше, она наконец узнает, в каком состоянии Кристина, есть ли серьезная угроза для жизни…

Думать об этом было страшно. Пожалуй, впервые в жизни в голове у Вари рождались такие страшные мысли. Из близких ей людей еще никто и никогда не находился в такой близости от смерти, как Кристина…

«Или сделала это намеренно», – снова, в который раз уже, прозвучали в памяти слова врача из приемного отделения. И это заставило ее вспомнить о тетрадке – той самой, которую нашла Варя в ящике стола. Голубой школьной тетрадке, в которой, как ей показалось, она могла бы найти ответы на этот вопрос.

Достав ее из сумки, она отыскала нужную страницу – всего лишь третью по счету. Прочитала несколько строк, вздохнула, перевернула страницу…

Пассажиры троллейбуса с некоторым удивлением поглядывали на девушку, которая, внимательно изучая какой-то конспект, время от времени тяжело вздыхала, закусывала нижнюю губу почти до крови и даже иногда шептала тихо: «Боже мой…» И в самом деле, редко встретишь студентку, которая относится к материалу, изложенному в лекции, столь эмоционально. Последний из оставшихся пассажиров, сошедший на конечной остановке троллейбуса, успел заметить даже, что по щеке у девушки пробежала слеза…