Ветер пыльных дорог - Марина Гилл

– Когда я здесь находился, было хуже.

Он заинтересованно осматривался вокруг себя, подмечая изменения, произошедшие после его отсюда освобождения. Его зоркие и внимательные глаза, разумеется, не могли не заметить не только наличие уже потухающего факела и двух овчин, но также то, насколько близко друг к другу сидели Герик и Матильда. Последняя выглядела так, будто её только что разбудили, а парень хмуро глядел на Пьера из-под сдвинутых бровей.

– Что-то вы совсем не рады старому другу, – недовольно пробурчал он, переводя взгляд с одного на другую и обратно.

– А друг ли ты нам ещё? – резонно поинтересовался Герик.

Матильда коротко и укоризненно взглянула на Герика и затем сказала:

– Надеюсь, ты пришёл, чтобы объяснить нам всё, что происходит?

Пьер подошёл к ним и уселся рядом. Матильда с радостью отметила, что он не ведёт себя, как зазнавшаяся особа, и не брезгует сидеть в подвале на одной лишь овчине, постеленной на холодный пол.

– Ну, почти, – ответил он ей. – У меня к вам обоим важный разговор. Но прежде… – Он широко улыбнулся и неожиданно ловко подсел к Матильде, хватая её в охапку. – Ой, Матильда, я так соскучился по тебе!

Матильда начала усиленно отталкивать его.

– Ты чего, пьян, что ли?! – прохрипела она, так как слишком уж сильно сдавил он её в объятиях.

– Разумеется. Я опьянел от одного твоего вида, – согласился он. – Эй…

Последний возглас относился к Герику, о котором он, похоже, успел забыть. Тот схватил его за плечи, рывком отрывая от девушки. Однако Пьер каким-то образом смог удержаться и не выпустить Матильду.

– Убери руки.

– Какого черта?! Ты сам за меня схватился, – возмутился Пьер. Глаза Герика только угрожающе потемнели. Он не был настроен шутить, и, поняв это, Пьер сдался, отпуская Матильду: – Ладно, зануда, сделаю, как ты скажешь. Только лишь потому, что нам троим необходимо поговорить.

Матильда осталась на своём месте, но чуть отодвинулась от Пьера. Тот сделал вид, что не заметил этого, и поправил своё одеяние, которое подверглось нападению Герика. Сам же Герик устроился рядом, не спуская взгляда с Пьера.

– Объясни, что здесь творится, – сказала Матильда. – И неужели ты не мог прийти раньше?

– Нет, не мог, – с важным видом отрицательно мотнул он головой. – Я был весь в делах.

– Делах? – нахмурилась Матильда.

– Ага. В общем, слушайте! Граф Рэндуилл – наш друг. В смысле, он мой друг, но может стать и вашим.

– С какой стати он твой друг? – тяжело взглянул на него Герик.

– Не могу сказать вам всего, но вам и не нужно знать всё. Если вкратце, то я еду в Ренн с той же целью, которую преследует и граф Рэндуилл. Так что мы с ним в некотором роде союзники.

– Ну, то, что не враги, – это видно, – выразительно обвёл взглядом его наряд Герик. – И что за цель-то такая?

– О, это очень важная и секретная цель, и я не могу вам о ней рассказать. – Заметив, каким взглядом одарили его и Матильда, и Герик, он счёл нужным добавить: – К сожалению.

– Если ты не скажешь нам, то мы с тобой и разговаривать не станем, – пригрозила Матильда.

Всем троим было ясно, что условия здесь может выдвигать только Пьер, но сам он промолчал и как будто задумался над словами Матильды.

– А если с меня взяли клятву не распространяться по этому поводу? – спросил он. – К тому же, твой отец, – посмотрел он на девушку, – как ты говорила, – подданный английского короля, не так ли?

– И что? – не поняла она.

– А то, что об этом нужно молчать. Если Рэндуилл узнает, незавидной твоя судьба будет.

– Хватит говорить загадками! – возмутилась Матильда. – Может, хотя бы поведаешь, какая вообще судьба нас с Гериком ожидает?

– Не совместная, я надеюсь, – буркнул он еле слышно, а потом громче продолжил: – Если будете послушными, то по прибытии в Ренн наши дороги разойдутся. Вы ведь этого очень хотите, не так ли?

– Так что ты там предлагаешь? – оживился Герик.

– Просто поехать со мной и графом в Ренн. Всем вместе.

Матильда невольно вздрогнула. Ей совсем не хотелось продолжить дальнейший путь в обществе устрашающего графа.

– И если мы откажемся?

– Останетесь здесь, – ответил Пьер, – и тогда только от графа Рэндуилла будет зависеть ваша дальнейшая судьба. Кстати говоря, знаешь ли, моя красавица, почему я не появлялся раньше? Всё для тебя. – Он многозначительно умолк, оглядев вопросительные лица друзей, и только потом пояснил: – Ты графу, видишь ли, немножко понравилась, – сделав насмешливое ударение на «немножко», сказал он, – и я всячески отвлекал его от твоей персоны эти два дня. Но, когда сегодня он оповестил меня, что завтрашним утром мы отправляемся в путь, я так и заявил ему, что вы оба поедете с нами, потому что являетесь моими близкими друзьями.

От этого определения Герик поморщился, будто съел что-то невероятно кислое. Пьер широко усмехнулся и перевёл взгляд на Матильду. Та сидела скованно и задумчиво глядела куда-то перед собой.

– Спасибо, очень… мило с твоей стороны, – отстранённо поблагодарила она.

– Да, очень благородно ты поступил, – хмыкнул Герик. – И что же, за эти два дня Рэндуилл потерял к Тильде интерес?

Матильда не смогла сдержать проступившего на лице удивления от этого сокращения своего имени. Герик всегда обращался к ней «Тильда», но… Уже давно он вообще к ней по имени не обращался, и потому сейчас было странно услышать это из его уст. А может быть, тому причиной её недавние мысли о нём и его к ней отношении.

– Да думать уже позабыл, – махнул рукой Пьер. – Я сказал, к тому же, что она – дочь прославленного рыцаря, но в силу определённых причин не может пока открыть своё имя.

– Зачем ты это сказал? – ужаснулась Матильда.

– А что, твой отец не был прославленным рыцарем? – невинно поинтересовался парень. – А в остальном я вроде бы не солгал.

– Ну… да, был прославленным… – стушевалась она. – Но всё равно можно было и поменьше болтать, – негодующе посмотрела она на него.

– Попробуй ты меньше болтать, когда от тебя ждут чётких ответов на вопросы! – обиделся Пьер. – Между прочим, не моя бы болтовня – Рэндуилл уже давно бы дознался до истины. А так он считает меня глуповатым и неспособным соврать.

– Прости, – совсем поникла Матильда, понимая, что Пьер и в самом деле сделал как лучше, а она теперь ему обязана по гроб жизни.

Заметив, что Матильда уже не злится на Пьера и готова ему безоговорочно поверить, Герик взял дело в свои руки.

– Нам ты зубы не заговоришь, – прямо сказал он ему, – так что выкладывай для начала, какого чёрта мы прошли мимо Ренна.

Матильда сжала руки в кулачки и выжидающе уставилась на Пьера. И если только у него не было для того уважительной причины, она забудет про то, что должна быть ему благодарна.