Тайна императора - Елена Золотарева

— Спасибо! Вы спасли меня от нервного срыва! — прижала тетрадь к груди и поблагодарила каждого из мужей поцелуем.

По прилете на Ману-р я сразу отправилась в свою лабораторию. О том, что мои волосы и сарафан в песке, а кожа между ног стянута высохшими следами секса, забыла напрочь. Я близка к тому, чтобы взломать хитрый код природы – вот, что важно!

Мужья не мешали. Они расположились рядом, в небольшом конференц-зале.

— Предлагаю заняться освоением Фета. Геодезия и климатические карты здесь, — Фарос вывел объемную проекцию спутника,

— Уже вижу отличное место для сада! — пошутил Анвар, на что Фарос только подкатил глаза.

— Ты неисправим!

Я наблюдала за мужчинами, пока запускалось оборудование, но как только увидела сигнал готовности, тут же переключилась на работу.

Первый провал меня ничуть не огорчил. После второго я немного расстроилась, а третья неудача грозила полной потерей энтузиазма. Вот почему я не любила теорию. Когда на словах все складывалось отлично, практика иногда возвращала к суровой реальности.

Так и сейчас. Мне не удалось перехитрить природу. Это она отвесила мне щелчок по носу и отправила учиться дальше.

— Ничего не вышло, — обреченно шепнула я, опустила плечи, и руки повисли безвольными плетьми.

Никакие слова успокоения, ни уверения в моей гениальности не помогали воспрять духом.

— Мне сказали, что вы здесь! Мила, разрешишь? — голос императора показался глухим и далеким, но как только перед глазами блеснули носки начищенных ботинок, я включилась.

Рамус Дарс стоял передо мной во всей своей исполинской красе, а рядом с ним, чуть позади расположился еще один манурец. Статный, мощный, взрослый и по-мужски красивый как император. Только вот взгляд у него был слишком серьезный. Не хотелось встречаться с ним глазами. Слишком уж мрачными они казались.

— Кто посмел расстроить мою любимую дочь? — посмотрел на моих мужей и улыбнулся, — кому начистить шею?

Я улыбнулась его шутке и кивнула в сторону экрана.

— О-о-о, — выдохнул правитель, — теперь ясно.

— Возможно, я смогу чем-нибудь помочь? — подал голос незнакомый манурец.

Я повернулась в его сторону и почувствовала странное жжение в груди. Даже руку приложила к сердцу. Тем временем мои мужья отчего-то нервничали. Выглядело это как предвкушающая праздник суета, и уж точно не ожидание опасности.

Ничего не понимаю!

— Мила, горд представить тебе своего друга. Надежного воина, который, правда, решил променять службу мне на науку. Но я его простил, — кивнул манурцу, в шутку одаривая его надменным взглядом, — Аран-идо.

— Айланда мира! — поприветствовала гостя, поднимаясь с места.

— Звезды благоволят, — ответил он, вглядываясь в мои глаза, будто что-то ожидая в них увидеть.

На этот раз я уже осмелилась рассмотреть его, и первое, что бросалось в глаза, были морщинки на лбу и между бровей. Они придавали мужественному лицу суровый, серьезный вид. Густые брови, борода черного цвета делали его похожим на арабского принца из сказок. Только вот возраст у этого принца был на вскидку, чуть меньше, чем у Рамуса Дарса. Тела не было видно, потому что мужчина был одет, но ширина его плеч, мощная шея явно давали понять, что передо мной не хлюпик, а воин. Пусть и бывший, как Анвар.

— Мне пора! — Император спешно поцеловал меня в лоб, — Анвар, Фарос, выйдем ненадолго.

Мои мужчины как-то подозрительно улыбнулись и без раздумий вышли вслед за императором, оставляя нас с Араном наедине.

— Рам сообщил, что вы работаете с мутацией. Могу взглянуть на материалы? — голос мужчины стал мягче, впрочем, и взгляд смягчился.

— Да, пожалуйста.

Я уступила ему свое место у рабочего стола, предоставляя доступ ко всем заметкам. Он коротко улыбнулся, просмотрел записи и остановился на одной из них.

— Мила, вы хотели создать вирус, несущий здоровые гены, чтобы он истребил мутацию?

Я кивнула, только сейчас осознавая, что что-то упустила.

— Это сработало бы, если бы иммунитет был ослаблен. Но манурцы не болеют, выходит, что метисы землян и манурцев тоже. Их иммунитет уничтожит любых агентов уже на этапе внедрения в клетку.

Я горько улыбнулась. И правда. Миру не тронула ни одна болячка, в то время, когда дети группами уходили на карантин. Провал, Мила. Позорный провал.

— Не расстраивайтесь. Незнание подобных нюансов не делает вас плохим ученым. Мы разные, невозможно знать все. К тому же, эта проблема действительно нуждается во внимании разного рода специалистов, не только генетиков.

— Спасибо. Но мне от этого не легче. Хотите чаю?

Мне хотелось скорее покинуть лабораторию, наесться вкусных конфет, и уткнуться носом в родные подмышки моих мужчин. Да, за мной был такой грех быстро опускать руки в случае неудачи. Но стоило отдохнуть, набраться сил, я снова была готова нестись вперед.

— Мила, я хочу вам предложить кое-что другое.

Он сказал это таким голосом, что я невольно вообразила нас вместе. Передернула плечами, мысленно ругая себя за то, что я вообще допускаю подобные мысли, имея законных мужей.

— Подойдите.

Почему-то я не могла сопротивляться этому уверенному тону. Сделала шаг, становясь за спиной сидящего у монитора мужчины, и невольно вдохнула аромат его кожи. Он напоминал жаркое лето, бескрайние луга и траву, нагретую солнцем. Он тоже чуть повел головой, будто прислушивался.

Да что ж такое происходит?

— Есть бумага?

Простой вопрос сбил с толку. Во-первых, его близость настраивала на нерабочий лад, а во-вторых, я не встречала манурцев, ведущих записи на ненадежных носителях.

— Да, пожалуйста, — открыла свою новую тетрадь на пустой странице и подала манурцу. Тот взял ее бережно, задерживая взгляд на моих пальцах. Потом сглотнул, нахмурился и приступил к работе.

Этот странный мужчина что-то долго чертил, рисовал, писал формулы, а я все это время рассматривала его, пытаясь понять, почему мне так хочется его коснуться. Даже шальная мысль о солнцах промелькнула, но я быстро отмела ее.

Но вскоре любопытство все же пересилило. Я встала на носочки, вытянула шею, и попыталась заглянуть под воротник, чтобы увидеть там блестящие узоры, но ткань кителя прилегала плотно, все скрывая.

— Да! Уверен, сработает! — он хлопнул ладонью по тетрадь, заметно оживляясь, а я подпрыгнула, хватаясь за сердце, — смотрите!

Мужчина развернулся, чтобы пустить меня в свое пространство, но я не то что с места