Коэффициент поцелуя - Хелен Хоанг

А это не Филип ли Джеймс? Он что, собирается ее поцеловать?

Майкл вскипел от гнева.

Мышцы напряглись, и он дернулся вперед. Но Цюань крепко схватил его за плечи и остановил.

– Спокойно, старик.

Прежде чем губы Филипа успели коснуться ее губ, Стелла отвернулась и сделала шаг назад. Отдернула руку, которую он сжимал, и что-то сказала. Слов издалека не было слышно, но это явно был отказ.

Вместо того чтобы принять это по-мужски, Филип двинулся на нее с хищным блеском в глазах.

– О'кей, теперь он сам напрашивается, – сказал Цюань.

Он отпустил Майкла, и тот одним прыжком пересек улицу. Если по дороге и ехали машины, то он их просто не заметил. Прошел между ними. Прежде чем этот ублюдок Филип успел прилипнуть своими погаными губами к отвернувшейся Стелле, Майкл оттолкнул его от нее и врезал кулаком в глаз.

Филип отшатнулся, и Майкл выхватил изумленную Стеллу у него из рук. Несмотря на злость, разрывающую его изнутри, у него появилось ощущение, что все встало на свои места. Ее запах, ее кожа. Его Стелла.

– Ты в порядке? – прошептал он.

Стелла ошеломленно моргала, глядя на него.

– Ты что, на самом деле взял и ударил его в глаз?

– Этот мелкий засранец хотел принудить тебя. Снова. Никто не смеет тебя принуждать. Никогда.

Филип убрал ладонь с мигом заплывшего глаза и ткнул пальцем в сторону Майкла.

– Мы на свидании. Так что нет тут никакого принуждения.

Стелла отпрянула от Майкла и поправила ремешки сумочки на плече.

– Я иду домой. Одна. Спокойной ночи.

– Стелла, стой. – Филип попытался последовать за ней, но Майкл встал у него на пути.

– Ты слышал, что она сказала. Она идет домой одна.

Судя по виду Филипа, он собирался возразить, и тогда рядом с Майклом возник Цюань. Его руки свободно свисали по бокам, но он был явно готов к драке, буравя Филипа ледяным взглядом.

– У нас проблемы?

Филип оценил баррикаду из тел Майкла и Цюаня и отступил. Его губы шевелились, словно он хотел что-то сказать, но в конце концов он просто сжал зубы, с тоской посмотрел вслед уходящей Стелле и тоже ушел.

Майкл сжал плечо Цюаня.

– Спасибо.

Губы кузена изогнулись, и он кивнул в сторону Стеллы.

– Шел бы ты, проверил, как она там.

– Займи столик. Я догоню.

Майкл побежал за Стеллой и поравнялся с ней, но вместо того, чтобы замедлить шаг, она зашагала быстрее, глядя прямо перед собой.

– У меня все было под контролем. Не забывай, у меня есть «Тазер».

Резкий и безразличный тон потряс Майкла до глубины души, и до ужаса рассердил его. Он до сих пор каждую ночь видит ее во сне, а она уже встречается с другими. Не прошло ведь и двух недель.

– Смотрю, тебе не терпится испытать новые навыки на практике, да?

Стелла крепче вцепилась в ремешки сумки и ускорила шаг. Тротуар закончился, и ее высокие каблуки застучали по асфальту жилой улицы в сторону дома.

– Если ты хотела с ним переспать, то все сделала неправильно. Надо было позволить ему поцеловать тебя. Почему ты этого не сделала? Нервы?

– Майкл, уйди.

– Я хочу знать, почему ты его не поцеловала. Это ведь он тебе был нужен. Разве нет?

Стелла застыла посреди улицы. Ее грудь вздымалась от резких вдохов, пока сама девушка смотрела в сторону.

– Зачем ты преследуешь меня и разговариваешь со мной? Я не знаю, как поступить в такой ситуации. Не знаю, что мне следует делать, что говорить.

– Неужели мы не можем общаться по-дружески? – По крайней мере, Майкл считал себя ее другом.

Стелла посмотрела ему в глаза. В лунном свете, смешанном с уличными фонарями, ее глаза казались влажными и уязвимыми.

– А мы друзья?

– Надеюсь.

– Я так не могу. – Она сделала шаг в сторону, стиснув зубы и прищурившись. Майкл решил было, что она злится, но тут по ее щекам потекли слезы. – Не хочу, чтобы со мной дружили из жалости.

При виде слез у Майкла сдавило грудь и перехватило дыхание.

– Разве речь шла о жалости?

Стелла вытерла слезы, ее подбородок дрожал.

– Ты сам говорил. Сказал, что пора заканчивать помогать мне и что мы не сможем дать друг другу все, что нам нужно. Ты это сказал, и ты правда так считаешь. Сказанного уже не вернуть.

– Но я же не говорил о тебе. Я сказал, мы. – Он с трудом сглотнул. – А ты не думала, что я имел в виду себя? Что я не могу дать того, что нужно тебе?

Она испытующе глядела на него наивными глазами, широко раскрыв их от непонимания.

– С чего бы мне так думать?

– Да потому что я сын преступника и занимаюсь проституцией!

Уголки ее губ опустились, и она отошла от него еще на шаг.

– Меня не волнуют подобные вещи. Ни то, ни другое не влияет на твою личность и на твое ко мне отношение. Ты просто используешь это в качестве предлога, чтобы не обидеть меня. Но я хочу, чтобы ты знал: я не обижаюсь на правду. Если я тебе не подхожу, то это честно, и я это принимаю. Рано или поздно я разлюблю тебя. И мне не нужна твоя дружба из жалости.

Выпалив это, она пронеслась мимо него и зашагала прочь по улице. Она шла быстро и по-деловому. Никаких соблазнительных покачиваний бедрами, никакой грациозности; она шла совсем не как модель по подиуму. Майкл любил эту походку.

Любил Стеллу.

А она пыталась разлюбить его.

Но чтобы пытаться разлюбить, сначала надо было полюбить его. Она знала о его работе в эскорте, о его финансовом положении, об образовании, об отце – и все равно полюбила.

Это меняло все.

Майкла наполнила решимость. Он был так ослеплен неуверенностью в себе, что оттолкнул ее и обидел. А надо было вместо этого за нее бороться.

И он начнет прямо сейчас. Если Стелла смогла поверить ему и принять его таким, какой он есть, то и он сможет. Она заслуживает такого мужчину. И он собирался стать достойным ее.

Он проследил за Стеллой, соблюдая дистанцию, чтобы убедиться, что она благополучно добралась до дома, а потом побежал искать Цюаня. Ему нужна была помощь в разработке плана боя.