Все что нужно ей - Екатерина Риз

— Она любит Гошу, и глупости не сделает.

— Если сделает, я его убью.

— Не выдумывай. У неё дети, у неё семья. А Серёжа… он хочет её только для себя. Кстати, Алена это прекрасно понимает.

Гришка оглянулся на меня.

— Не слышу возмущения в твоём голосе.

— А оно должно быть?

— Ну… задетое самолюбие?

Я провела ладонью по странице книги.

— Я видела, как они прощались. У нас с ним никогда такого не было. Так что, мне не на что обижаться. Я больше чем уверена, собираясь сегодня сюда, он не о встрече со мной думал.

— А ты о чём думала?

Я уловила намёк в его голосе, и, решив подыграть, ответила:

— Что ты явишься не вовремя и убьёшь его. Гришка хохотнул, руку на моё колено пристроил, ладонь поползла вверх.

— Ты вот так обо мне думаешь?

— Да, — не стала я скрывать.

— Что я буйный, неуравновешенный…

— А ты уравновешенный? — удивилась я.

— Настька.

Я легонько стукнула его книгой по лбу.

— Не зови меня так.

— Как хочу, так и зову. — Гришка придвинулся ко мне и поцеловал в щёку, хотя я снова целилась книгой ему в лоб. Встретил мой грозный взгляд и неожиданно широко улыбнулся. — Я же любя.

Я оценила, даже зарделась от удовольствия, но попыталась устоять перед откровенным соблазнением.

— Это не повод…

— Повод, повод, — убеждал он меня, потом поцеловал в губы. Ладонь легла на мой живот, а я, неожиданно для самой себя, вцепилась в Гришку, обняла крепко-крепко, припомнив сколько отчаяния совсем недавно увидела в глазах Алены.

— Не отдаляйся от меня, — прошептала я ему на ухо. — Советуйся со мной хоть иногда. — Гришка целовал меня, губы осторожно прикасались к моей щеке, потом опустились к шее, а я сделала вдох, потом ещё один, и призналась: — Я люблю тебя. Не забывай об этом.

— Не забуду. Но и ты уж, будь добра, не забывай…

Я ткнула его кулаком в бок, не оценив его игривый тон.

— Нашёл время, — проворчала я, оттолкнув его голову от своей шеи и устраиваясь у него под боком.

Гришка положил ладонь на мой лоб, успокаивая.

— Ты моя.

Через несколько дней мы с Серёжей развелись. Я считала, что на него так встреча с Алёной подействовала, что он поспешил избавиться от лишнего груза в виде меня. Адвокаты подготовили документы, мы их подписали. Я даже опомниться не успела, а всё уже закончилось. Только глазами хлопала, наблюдая, как адвокаты, с ловкостью фокусников, достают из папок всё новые и новые документы, требующие моей подписи. Серёжа во время этой процедуры не присутствовал, как выяснилось, он подписал всё заранее, и теперь я чувствовала себя несколько глупо, подписывая бумаги на развод под чутким руководством своего будущего мужа. Правда, предложения Гришка мне ещё не делал, но я списала это на его гипертрофированное чувство уверенности в себе. Зачем ему меня о чём-то спрашивать? Он и так уверен, что я никуда не денусь. Такое положение дел меня слегка выводило из себя, и поэтому я некоторое время назад завела блокнот, в который записывала всё, над чем мне в семейной жизни с Григорием Сулимой предстоит поработать. Первым пунктом значилось: приучить его интересоваться моим мнением. А вот дальше уже за пару дней набралось пунктов двадцать. Как не прискорбно это осозновать.

Из адвокатской конторы мы поехали в ресторан, где я обедала, а Гришка праздновал. Я с интересом выслушивала его речи, обещания и планы на ближайшее будущее, ела десерт и милостиво решила, что сегодня всё-таки особенный день, поэтому можно не возвращать так быстро любимого с небес на землю, пусть говорит и надеется. Но Гришка, видимо, всё-таки понял, что я не тороплюсь успокаиваться и смиряться, просто даю ему фору, и к концу обеда примолк, сам призадумавшись. Невесело.

— Ты завтра занят? — спросила я в машине.

Он от мыслей своих отвлёкся, взглянул с готовностью.

— Если надо — освобожусь. Не вопрос.

— Нужно записаться на приём к врачу. В конце концов, выбрать роддом. Раз уж мы остаёмся.

— И квартиру, Насть, — добавил он с долей неуверенности в голосе.

Я кивнула, соглашаясь.

— И квартиру, — проговорила я на выдохе. Смотрела в окно, разглядывала дома и пыталась последовать его примеру и начать строить планы.

Остановившись на светофоре, Гриша меня за руку взял.

— Всё в порядке, Насть?

— Да. — Я заставила себя улыбнуться. — Выбираю дом.

Гришка не ответил, пальцы мои сжал, но тут же отпустил, автомобиль тронулся с места.

Дома нас встретила Алёна. Радовалась за нас так, словно я не разводиться ездила, а замуж выходить. Когда я ей на это намекнула, она лишь отмахнулась.

— Это уже мелочи. Главное, оставить прошлое в прошлом и смело шагать в будущее.

Гришка странно крякнул, наверное, усомнившись в ее вере в собственные слова, а когда глазами с сестрой встретился и та предложила:

— Шампанского? Отпразднуем? — он заёрзал.

— Мне нужно в город.

Я никак на это не отреагировала, а вот Алёна сурово нахмурилась.

— А праздновать?

— Мы уже отпраздновали. В ресторан сходили. — Гришка наклонился ко мне, подлизываясь. — Да, милая?

Я согласно кивнула. Что ж я, врать буду? В ресторан ходили. Праздновали.

Он в щёку меня клюнул.

— Я постараюсь вернуться побыстрее.

Кто бы сомневался. Постараться-то он постарается…

Алёна в сердцах чертыхнулась, глядя в окно, на брата, который широкими шагами пересекал двор.

— Ну что за народ, эти мужики? — Повернулась ко мне. — Насть, хочешь шампанского? Тебе глоточек можно.

На «глоточек» я согласилась, и следующий час мы с Алёной просидели на кухне, обсуждая наши с Гришкой планы, а точнее, покупку квартиры. Обсуждали «наши с ним» планы так, как я их видела, без вмешательства мужской логики, в которой зачастую отсутствовал трезвый взгляд на вещи. Мне, честно, стало легче, когда я выговорилась.

Гришку я рано не ждала, да он рано и не приехал, появился ближе к десяти часам вечера, какой-то странный, притихший и вроде как измотанный. Принёс с собой большую спортивную сумку и позвал меня подняться наверх. Я спорить не стала, всё равно собиралась спать ложиться.

— Где ты был? — спросила я, когда мы по лестнице поднимались. Гришка выглядел загадочным, и меня это беспокоило.

— Делами занимался, — ответил он, по-моему, совершенно глупо, но разозлиться я не успела, он распахнул передо мной дверь нашей комнаты.