Встречай меня в полночь - Сюзанна Энок

— Мы с твоим братом считаем, что, возможно, он убил Томаса, — спокойно сказала Виктория, сожалея, что у нее нет времени сообщить им это в более мягкой форме.

— Нет! Этого не может быть!

— Кристофер, — сказала Августа, — сейчас мы должны принять все, что говорит Виктория, за реальность. Что мы должны делать?

— Можно ли найти помощь в соседних имениях?

Кит покачал головой:

— Только не в это время. Они все закрыты на лето.

— Я сейчас запрягу лошадей, и мы уедем, — мрачно сообщил Роман, поворачиваясь к двери.

— Нет, — возразила Виктория, кладя руку на его рукав. — Они догонят нас, даже если их лошади устали. На открытом пространстве у нас не будет шанса спастись.

— Вы действительно думаете, что Кингсфелд хочет расправиться с нами? — В голосе Кристофера смешались гнев и смятение.

— Не могу представить, зачем еще им ехать сюда.

Леди Друсбери медленно покачала головой:

— И я не могу. — Она встала. — Это очень большой дом. Давайте попробуем спрятаться.

— Прятаться от человека, который убил моего брата? Ни за что.

— Леди Друсбери права, — вмешался Роман. — Если они разделятся, чтобы найти вас, у меня будет больше шансов справиться с ними.

— Да кто вы такой, черт побери? — требовательно спросил Кит.

— Он бывший тайный агент военного министерства, как и Синклер.

— Бывший… Боже, я теряю рассудок.

— Потеряешь его позже, Кристофер, — решительно заявила Августа. — Теперь давайте посмотрим, сможем ли мы найти какое-нибудь оружие.

Через полуоткрытое окно донесся стук подков по усыпанной гравием дороге.

— Они здесь, — произнесла Виктория. — Все наверх. Немедленно.

Роман извлек из кармана пистолет.

— Я пойду поздороваться с ними, — мрачно заявил он.

— Ничего подобного. Ты должен защищать Августу и Кристофера. Тебе ясно?

— А кто же будет защищать вас, миледи?

Она взглянула на него, понимая, что камердинер может возразить.

— Я буду защищать себя сама.

Однако Роман, выругавшись, схватил ее за руку и подтолкнул к выходу в холл.

— Я отвечаю за всех вас! — прорычал он. — Быстро наверх!

Олторп казался тихим и заброшенным, когда Остин Ховарт въехал во двор. Возле дома стояла гнедая кобыла с покрытой потом грудью. Кто бы ни прибыл сюда раньше их, ему повезет не больше, чем всей остальной семье Синклера — особенно если это его паршивая жена, из-за которой началась заваруха вокруг него.

— Не убивайте никого, пока мы не соберем их вместе, — приказал он, спрыгивая со своего гнедого жеребца. — Если, конечно, в этом не будет необходимости.

— Да, милорд.

Входная дверь оказалась приоткрытой, и Остин, нагнувшись, распахнул ее пошире. В холле никого не было. Остин жестом подозвал своих трех спутников, вошел и закрыл за собой дверь. Теперь никто не сможет улизнуть.

Поняв, что Августа, Кит и та проклятая дамочка направились в Олторп, он знал, что ему делать. У Синклера все еще не было неоспоримых улик, иначе его давно бы арестовали. Трагический пожар в доме позаботится о свидетелях и настолько отвлечет Сина, что даст Остину возможность свалить все на Марли, а обделав это дельце достаточно ловко, он сможет обвинить в пожаре самого Сина, которого свет считал неуравновешенной особой. Остин позволил себе легкую улыбку. Да, это будет славный способ закончить дело.

— В передних комнатах никого, милорд, — сказал Уилкинс, подходя к нему.

— Похоже, они узнали о нашем визите заранее. Это осложняет положение, но не намного. Найдите их. Мы соберем всех в кухне.

— В кухне, милорд?

— Ведь именно там чаще всего начинается пожар, не так ли?

Виктория никогда в жизни не была так напугана. В то же время ее гнев все возрастал. Люди, находившиеся внизу, не имели права присутствовать здесь. Те, кто спрятался вместе с ней в смежных спальнях, были ее родственниками, слугами, и ответственность за них лежала на ней и на Синклере Но его здесь не было, и ее сердце холодело при мысли, что с ним могло что-то случиться; но сейчас она не должна думать об этом.

— Роман, — прошептала Виктория. Камердинер осторожно подполз к ней

— Не бойтесь, миледи, я и близко не подпущу к вам этих ублюдков.

— Мы должны взять их живыми. — Он поднял густые брови.

— Живыми?

— Вдруг у Синклера нет всех доказательств вины Кингсфелда?

— Прошу извинить, но он приказал мне охранять вас, чего бы это ни стоило.

— Он приказал? — «Боже, как она любила его!» — Я тоже намерена заботиться о нем, чего бы это ни стоило. Он хочет не мести, а справедливости.

— Он хочет, чтобы вы были в безопасности.

Она нахмурилась.

— Не спорь со мной, Роман.

Камердинер вздохнул:

— Надеюсь, у Сина будет шанс убить меня за это. Каков ваш план?

— Я уже сказала — мы должны захватить их живыми.

Крякнув, Роман покачал головой:

— Тогда нам нужно нечто большее.

— Что ты предлагаешь?

Соединяющая две спальни дверь скрипнула. Виктория охнула и прижала руки к груди. Когда же она заметила в щели белый платок, то готова была упасть в обморок от облегчения. За платком последовала голова Кита.

— Я тоже хочу принять участие, — прошептал он, добираясь до них ползком.

— Ты нас слышал?

— Нет, но вы наверняка что-то задумали. Я должник Кингсфелда в той же мере, что и Син, даже больше. Сразу после похорон он сказал, что хочет хотя бы отчасти заменить мне брата, и я поверил ему. Он даже написал мне рекомендательное письмо в Оксфорд.

— Тогда, — прошептала Виктория, беря ею за руку, — ты можешь нам пригодиться. Только будь осторожен.

Кит мрачно улыбнулся:

— Само собой.

— Подождите, черт побери! — запротестовал Роман. — Я не позволю…

— Выбирай одно из двух. Мы можем или помешать тебе, или помочь, — резко сказала Виктория.

— Проклятие! — воскликнул камердинер. — Если мы хотим взять этих людей живыми, нужно захватывать их по одному.

— Живыми? — повторил Кит, хмурясь.

— Улики, — прошептала Виктория. Брат Синклера кивнул:

— Да, правильно.

Вскоре к ним присоединилась Августа. Они объяснили ей свой план, и тут же ступеньки лестницы заскрипели под ногами непрошеных гостей. Виктории не очень нравилось, что Августа и Кит тоже втянуты в опасную затею, но она не могла помешать им.