Пират - Конни Мейсон

– Ты любишь меня? – переспросила Блисс, и в голосе ее слышалось презрение. – Что и говорить, ты не раз давал мне в этом убедиться, отец.

– Я не виню тебя за то, что ты ненавидишь меня, дочка. Я и в самом деле не заслуживаю ни твоей любви, ни доверия. Это я, я виноват в том, что ты разлучилась с человеком, которого любила. И в том, что ты столько лет была лишена счастья материнства, тоже виноват я. Но ты была тогда так молода. Я же хотел сделать как лучше, я думал, что Джеральд Фолк станет тебе более подходящим мужем...

– Ты никогда не слушал меня, отец, и никогда не старался понять меня. Ты всегда преследовал только свой собственный интерес. Да, я не забуду о том, что это ты разлучил меня с сыном и с мужем. А потом вместе с Джеральдом подослал к Гаю наемного убийцу.

Клод замер от неожиданности.

– Что?! Кто тебе рассказал об этом? – растерянно спросил он. – Нет-нет, Блисс, убийцу к Гаю я не подсылал. Я действительно делал все, чтобы его как можно дольше держали в тюрьме. Но убийца... Это дело рук Фолка. Это ему было необходимо, чтобы Янг умер. Фолк прекрасно понимал, что, пока Янг жив, ты никогда не согласишься выйти за него замуж. Да, я во многом виноват перед тобой, но крови Гая на моих руках нет! И еще раз повторю: все, что я сделал, я делал потому, что считал это благом для тебя.

– И после всего этого ты говоришь, что любишь меня? – сердито фыркнула Блисс.

– Да, люблю, и постараюсь доказать тебе свою любовь. Слушай внимательно. Фолк хочет, чтобы я привел тебя вместе с сыном к нему в дом. Он собирается использовать вас для того, чтобы заставить Хантера подписать признание. Фолк заверял меня, что не причинит вреда ни тебе, ни ребенку, но я не верю ему. Этот человек поклоняется одному богу – деньгам. Ради них он пойдет на любую подлость. Я теперь понял, что и жениться на тебе он хочет исключительно ради денег.

Но я не желаю подвергать тебя новым испытаниям, Блисс, поэтому и пришел к тебе.

Блисс хотелось поверить отцу, но до чего же трудно было ей сделать это! После того, как он принес ей столько боли...

– И как же ты собрался помочь мне? – спросила она. – Скажи, ты видел Гая? С ним все в порядке?

– Мне трудно говорить тебе правду, но и лгать я больше не хочу. Твой муж жив, но очень сильно избит. Правда, пока побои прекратились – Фолк решил воздействовать на него через тебя и мальчика. Но боюсь, что они снова возобновятся, если Фолку не удастся заставить Хантера подписать свой смертный приговор.

Из горла Блисс вырвалось рыдание.

– О боже! Фолк пытает его! Что мне сделать, чтобы прекратить это?!

– Я выторговал немного времени, дочка. Может быть, нам с тобой удастся придумать что-нибудь, и мы сумеем освободить твоего мужа. Скажи, ты сильно любишь его?

– Да, отец. Больше собственной жизни! Клод неожиданно улыбнулся.

– Я рад это слышать. Тебе давно пора было перестать оплакивать человека, который умер. Я имею в виду того парня, за которого ты вышла тогда против моей воли. И еще я очень рад, что ты нашла своего сына. Думаю, что не без помощи Хантера. Скажи... ты позволишь мне увидеться с моим внуком?

Блисс задумалась. Ей припомнились долгие пустые годы, когда она была уверена в том, что они оба мертвы – и Гай, и Брайан. Кто был виноват в этом? Ее отец и Джеральд Фолк! Клод не посмеет упрекнуть ее, если она ему откажет. Но, с другой стороны, ведь он ее отец и дед Брайана. Неужели она не сможет найти в своем сердце сострадания к нему?

Блисс взглянула на Клода – такого смущенного, потерянного – и неожиданно поняла, что сможет простить его. Отца – да, но Фолка – никогда. К Джеральду Блисс испытывала одну лишь ненависть, смешанную с презрением.

– Так, значит, ты всерьез рассчитываешь на то, что я тебе поверю? Всерьез хочешь помочь мне и Гаю? – спросила Блисс и снова пристально вгляделась в лицо отца.

– Во всяком случае, я надеюсь, что ты поверишь мне. Скажи, у Хантера есть в городе друзья, к которым мы могли бы обратиться за помощью? Если нет, у нас остается только один путь – в полицию.

– В полицию? Это слишком рискованно. Ведь за голову Охотника назначена награда. Я не хочу, чтобы полицейские начали копаться в прошлом Гая.