Завоеватель - Бренда Джойс

Продажная шлюха снова хотела его обмануть.

Рольф беспокойно метался по комнате, снова и снова проклиная свое предательское тело и пытаясь оправдаться тем, что ее ласки возбудили его точно так же, как возбудили бы ласки любой другой рабыни. Здесь нет ничего удивительного.

— Вы идете спать, милорд? — с придыханием спросила Алис.

Он с досадой оглянулся на жену. Было совершенно очевидно, на что она намекает. Ну что ж, Рольф устроит ей нынче брачную ночь — мало не покажется. Он разделся, лег в постель, подгреб Алис под себя и мгновенно овладел ею.

Она явно не ожидала от Рольфа такой прыти, охнула и застонала от боли.

Рольф двигался безжалостно и грубо, зажмурив глаза и стараясь представить, что это Кейдре извивается под ним. Он рванулся еще сильнее, еще глубже — получай по заслугам, продажная шлюха! Алис с визгом вонзила ногти ему в грудь, но он схватил ее за руки и прижал их к кровати. Женщина под ним давно билась в судорогах оргазма, а Рольф все еще не удовлетворил свою жажду мести: он готов был наказывать Кейдре без конца.

Кейдре больше не видела Рольфа у себя в комнате, а через два дня после их последней встречи он и вовсе уехал из замка с дюжиной рыцарей. Она следила за ним из окна и не могла поверить, в то, что этот угрюмый великан был тем самым Рольфом, с которым она провела столько дивных часов, полных нежности и веселья.

Мэри два раза в день приносила ей хлеб, сыр и эль и через день опорожняла ночной горшок. Количество воды и еды было строго ограничено, и если бы Кейдре захотела умыться, ей пришлось бы израсходовать воду, оставленную для питья. Она медленно, но верно зарастала грязью — но теперь ее нисколько не волновали такие мелочи.

Для нее не было тайной, что Мэри — самая преданная служанка ее сестры; скорее всего именно поэтому выбор пал на нее: она должна была присматривать за узницей и бесперебойно снабжать ее новостями. Мэри была завзятой сплетницей, а с подачи Алис приносимые ею слухи приобретали и вовсе зловещий характер.

Не кто иная, как Мэри, с придыханием расписала Кейдре во всех подробностях, как норманн в первую же ночь после возвращения в замок отделал леди Алис своим большим копьем, пока та не взмолилась о пощаде — конечно, рыдая от счастья. Кейдре стоило большого труда не подать виду, что ее ранит эта новость, — ведь Алис наверняка будет с пристрастием выспрашивать у служанки, как вела себя ее сестра.

Именно Мэри доложила Кейдре, что норманн отправился на северные границы своих владений и проведет там не меньше двух недель, чтобы присмотреть за возведением нового форта. Этот форт будет отдан в распоряжение рыцарю Бельтайну — когда тот оправится от ран. Еще Мэри сказала Кейдре, что Гай, ее муж, вернулся в Эльфгар вскоре после отъезда своего господина.

Дни в заточении казались похожими один на другой, но в некотором смысле это было даже приятно — ведь после их памятной встречи в Кесопе ее жизнь превратилась в полный хаос. Если бы только ее не мучили горестные воспоминания и тревога за братьев!

Через неделю после отъезда Рольфа Кейдре обратила внимание на то, что у нее задержались месячные, а груди стали болезненно тяжелыми. По утрам ее часто тошнило. Прошло еще несколько дней, и у нее пропали последние сомнения в том, что она носит под сердцем ребенка.

Беременность Кейдре восприняла как дар Господень. Она со слезами на глазах возносила благодарственные молитвы. Теперь у нее будет ребенок — плод их любви, память о Рольфе, — которого она сможет любить и лелеять. Судя по срокам, они зачали его в первую же ночь после ее свадьбы с Гаем.

Доставляемой ей грубой пищи было вполне довольно для взрослой женщины, но явно не хватало на двоих. Кейдре умоляла Мэри приносить ей больше, но та слишком боялась не угодить своей хозяйке.

— Да не могу я! — хныкала она. — Она прикажет выдрать меня, если узнает!

— Мэри, ради всего святого! — Кейдре понимала, что обязана позаботиться о новой жизни, которая зрела у нее в утробе.

— Нет, ни за что! — Мэри бросило в дрожь. — Ты ее знаешь! С меня три шкуры сдерут!

— Постой! — в отчаянии вскричала Кейдре. Мэри неохотно задержалась на пороге. Кейдре не хотела раньше времени ставить ее в известность о своей беременности, но что поделаешь? Рано или поздно Алис все равно узнает. У нее не было права морить голодом своего малыша, и она решилась: — Мэри, я беременна. Теперь мне требуется больше еды!

У служанки глаза полезли на лоб от неожиданности. Наконец она пришла в себя и сказала, что теперь понимает, отчего у Кейдре столь цветущий вид. Конечно, она обещала приносить ей дополнительную порцию хлеба и сыра и вдобавок горячей воды, чтобы раз в две недели Кейдре могла помыться. Она ушла, оставив пленницу вполне умиротворенной.

На следующий день ее навестила Алис. От нее волнами исходила душившая ее ярость. Кейдре задремала было на подстилке в углу, но моментально очнулась, готовая отразить любые нападки своей мстительной сестры.

Как всегда, злоба и ревность не прибавили красоты этой бледной миниатюрной особе и поневоле Кейдре пожалела Алис — ей действительно есть чему завидовать!

— Сестра, я беременна! — Кейдре счастливо улыбнулась.

— Это ребенок от Гая! — выкрикнула Алис, побагровев от гнева.

— Нет, это сын Рольфа!

— Неправда! Ты только и делаешь, что врешь! Не надейся, тебе меня не одурачить, и его тоже!

— Но Гай никогда не был со мной близок. — Кейдре возражала с поразительным спокойствием, уверенная в своей правоте. — Его отец — Рольф. У меня наверняка родится чудесный малыш с золотыми кудряшками!

Лицо Алис исказила отвратительная гримаса.

— Ах ты, ведьма! — заверещала она. — Ты украла у меня его семя! Черт побери, это я должна была носить его ребенка, а не ты!