Гипнотизер - Барбара Эвинг

Сэр Фрэнсис Виллоуби слегка поклонился и занял свое место. Однако он и так добился своего: Корделию Престон представили в самом невыгодном свете. Присяжные тут же забыли о голоде и жажде. «Я же говорил вам», — прошептал на ухо пекарю резчик по стеклу Джозеф Менли. Журналисты не успевали строчить, а лысая голова репортера из «Глобуса» покраснела от натуги, столько сил отняла у него попытка правильно написать слово «гипнотизер».

Мистер Танкс продолжил, на мгновение забыв о регалиях и пенсиях. Отвернувшись от королевского советника, он спросил:

— Мисс Престон, вы хорошо знакомы с лордом Эллисом?

Все в комнате подались вперед и затаили дыхание. Она ответила:

— Я знала лорда Моргана Эллиса, когда была молодой девушкой. Но я не видела его очень много лет вплоть до вечера, когда он был убит.

— В котором часу лорд Эллис пришел в ваш дом?

— После девяти.

— Долго ли он там пробыл?

— Менее получаса.

— Вы ждали его прихода?

Она помедлила с ответом.

— Я не знала о точной дате и времени его прихода, но у нас с ним было одно общее дело, требовавшее обсуждения.

— Да, я понял вас.

Она была готова откровенно отвечать на вопросы. Мистер Танкс хотел, чтобы следующий вопрос прозвучал как можно конкретнее, но вместе с тем не желал оказывать давление.

— Скажите, дело какого рода вам предстояло обсудить?

Корделия держалась спокойно и с достоинством на протяжении всей процедуры. Услышав последний вопрос, она слегка поправила шарф, свет лампы за ее спиной выхватил яркую зелень, и шарф засиял на фоне темного платья. Инспектор Риверс не отрывал от нее глаз: «Она так прекрасна. Она должна ответить».

И мисс Престон ответила, проявив железную волю.

— Дело, которое нам предстояло обсудить с лордом Эллисом, носило частный характер, сэр.

— Мисс Престон. — Коронер откашлялся. — Думаю, вы понимаете, что в сложившихся обстоятельствах упомянутое дело должно быть расшифровано, иначе может сложиться превратное впечатление о том, как на самом деле протекали события в вечер убийства. Дело какого рода вы обсуждали?

Он пытался помочь ей (кузина жены мистера Танкса встала на ноги благодаря гипнозу).

— Лорд Эллис приходил к вам за профессиональным советом?

— Я никогда не обсуждаю своих клиентов.

— Вынужден снова задать вам этот вопрос, мисс Престон. Какого рода дело связывало вас с лордом Эллисом?

— Я отказываюсь отвечать.

В комнате начали перешептываться. У всех была одна и та же мысль: секс, непристойности. Мистер Танкс не мог не ощутить, как изменилось настроение публики. Он проявил настойчивость.

— Вы видели, как он уходил из дома?

— Конечно.

— Вы видели его после этого?

— Нет.

— Вы остались дома?

Естественно, он знал, что она ушла, так как об этом ему сообщил сам инспектор Риверс, но он должен был задать этот вопрос.

— Нет, мне захотелось прогуляться.

— В столь поздний час?

— Да, в столь поздний час.

— И куда вы направились?

— Я отправилась на Друри-лейн.

— Но даме опасно одной ходить по темному Лондону. Не может быть, чтобы вы совершили прогулку в одиночестве.

Она не ответила, но и не стала объяснять пользу ношения с собой утюжков.

— Куда же вы пошли?

Ей пришлось открыться. В любом случае они обо всем узнают.

— Я пошла в «Кокпит», заведение миссис Фортуны.

Среди сидящих журналистов началось необыкновенное волнение: им было хорошо известно, кто собирался в упомянутом заведении. Неужели такая удача вообще возможна: гипнотизерша, да к тому же актриса? Но мистер Танкс не стал давать им пищу для досужих сплетен. Снова был показан кинжал. Мисс Престон твердо ответила:

— Я впервые его вижу.

Коронер решил вернуться к предыдущему вопросу.

— Я еще раз вынужден спросить вас, мисс Престон, и ради вашего же блага советую отнестись к ответу со всей серьезностью. Каков был характер вашей встречи с лордом Морганом Эллисом и что вы обсуждали в тот вечер, когда он был убит? Очевидно, что вы были одной из последних, кто видел его живым, поэтому во имя торжества справедливости и ради вашего спокойствия я настаиваю на откровенном ответе.

И снова инспектор ощутил учащенное биение сердца, но он не подался вперед, как все остальные в зале, затаив дыхание в предвкушении «горяченького».

Мисс Престон не удовлетворила любопытства присутствовавших. Ее зеленый шарф сиял. Она стояла, бледная и спокойная, готовая к продолжению дознания, организованного по приказу коронера в верхних комнатах дома. Тишина не нарушалась ни единым звуком. Наконец она произнесла:

— Я знаю, что я не на суде. Я лишь свидетель по делу о смерти лорда Эллиса. Я знаю, что вы осведомлены о его визите ко мне анонимным письмом.

Она услышала дружный вздох публики.

— Я не пыталась скрыть того факта, что он являлся ко мне с визитом. Он пришел, но через короткое время покинул мой дом. Это все, что я имею сказать.

Ее шарф все сиял. Мисс Престон была непреклонна.

— Больше мне нечего добавить.

Сэр Фрэнсис Виллоуби попытался встать, но коронер, предупреждая жест противника, встал первым.

— Мое исключительное право в ходе данного дознания — определять характер задаваемых вопросов, — заявил он.

Он адресовал эти слова мисс Престон, но ни у кого не вызвало сомнений, что на самом деле они предназначались законному представителю герцога Ланнефида и советнику самой королевы.

— Мисс Престон, я намерен закрыть сегодняшнее заседание, чтобы у вас было время подумать и представить нам полную информацию о событиях интересующего нас вечера. Вас снова вызовут для дачи показаний завтра, и если вы не измените своих ответов, то будете арестованы за неуважение к органам дознания.

Затем он торжественно обратился к присяжным:

— Я благодарю вас, джентльмены, за проявленное в течение этого долгого дня терпение.

Он кивнул офицеру, который тут же громко объявил:

— Все присутствующие в этом зале в связи с проведением дознания, устроенном коронером именем королевского величества, могут разойтись, если им нечего более сообщить по оглашенному делу. Ваше присутствие ожидается завтра, в день четверга, ровно в десять утра. Бог да хранит королеву!

Мисс Престон и мисс Спунс поспешили в темноту, не замеченные толпой и пока не узнаваемые людьми на улицах.

Около десяти вечера инспектор Риверс, вопреки здравому смыслу, снова явился под двери дома на Бедфорд-плейс и позвонил, после чего, как и в предыдущий раз, услышал лишь звонкое эхо. Ему открыла горничная, она хотела немедленно притворить дверь, но инспектор оказался проворнее. Ее юбка мелькнула в конце коридора.