Свадебный огонь - Элизабет Чедвик

Все рассмеялись. Тогда именно Алиса Вильямсон заставила высокомерного англичанина в конце концов ретироваться в свою спальню.

— Итак, Эффи, — объявил Грей Вильямсон подошедшей к ним Эффи Барретт. — Я собираюсь украсть вашу гостью. Она завтра отправляется с нами.

— Очень жаль. — Она взяла Кассандру под руку и улыбнулась. — До ее возвращения нам всем будет очень грустно.

Кассандра подумала о своем муже и вздохнула. Завтра она переберется еще дальше от него, но ближе к кораблю, который потом доставит ее до Массачусетса. Наверное, она переоценила свои способности по-настоящему увлечь его.

* * *

— Да, все это было ужасно, — рассказывал капитан Уиггинс. — Человека, который в тот день стоял на вахте, пришлось уволить, а ваша жена, сэр, очень храбрая и сообразительная женщина. Этот ублюдок собирался закрыть ее и одну ее служанку в чемоданах и бросить за борт. А потом похитить ваших детей. Миссис Харт и ее слуга Рубен смогли одолеть его. Парень сейчас на контроле у шерифа, но я могу заверить вас, сэр, что на борту моего корабля нашлось бы немало желающих повесить Ондина прямо на месте преступления, если бы он остался жив. Миссис Харт вызвала восхищение у всех пассажиров. А Холирод-младший, вы знаете его, он сын Бертрана Холирода, решил сопровождать ее до Веласко. Он влюбился в нее по уши.

Алекс слушал, и сердце его сжималось от жалости к жене и детям, которые подверглись таким опасностям. Одновременно появилось чувство ревности: поклонники на корабле, танцевала с пассажирами. Потом ему пришло в голову, что все это потому, что он бросил их. Захотелось чего-то интересного, вместо того чтобы выращивать хлопок. А Кассандра могла погибнуть здесь, без войны, от руки бандита.

— Мне кажется, сэр, что у Барреттов в Веласко она чувствует себя в полной безопасности. Когда мы подошли к пристани, миссис Барретт уже ждала ее там. И они все сразу уехали в карете.

Это было самое приятное сообщение. Завтра они обязательно увидятся. Слава богу! Теперь он знает, где они.

* * *

Первые впечатления Кассандры от Гальвестона оказались не слишком благоприятными. По мере приближения к острову Кассандра увидела останки множества судов, потерпевших здесь кораблекрушение. Мачты и реи одиноко выглядывали из воды. Хотя мистер Вильямсон говорил о Гальвестоне с гордостью, как о пристани, похожей на гавань Нового Орлеана, на самом деле оказалось, что у берега было не более одиннадцати футов, и им пришлось с багажом пересаживаться в лодку.

Берега острова были настолько низкими, что Кассандра посочувствовала всем, кто находится здесь во время штормов. А они регулярно посещают этот край осенью.

Город оказался очень шумным, со множеством верфей и торговых домов. По улицам бродили свиньи, поедавшие мусор, и, похоже, это было единственным методом утилизации отходов.

На берегах гнили моллюски, на улицах скопились мусор и человеческие испражнения.

Только здесь Кассандра вспомнила, что именно в этом городе в 1839 году Элоиза потеряла ребенка, умершего от желтой лихорадки. «Что я наделала?» — подумала она, испуганно прижимая к себе Джастина, пока они в экипаже добирались до дома Вильямсонов. Дом оказался красивой постройкой с живой изгородью из буйной тропической зелени: пальм, цветущих кустарников с запахами такой силы, что они перебивали всю городскую вонь. В такой живописной обстановке Кассандра немного успокоилась.

Алиса Вильямсон познакомила ее с местными видами деревьев и кустарников, включая олеандр, о котором она сразу предупредила Кассандру, что растение ядовито.

— Не разрешай Бенджамину брать в рот его листья или цветки.

Кассандра поежилась. «Хоть бы Алекс приехал за ними сюда, — подумала она. — Какими бы доброжелательными хозяевами ни были Вильямсоны, я не останусь здесь надолго».

Алиса и Грей уже переболели желтой лихорадкой и были невосприимчивы к ней. Сейчас они числились членами Сообщества помощи жертвам этого заболевания. Но Кассандра решила, что лучше бы ей и детям не пришлось воспользоваться услугами этого Сообщества.

* * *

— Конечно, я смогу организовать это для вас, — согласился Грей Вильямсон. — Вы говорите о Кембридже?

— Да, но сам банк находится в Бостоне, — пояснила Кассандра.

— Это потребует времени, — добавил Вильямсон.

— Как долго? — в ее голосе прозвучало беспокойство.

Неожиданно в это утро бодрый Бенджамин стал капризничать и хныкать. Кассандра испугалась, что у него начинается какое-то тропическое заболевание.

— Не волнуйся, Кассандра, у него режутся зубки, — объяснила Алиса.

— Если тебе нужны деньги, я могу дать тебе в долг, — предложил Грей. — Но, кажется, ты неплохо заработала на скачках?

«Но недостаточно, чтобы семерым добраться до Массачусетса», — подумала она, не желая раскрывать свои планы Вильямсонам.

— Спасибо. Я действительно оказалась удачливой в играх, — ответила она. — Но, пока с нами нет Алекса, мне хотелось бы иметь побольше наличных, поэтому я и прошу помочь мне взять их в моем банке.

— А разве он вам не помогает? — нахмурился мистер Вильямсон.

— Алекс пока воюет, а сестра его не благоволит к нам. Поэтому я и не взяла денег из их дома.

— Знает ли обо всем этом капитан Харт?

— Скорее всего, нет.

* * *

— Уже уехала? — воскликнул Алекс.

— Да. Но смею вас заверить, за время своего здесь пребывания она стала украшением Веласко, — заявила Эффи. — У нас еще никогда не было такого горячего сезона скачек. Кассандра стала душой общества. Она успела с успехом сыграть Гертруду в «Гамлете». А Эфрейм Бейнс без ума от нее. Они делали совместные ставки на скачках и обчистили многих игроков нашего города.

— Зачем ей понадобилось делать ставки? — Алекс нахмурился, вспомнив участие в таких играх своего родственника.

— Думаю, ей нужны были деньги, хотя, конечно, она ни разу не призналась нам в этом. Мы помогали Кэсси, чем могли. — Эффи неодобрительно сверкнула глазами в его сторону. — Женщинам, мужья которых любят военные игры, приходится нелегко.

— То есть как это «военные игры»? — удивился Алекс.

— Мы хорошо тебя знаем, Алекс. Ты не пропустил еще ни одной военной стычки. По-моему, тебя не очень волнует судьба твоей семьи. Может быть, их всех уже свалила лихорадка.

— Но ведь я ни в чем им не отказывал, — пробормотал он. — Я оставил их в хороших условиях у себя на плантации.

— Сомневаюсь в этом. — Думаю, что ты забыл оставить им чек или наличность, а Элоиза оказалась далеко не образцом великодушия и заботы.

Алекс вспыхнул. Только сейчас до него дошло, в какой безнадежной ситуации оказалась его жена. Без денег в кармане ей пришлось вновь выживать благодаря своей храбрости и изобретательности.