Мир Аматорио. Доверие - Мари Мур

– Поверь, ты не видела меня по-настоящему напряженным. И мы могли бы это исправить, но есть одно «но»…

Не обращая на него больше внимания, я иду прямиком к своей машине. После моей "розыгрыша" над Кэшем я включила свет на паркинге и разблокировала выход. И, откровенно говоря, я уже начинаю жалеть, что не изучила все приемы крав-мага. В частности те, которые помогли бы уменьшить частоту пошлых шуточек одного засранца.

– Ладно, Жасмин, – Кэш ускоряет шаг, чтобы не отставать от меня. – Ты же знаешь, что это была шутка.

Не глядя на него, я раскрываю водительскую дверь «Mercedes» и проскальзываю за руль. Смотрю вперед и жду, когда Кэш займет пассажирское сиденье и наконец озвучит причину, по которой я сюда приехала. Но вместо этого он останавливается перед капотом, внимательно оглядывая автомобиль.

– Жасмин, откуда тачка? Ты взялась за старое и опять начала раскручивать "женатиков"?

– Нет, просто я нашла себе папика.

– Папика? – переспрашивает Кэш, потеряв интерес к машине.

– Ну да, – я пожимаю плечами. – Он оплачивает все мои расходы. И даже больше.

Бросив на меня предупреждающий взгляд, Кэш открывает дверь и садится рядом. В закрытом салоне автомобиля я улавливаю отчетливый запах алкоголя. Неужели вчера от меня также несло выпивкой? И как только Десмонд мог целоваться со мной? Я стараюсь подальше отогнать эту мысль.

– Десмонд знает о папике? – мрачно спрашивает Кэш.

Он хмурится, и от его сердитого вида я не выдерживаю и смеюсь в голос. Не могу поверить, что проницательный Кэш купился на столь глупую шутку.

– Остынь, – я закатываю глаза. – Это подарок твоего брата.

Черты лица Аматорио-младшего постепенно расслабляются, уголок рта приподнимается в легкой ухмылке.

– Только не шути так с Десмондом, окей? Иначе с моим старшим братом случится сердечный приступ.

Спустя несколько секунд Кэш становится серьезным и сосредоточенным. Я замечаю его беспокойные глаза, под которыми залегли темные круги, губы, сжатые в напряженную линию, плотно сомкнутые челюсти. Сложно представить, что совсем недавно Кэш шутил надо мной и смеялся. Сейчас в его облике нет ни малейшего намека на прежнюю веселость.

Кажется, я видела его таким, когда он признался мне, почему винил себя в исчезновении Кимберли.

– Ты в порядке? – волнительно спрашиваю я.

– Обычно, я предпочитаю не лезть не в свое дело. Но мне важно знать, что произошло с тобой в ночь Хэллоуина?

Я сдвигаю брови и отвожу взгляд. Зачастую Кэш бывает слишком внимательным и прозорливым. И если с Десмондом я могу сменить тему и уйти от разговора, то с его младшим братом этот номер не пройдет.

Но несмотря на это, я не собираюсь признаваться во всем ни Кэшу, ни Десмонду. По крайней мере, пока не разберусь с Джеймсом.

– Почему вдруг тебе это стало важно?

«Перевожу свой вопрос: тебя подослал Десмонд, чтобы выяснить детали?»

– Если ты думаешь, что меня попросил об этом Десмонд, то ты ошибаешься, – неожиданно заявляет Кэш.

Я тут же смотрю на него. Или я озвучиваю вслух свои мысли, или Кэш скрывает, что умеет их читать. И мне хочется верить, что я не окончательно тронулась умом и могу себя контролировать.

– Из моих друзей ты смогла увидеть что-то другое, кроме моей шутливой стороны. Ты единственная, кто выслушала мои сопли про Ким. Вернее, ты единственная, кому мне захотелось их рассказать.

Придвинувшись ко мне, Кэш поднимает руку и заправляет прядь моих волос за ухо. Моя грудь сжимается. Я догадываюсь, куда он клонит, и мне заранее больно, что придется скрывать от него правду.

– Ты мой друг, Кристи. Ты можешь мне все рассказать, и я постараюсь помочь, – вкрадчиво произносит он. – Что случилось в Хэллоуин?

– Кэш, – шепчу я и опускаю взгляд. – Я уже говорила про это много раз на суде…

– Мне не интересно то, что ты сказала на суде. Мне интересно, что с тобой случилось на самом деле. До того, как моя сумасшедшая сестра появилась и выстрелила в Джеймса.

Кэш пристально смотрит на меня, и я знаю, что играю с огнем. Аматорио-младший выглядит настолько мрачным, что эквивалентно такому же уровню свирепости, как и у Десмонда. Но вместе с этим я знаю, что оба брата не причинят мне вреда. Почему-то я была уверена в этом с самого начала.

– Во время игры в лесу я случайно столкнулась с Джеймсом, – вызубренные слова вылетают из моего рта автоматной очередью. – Потом появилась Грейс. Она пыталась выстрелить в меня, но попала в Джеймса. Мне удалось убежать, ну а дальше ты знаешь…

– Хватит врать, – голос Кэша меняется со спокойного на резкий и властный. – Ты не случайно столкнулась с Джеймсом. Этот чертов псих выслеживал тебя. Что он тебе сделал?

В горле растет ком. Я устала от того, что мне приходится все время лгать тем, кто этого не заслуживает. Горечь настигает меня, и я разражаюсь слезами.

– Я уже все сказала!

Я отстраняюсь от Кэша и вжимаюсь как можно глубже в сиденье, закрыв лицо руками. Я плачу, и мне плевать, что подумает Кэш. Он мне не верит и выдавливает из меня признание, пока я пытаюсь сохранить возможность любить и быть с его братом!

– Кристи, – Кэш обхватывает меня обеими руками и прижимает к себе. – Прости, что я повел себя грубо с тобой.

От его извинения я плачу еще сильнее, и Кэш гладит меня по спине.

– Просто ответь: этот ублюдок угрожал тебе? Он заставлял тебя говорить неправду?

– Пожалуйста, давай не будем говорить об этом.

Мои громкие всхлипы и плач немного отрезвляют Кэша. Он обхватывает руками мое лицо и стирает слезы с моих щек подушечками больших пальцев.

– Я не могу закрыть эту тему… Черт! – он выругивается. – Я так и не сказал, зачем мне понадобилась, чтобы ты приехала.

Что? Разве Кэш позвал меня не для того, чтобы выяснить подробности ночи Хэллоуина?

– Зачем? – спрашиваю я гнусавым голосом из-за плача.

– Ты должна кое-что увидеть… Я бы