Падший ангел - Элизабет Чедвик

— Я не верю тебе.

— Ну, они, может быть, не такие элегантные, как платья, что ты носила в «Падшем ангеле», но хороший мешок закроет большую часть твоего тела, по крайней мере, больше, чем та юбка.

— Ну, вынимай оттуда лук, — резко бросила мисс Моран. — Я его надену.

— Мне по душе твой наряд.

— Еще бы! — фыркнула девушка и обогнала его.

— Не так быстро, — предупредил он.

— Посмотри, что я нашла. Это малина!

Сев на корточки возле крупных ягод, она отправила целую горсть в рот.

— Разве ты не хочешь положить их в сумку на ужин? — строго спросил мужчина.

— Я не обедала.

— Зато завтракала.

— Господи, это было так давно, несколько часов назад. — Собрав еще пригоршню, она подняла крупную ягоду ко рту. Напряжение спало, и вскоре молодые люди огласили окрестности своим радостным смехом, кормили друг друга, пачкаясь в малиновом соке, совершенно позабыв, что поднялись так высоко в надежде найти съестное на ужин.

Наконец Сюзанна, вздохнув, заявила:

— Мы ничего не положили в сумку.

— У нас дома много еды, — успокоил адвокат.

— Тогда зачем мы взбираемся на эту гору?

— Потому что припасы продержатся дольше, если нас не будет дома.

— Сколько долго? — поинтересовалась мисс Моран, вдруг вспомнив, что ей надо планировать побег.

Корт покачал головой, не желая заниматься подсчетами. Зажав зубами ягоды, он наклонился и, увидя ее, языком подтолкнул малину ей в рот. Девушка тут же забыла о побеге, мечтая ощутить прикосновение его рук. Просунув руки под кожаную рубашку, она осторожно провела ими по мускулистой спине и впилась в плечи. Сюзанна учащенно дышала, полузакрыв глаза, и Корт ощутил прилив нежности.

Прижав губы к ее шее, Арон хрипло прошептал:

— Ты словно мед, разливающийся по моим жилам. Сюзанна, ты огонь, согревающий мне сердце.

Корт осторожно прикусил зубами ее плечо.

— Моя Сюзанна, мой ангел.

Последние слова были произнесены очень неразборчиво в воротник шелковой рубашки, которую тот расстегнул и отбросил. Язык мужчины начал медленное, томительное путешествие по ее коже, однако мисс Моран, уловив последнее слово, заметила:

— Ангел?

Адвокат, целуя грудь, повторил его.

— Как Лилит? Как другие женщины в «Падшем ангеле»? Разве я…

— Нет. — Мужчина сжал грудь. — Нет, ты моя женщина, только моя.

— Это именно так называется, падший ангел, падшая женщина? Шлюха?

— Сюзанна…

В голосе Арона звучало предупреждение. Он нехотя оторвался от ее тела.

— Лежи тихо.

Девушка уловила угрозу, но не обратила на нее внимание:

— Я, я что-то вроде личной шлюхи?

— Боже мой, Сюзанна.

— Это лучше, чем работать в «Падшем ангеле». Ты приглашаешь меня в постель в своем доме или где-нибудь на воздухе…

— Заткнись! — побагровев, рявкнул адвокат.

— Еще я дешевле обхожусь, за меня не надо платить. Лилит сказала, что только дурочки отдаются просто так. А ты заключил выгодную сделку…

Сюзанна не успела опомниться, как уже лежала на земле, прижатая к телу мужчины, который ладонью зажал ей рот.

— Я не желаю слышать о твоей сестре. Ты совсем не похожа на Лилит. Я никогда не говорил о вашем сходстве. — Корт убрал трясущуюся руку от ее лица. — Лилит… — Его голос дрожал от гнева. — Эта сука…

Слезы застилали глаза Сюзанны, и в них светилась такая незащищенность, что Арон тут же сжал ее в объятиях.

— Я не считаю тебя шлюхой, Сюзанна, — прошептал он, — Бог мой, я клянусь, что никогда не обижу тебя. — Положив ее голову себе на грудь, он чувствовал, как слезы оросили тело. — Посмотри на меня, дорогая.

Та не подняла глаз, и Арон не стал настаивать. Он ласково гладил пушистые волосы.

— Разве ты не знаешь, как я к тебе отношусь? Я перестал интересоваться женщинами с тех пор, как увидел тебя. Я постоянно думаю о тебе и никак не могу насытиться тобою. Ты, Боже, Сюзанна, ты мое наваждение. Я околдован, Сюзанна… — после минутного молчания продолжал Арон. — У тебя английское личико, но Джоб был прав: ты ведьма, ты напустила на меня свои чары.

Губы девушки задрожали:

— Джоб сказал, что я сгорю.

— Не одна, дорогая. Мы сгорим вместе, моя любимая колдунья.

Губы мужчины прикоснулись к тому месту, где под кожей билось сердце. «Любимая, капризная моя ведьма».

Они вернулись домой только на закате, когда кроны деревьев начали окутываться синей дымкой.