Высшая школа Заучек - Натали Мондлихт

— Извини, пожалуйста! Я перед тобой так виновата! — дрожащими пальцами с величайшей осторожностью пройдясь по тому месту, где раньше виднелся страшный ожог, спросила: — Как ты? Раны зажили?

Он словил мою ладонь и положил к себе на грудь, нежно, но уверенно прижав сверху своей.

— Не бойся. На мне всё заживает моментально, к тому же, рана была не такая и страшная, как тебе казалось, — попытался успокоить он. — А вот ты пострадала намного больше. Придётся учить тебя магическому контролю лично.

Вспомнив, из-за чего мой контроль дал сбой, я резко отдёрнула руку, уютно пригревшуюся благодаря Иллиасу там, где она и вовсе не должна была находиться. Нет. Если уж решила держаться подальше, стоит выполнять свои обещания. И начинать нужно прямо сейчас. Вот только узнаю побольше о произошедшем.

И я, где-то понимая бесполезность затеи, попыталась выведать хоть что-то о случившемся.

Узнать мне удалось немного, но это даже больше, чем ожидала услышать. Личность напавшего, как и то, каким образом ему удалось проникнуть на соревнования, мне не сообщили. А вот метод, с помощью которого меня заманили в безлюдный коридор, как и то, почему нас никто не слышал и не видел, да и вообще, каким образом он смог не подвергнуться моему огню, Иллиас рассказал. Как я поняла, клятвы умалчивать такие подробности он не давал.

Выяснилось, что напавший обладал магией теней, причём, в отличие от Веры, с огромным потенциалом. Он сумел создать подпространство с барьером, который для остальных выглядел обычной стеной, а для меня создали некое магическое исключение. Я продолжала видеть коридор, поэтому спокойно по нему проследовала. Но самое интересное, что магия теней единственная, способная противостоять световым видам магии и даже поглощать их. Эти две силы вступают в борьбу, так сказать. Как тень и свет. И я проиграла, не сумев проломить защиту тёмного. Печально!

Поблагодарив Иллиаса за рассказ и за спасение, я вежливо, но как можно более отстранённо, попросила его оставить меня одну, сославшись на усталость и желание отдохнуть. Как же он смотрел на меня. Если бы не уверенность, что ни к чему хорошему наши отношения не приведут, плюнула бы на всё, и не отпускала бы его никогда и ни к кому. Но я уеду, теперь знаю это твёрдо, это раньше могла в глубине души тешить себя некими иллюзиями. А его невеста… она останется. Красивая, влюблённая, родовитая и наверняка обещанная ему ещё с детства.

— Лера, — вдруг произнёс он, — я хотел бы поговорить о нас, — услышала я такие страшные слова. — Там, на соревнованиях…

Нет. Не хочу это слушать. Пускай буду трусишкой, но заставить себя услышать о другой от него просто не могу.

— Не надо, — резко остановила его, — ты — тренер, я — ученица. Нам не о чем говорить, — выдавила из себя враз помертвевшими губами. — Спасибо, что навестил, а теперь мне действительно пора отдыхать, — я трусливо отвернулась, свернувшись в калачик и притворившись спящей.

Стук чего-то мелкого о твёрдую поверхность тоже не заставил меня оглянуться.

— Думаю, это твоё, — холодно прозвучало в тишине. Кажется, мой намёк поняли верно.

Скрип двери оповестил меня об его уходе. И с ним ушло что-то слишком важное из моей жизни.

Только через время я решила посмотреть, что же мне оставили. На тумбочке красовался артефакт-камешек, спасший мне жизнь. Ухватив его, я спрятала в кармане халата, кем-то бережно на меня надетого, и прикрыла веки, из-под которых потекли влажные ручейки.

***

После выхода из лазарета для меня ничего не изменилось. Почти. Плотный график занятий и тренировок, в которые добавили магическую медитацию для укрепления контроля, периодические посещения Хранилища и помощь Селению, запрещённая секция библиотеки и… одинокие ночи.

Как будто высшие силы этого мира меня услышали и перестали терзать снами о Иллиасе. Да и сам он стал ещё холоднее и официальнее. Теперь даже не пытался прикоснуться сверх необходимого минимума. Да и тот контакт, который был, походил скорее на нечаянное холодное скольжение по телу рыбы в воде.

Я старалась воспринимать всё, как должное, но если на людях это получалось, то наедине с самой собой не очень. Грусть и невозможная тоска пожирали изнутри. И иногда, в особые минуты меланхолии, окружающие подмечали перемену в моём настроении.

Поднять его мне активно старались все друзья. В ход шли и шутки весёлого трио, и девчачьи посиделки с Верой и Анхелией, и даже забавные беседы с Норисом, настойчиво продолжавшим свои попытки ухаживаний, несмотря на мимолётный интерес на соревнованиях к прекрасной бегунье, угасший так же быстро, как и вспыхнул.

Однако без нашего с Иллиасом постоянного противостояния, зажигавшего в крови целый фейерверк, мир стал намного более тусклым и скучным.

В один из дней, когда я уже не особо чаяла выбраться из вереницы постоянной рутины, произошло невероятное событие. В Хранилище пришёл свёрток, да-да, один из тех самых. Я бережно опустила его на стол, ожидая, позволит ли мне Селений в этот раз отправить его по месту назначения самостоятельно. И, о чудо, он спокойно вынул внушительный ключ, передав его мне, и предложил отнести свёрток на положенное место.

Но ещё большей удачей оказалась его вынужденная отлучка по неотложным делам. Комендантша женского общежития была недовольна поступившими новыми комплектами постельного, и орала об этом по артефакту связи на всё Хранилище, немедленно требуя Селения к себе.

Тот поморщился, как от зубной боли, бросил на меня подозрительный взгляд, а потом махнул рукой и побежал успокаивать бушующую фурию.

Не став терять ни минуты, провернула старинный ключ в замке, попутно заметив, что охранные заклинания сегодня Селений снял, видимо ожидая новое поступление. Дверь открывала с опаской и сомнением. Не хотелось подставлять доброго старика, с которым успела сдружиться. Кроме того, очень уж странной казалась мне подобная удача, обычно хорошее начало могло предвещать большую беду. Мало ли чего я не знаю!

Прошмыгнув внутрь, положила новый свёрток на законное место и начала осматриваться. Как же много всего здесь было сложено. Стеллажи, стеллажи и ещё раз стеллажи со свёртками. С чего же начать? Доверившись интуиции, прикрыла глаза и начала водить ладонью вдоль полок, пытаясь решить, что из этого хочу увидеть. И наконец возле одного из свёртков я словно почувствовала невероятное тепло.

Не совсем понятный для меня факт. Странно! Отдёрнув руку, сильно зажмурилась и