Влюбленные - С. Стивенс

– С добрым утром… – Келлан глубоко вздохнул и потянулся всем телом.

Я подумала, что у него, наверное, как и у меня, болят все мышцы, хотя, вероятно, его мужское достоинство не столь чувствительно. Возможно, такой побочный эффект возникает только у женщин. Впрочем, мне это нравилось.

Я потянулась к Келлану, чтобы поцеловать его в шею:

– И тебе доброго утра. – Наконец-то полностью открыв глаза, я приподнялась на локте. – Счастливого Рождества, Келлан! – прошептала я, улыбаясь сонному мужчине, лежавшему рядом.

Он тоже посмотрел на меня и поднял руку к моему лицу:

– Счастливого Рождества, Кира!

Его пальцы скользнули по моим волосам и легли на мою шею. Когда же Келлан попытался прижаться ко мне бедрами, дверь спальни внезапно отворилась. Я оцепенела, лишь теперь вдруг вспомнив, где нахожусь.

– Кира! Ты где?

Услышав голос сестры, я подняла голову. Анна стояла на пороге в пятнистой зелено-розовой пижаме, а ее великолепные волосы были увязаны в аккуратный хвост на самой макушке. Увидев, где я скрываюсь, сестра расхохоталась и упала на мой скрипучий матрас. Подперев голову ладонями и болтая ногами, она заглянула в наше любовное гнездышко на полу.

Я прижалась спиной к Келлану, а он обнял меня, и Анна со смехом сказала:

– Вообще-то, я собиралась пожелать вам обоим счастливого Рождества и спросить, не хотите ли спуститься вниз вместе со мной, но вижу, что вы свой подарок уже получили. – Она с веселой усмешкой посмотрела на Келлана. – Привет, Келлан. Рада, что у тебя все получилось.

– Привет, Анна. Спасибо, – отозвался Келлан, крепче обнимая меня.

Потянув одеяло, я закрыла татуировку на груди Келлана и его безупречную мускулатуру, потому что Анна явно наслаждалась зрелищем. Глядя на сестру, я вздохнула:

– А который час?

Изумрудные глаза Анны обратились ко мне.

– Завтракать пора. Мама готовит яичницу.

Я резко села, прижимая к груди одеяло, но при этом движении оно соскользнуло с Келлана.

– Завтракать… А папа уже проснулся?

Сестра поболтала ногами в воздухе, злорадно улыбаясь.

– Да, он встал. – Анна показала на Келлана. – Так что твоему другу лучше смыться отсюда поскорее, пока папа не сообразил, что никто не ночевал на диване.

Мгновенно начав действовать, я попыталась столкнуть Келлана с постели. Он вертелся и сопротивлялся, явно не желая двигаться с места.

– Кира, расслабься!

Покачав головой, я толкнула его сильнее:

– Нет, Анна права, отец убьет тебя, если найдет в моей комнате.

– Да что он сделает? – Келлан надул губы и вскинул бровь. – Посадит тебя под домашний арест?

– Да, после того как кастрирует тебя, – кивнула я, продолжая толкать его.

Келлан со вздохом поднялся, не потрудившись хоть как-то прикрыться. Сестра ухмыльнулась при виде его наготы, а я поспешно закрыла ей глаза ладонью. Стараясь не допустить, чтобы Анна подсматривала в щелки между моими пальцами, сама я, слегка зажмурившись, искоса следила за тем, как одевается Келлан. Он, усмехаясь, пробормотал:

– Отлично, я прокрадусь по коридору так, чтобы он решил, будто я был в ванной.

– Нет, – покачала я головой, – тебе лучше выбраться в окно. Пусть думает, что ты вышел прогуляться или на пробежку.

Келлан, в этот момент застегивавший ширинку, разинул рот. Видя, что наиболее интересная часть его тела уже скрыта одеждой, я перестала бороться с Анной и отпустила ее. Заметив, что Келлан уже почти оделся, сестра нахмурилась, но явно утешила себя тем, что рубашки на нем пока еще не было.

– Кира, мы на втором этаже!

Завернувшись в простыню, я упрямо повторила:

– Пожалуйста! Он просто не поверит, что ты был всего лишь в ванной. – Я показала на окно. – Вон там, в квартале отсюда, есть небольшой магазин, который должен быть открыт сегодня. Если ты купишь молока… Мама будет просто в восторге.

– Но мои кроссовки и куртка внизу, в гостиной! – развел руками Келлан.

– Нет, не там! – просияла Анна. – Я вынесла их на улицу, когда встала.

Я изумленно уставилась на сестру, а та лишь пожала плечами:

– Ну, Кира, мне-то не впервой прятать парня!

Она подмигнула мне, но я лишь покачала головой в ответ. Анна всегда была авантюристкой.

Келлан застонал, натягивая рубашку.

– Черт побери, мне не приходилось выскакивать из окон женских спален лет с пятнадцати! – нахмурившись, пробормотал он.

– Келлан, думаю, нам с тобой следует как-нибудь обменяться интересными историями, – прыснула Анна, в то время как я округлила глаза.

Келлан искоса взглянул на нее, а она ему подмигнула. Я же скептично посмотрела на них обоих и подтолкнула Келлана к окну. Горестно вздыхая, он оглядел зимний пейзаж, раскинувшийся перед ним, и на глаз оценил промерзшую решетку, по которой ему предстояло спуститься вниз. Затем он с жалобным видом оглянулся на меня:

– Но ты ведь взрослая девушка, Кира! Наверняка твой отец воспримет все гораздо проще, чем тебе кажется.

Конечно, я ведь не рассказывала Келлану о том, как трудно было уговорить папу просто позволить моему другу остаться на ночь у нас дома.

– Келлан, он хотел отправить тебя спать в палатке на заднем дворе.

Вскинув брови, я предельно серьезно посмотрела на Келлана. Он чуть было не рассмеялся, но понял, что я не шучу.

– Хорошо. – Он наклонился и поцеловал меня в щеку. – Но имей в виду, ты теперь в большом долгу передо мной.

Келлан ущипнул меня за задницу, и я хихикнула. Анна тоже усмехнулась. Отсалютовав нам обеим двумя пальцами, он вылез в окно. Я с замиранием сердца следила за ним, надеясь, что он не упадет. Когда Келлан дошел до края крыши, я шепнула ему вслед:

– Осторожнее!

Он оглянулся. Из его рта вылетали белые клубы пара, и он дрожал в одной рубашке. Анна стояла рядом со мной у окна, и Келлан усмехнулся, посмотрев на нас:

– Ладно, повезло тебе, что ночь того стоила.

Я покраснела, а сестра расхохоталась во все горло. Когда Келлан уже начал спускаться, я тихо окликнула его. Он обернулся, а я улыбнулась при виде снежинок, падавших на его разрумянившиеся щеки, и сказала:

– Купи еще гоголь-моголь.

Келлан на мгновение прикрыл глаза и недоверчиво покачал головой, продолжая отступление из моей спальни. Рассмеявшись, я тихо закрыла окно. В следующее мгновение я сбросила с себя простыню и надела пижаму, как будто только что выбралась из постели. Анна помогла мне вернуть все одеяла и простыни на свое место, и мы уселись на кровать, хохоча над обиженным лицом Келлана. В эту минуту дверь спальни распахнулась, и я, собирая волосы в хвост, улыбнулась заглянувшему ко мне папе.