Ее первая любовь - Дженнифер Эшли

Разговоры со Стейси благоприятно повлияли на Эллиота. Он учился вспоминать прошлое и не бороться с ним, не бояться, что оно разрушит его. Возможно, в один прекрасный день воспоминания станут для него такими далекими, что перестанут пугать. Он знал, потребуется много времени, чтобы достичь мира в душе, но у него имелось все, чтобы начать движение к этой цели.

Местечко, которое нашел Эллиот, было лугом, укрытым от посторонних глаз за плотной стеной деревьев. Несколько последних дней дождя не было, поэтому трава здесь оставалась сухой, но сочно-зеленой. Луг был покрыт цветущим вереском. На этом общем розово-фиолетовом фоне виднелись вкрапления белых и желтых цветов, отчего казалось, что все пространство вокруг мерцает.

Когда Эллиот приподнял последнюю ветку и перед Джулианой открылся вид на луг, она ахнула от восторга.

– Какая красота! – Пробежав несколько шагов по траве, она закружилась на месте и засмеялась. – Только не говори, что мы гуляли в произвольном направлении, Эллиот Макбрайд. Ты специально меня сюда привел.

– Это правда. – Он подошел к основанию дерева и забрал стопку одеял, которую по его приказу сюда заранее принес Хэмиш.

– Обманщик, – сказала Джулиана, однако продолжала улыбаться.

– Не совсем. Мне просто хотелось, чтобы ты хоть иногда могла позволить себе избавиться от своих оков и насладиться свободой. Мир от этого не остановится.

Она, подбоченившись, наблюдала, как он расстилает одеяла.

– Ну хорошо. Я понимаю, что иногда с головой ухожу в дела. Но мне это нравится.

– Я и не требую, чтобы ты навсегда забросила это. – Эллиот развалился поверх одеяла. – Только иногда делай паузу.

Джулиана осторожно опустилась рядом, наклонилась над ним и поцеловала в губы.

– Наверное, я не стану возражать. – Она бросила взгляд на сверток. – У нас есть еда, но нечего пить.

– Можем напиться прямо из реки. – Когда Джулиана захлопала глазами, он усмехнулся. – Или подождем, пока Хэмиш принесет нам кувшин воды или вина, как я его попросил. – Он провел рукой по лифу ее платья, а потом прижал ладонь к ее животу. – Я, правда, сказал ему, чтобы сначала он дал нам часик побыть одним.

Щеки Джулианы порозовели.

– Отличная идея!

– У меня тут есть еще кое-что. – Эллиот полез в карман жакета и достал коробочку, которую ему сегодня вручил Махиндар, и открыл ее.

Внутри на бархате лежали два кольца. Одно – широкое, другое – поуже и украшенное сапфирами.

Джулиана задохнулась.

– Наши?

– В день нашей свадьбы я сказал Махиндару, что заказать. Теперь они готовы. – Он вытащил кольцо поуже, взял Джулиану за левую руку и надел ей его на безымянный палец. – Этим кольцом я обручаюсь с тобой.

Джулиана внимательно рассмотрела кольцо на своей руке и счастливо улыбнулась. Потом взяла мужское кольцо и надела на палец Эллиота.

– Этим кольцом я обручаюсь с тобой.

Улыбка Эллиота растянулась до ушей. Он ощутил тяжесть кольца на своей руке. Ощущение показалось привычным, словно он всегда носил его.

Эллиот взял Джулиану за руку и поцеловал прямо в кольцо. Потом приложил их руки к ее животу.

– Миссис Россморан говорит правду? – спросил он. – У нас есть маленький?

Джулиана на мгновение замолчала, и сердце Эллиота сжалось от тревоги. Потом она улыбнулась:

– Она права.

– О Господи! – Теперь он снова мог дышать. Эллиот попытался сказать хоть что-то, например: «Я снова стану отцом! Ты сделала меня таким счастливым, любимая! Как ты думаешь, будет мальчик или девочка?»

Но не смог. Единственное, что он мог сделать, перекатиться на спину и уставиться в высокое голубое небо.

Прити родилась, когда он находился в плену. О ее существовании он ничего не знал, пока Махиндар не раскололся и не рассказал эту новость, по-настоящему осчастливив его. Но в этот раз Эллиот станет отцом, находясь рядом с матерью ребенка, будет наблюдать, как Джулиана вынашивает дитя, будет рядом, когда малышу придет время появиться на свет.

Это такая ответственность!

Заслонив собой солнце, Джулиана наклонилась к Эллиоту. Кудрявые пряди выбились из-под заколок.

– Эллиот, с тобой все в порядке?

– Абсолютно. – Это прозвучало холодно. Но внутри него гремела музыка, били барабаны, гудели трубы – все оглушительное многоголосие, которым славятся праздники в Индии. – Мне хорошо. Мне еще никогда не было так хорошо.

Он привлек ее к себе, обнял и осторожно перекатил на одеяло.

– Мне просто очень здорово!

Эллиот целовал ее улыбающиеся губы, ямочки в уголках рта, кончик языка.

Тьма внутри, которая какое-то время не давала знать о себе, снова потянулась к нему своими растопыренными пальцами. Но Эллиот переключил мысли на крохотное существо, которое устроилось под сердцем Джулианы, и тьма отступила.

Пока пленный Эллиот оставался в пещерах, мысли о Джулиане делали его свободным и помогли выжить. Тюремщики не смогли дотянуться до того уголка его сознания, и поэтому им не удалось подчинить его себе полностью. Джулиана была его секретом, его тайным знанием, до которого никто не сумел добраться.

Теперь ребенок в ней стал еще одной тайной, которую никто у него не отнимет.

Его дом, его жена, его семья. Все это принадлежит ему, и все это – реальное.

Заскулив, темнота умерла. Распахнув объятия, Джулиана приняла его, освободившегося от боли и теней прошлого.