Грех и любовь - Барбара Доусон Смит

Десять тысяч для него — пустяк. Его состояния на сто жизней хватит!

Джейн не знала, что и делать. Она прекрасно понимала, почему Итану не хочется оплачивать такой огромный карточный долг своего бывшего слуги. Да еще слуги, который наставил ему рога. А если это долги Порции, то она, оправившись от недомогания, может опять взяться за игру в карты и наделать долгов в полной уверенности, что Итан и их оплатит.

— Неужели вы откажетесь от такого щедрого предложения, миледи? — наконец проговорила она, решив действовать осторожно. — Ведь вы можете уехать отсюда и начать новую жизнь там, где будете в полной безопасности и где вас никто не знает. Право, лучшего выхода из этого трудного положения и не придумаешь.

Порция прерывисто вздохнула, потом плечи ее безвольно поникли, словно вся ярость вышла из ее тела, и, опустив глаза, она дрожащим голосом произнесла:

— Да, вы, конечно; правы. Я должна уехать из Лондона. У меня нет другого выхода, как поселиться там, куда меня отправят.

Она выглядела настолько удрученной, что Джейн захотелось ее немного ободрить.

— Вы об этом не пожалеете, — сказала она, обнимая ее. — Жизнь в деревне неторопливая и размеренная. А когда вы настолько окрепнете, что сможете совершать долгие прогулки и дышать свежим воздухом, вам там даже понравится.

— Вы слишком добры. — Прижав к губам носовой платок, Порция взглянула на Итана:

— Куда ты собираешься меня отправить?

— К управляющему моим имением в Корнуолле, — ответил он. — Будь готова выехать завтра на рассвете.

Собери только самое необходимое. Все остальное получишь на месте.

Кивнув, Порция устало откинулась на подушки.

— А теперь прошу меня простить, но я вынуждена попросить вас удалиться. Я очень устала.

Джейн поспешно попрощалась, чувствуя, как сильная рука обхватила ее за талию и увлекла к двери. Последнее, что она заметила, — пристальный взгляд, которым провожала их Порция. У Джейн из головы не выходила вспышка ярости, свидетельницей которой она только что была. Интересно, часто ли Итану приходилось противостоять своей разгневанной жене?

«Заведет себе баб на стороне, а на вас наплюет».

Стремясь поскорее покинуть негостеприимный дом, Джейн устремилась к двери и, выйдя на крыльцо, с удовольствием вдохнула прохладный, пахнущий углем вечерний воздух. Никогда еще он не казался ей таким вкусным. У обочины поджидало ландо, запряженное парой лошадей серой масти. Кучер и лакей были наготове. По-прежнему обнимая ее рукой за талию, Итан помог Джейн сесть в карету и уселся рядом. Слегка качнувшись, карета покатила по улице.

— Жаль, что тебе пришлось стать свидетельницей этой безобразной сцены, — заметил Итан.

— Ты ведь в этом не виноват, — сказала Джейн, глядя на мужа, по лицу которого скользили тени. — Ах, Итан, как же мне хочется, чтобы Порция обрела наконец счастье!

Теплая сильная рука Итана коснулась ее руки, и у Джейн сладко замерло сердце.

— Завтра же я пошлю своего человека, чтобы он вывез ее из города и отвез как можно дальше. Если этого не сделать, она опять натворит глупостей.

Итан убрал руку, и Джейн сразу же стало холодно и неуютно.

— Порция обманом вынудила тебя жениться на ней, верно? — задумчиво спросила она.

— Верно, — ответил Итан и, повернувшись к Джейн, Поморщился.

Чувство глубокого сожаления охватило Джейн, и она машинально принялась крутить на пальце обручальное кольцо.

— Неудивительно, что ты меня презираешь. Я вела себя точно так же.

— Совсем не так, — поспешно возразил Итан и замолчал, словно давая Джейн время понять смысл его слов. — Она обманула меня не только в этом.

— А в чем еще?

— Джейн, это не важно. Я не хочу обсуждать ее с тобой.

Но Джейн было необходимо узнать, что произошло на самом деле, чтобы отделить правду от вымысла.

— Нет, важно. Я думаю… я подозреваю, что она меня обманула. — Джейн положила руку на локоть Итана, ощутив сквозь ткань сюртука упругие мышцы. — Я хочу, чтобы ты рассказал мне правду. Ну пожалуйста, это для меня очень важно.

— Мисс Мейпоул, нельзя же быть такой настырной!

Голос Итана прозвучал не враждебно, а устало, и Джейн, приободрившись, продолжала:

— Порция рассказала мне, что лишь один-единственный раз изменила тебе, потому что почувствовала себя одинокой и устала от твоих измен.

Итан насмешливо расхохотался:

— А она тебе не говорила, сколько раз проигрывалась в карты и я вынужден был покрывать ее долги? Как требовала купить ей баснословно дорогие украшения? Как постоянно затевала интрижки?

— Интрижки? Значит, Джордж Смоллетт был не единственным ее любовником?

— Он был единственным, с кем я ее застукал. Они развлекались в моей кровати, пока я был в комнате в башне, — устало произнес Итан и взглянул в окошко кареты, за которым быстро сгущались сумерки. — Позже она призналась, что знала, где я нахожусь, и специально устроила так, чтобы я застал ее на месте преступления. Решила отомстить за то, что я ее игнорирую.

Значит, сердце ее не обмануло, подумала Джейн. Порция и в самом деле лгала, а не изливала ей душу.

— Она мне говорила, что ты… что ты не спал с ней. Что отказался сделать ей ребенка.

Итан тихонько хмыкнул.

— Беременность испортила бы ей фигуру. Порция бы этого не вынесла. Думаю, что от Смоллетта она забеременела случайно.

Неужели Порция и в самом деле отказалась зачать от Итана ребенка? Джейн поразили подобные тщеславие и эгоизм. Сама она мечтала о том, чтобы в животе ее рос ребенок Итана. Мысль об этом оказалась настолько приятной, что Джейн с трудом заставила себя вернуться к теме разговора.

— А как насчет твоих интрижек? — задала она вопрос, который долго не решалась задать, хотя он так и вертелся на языке.

Итан молчал. Тишина стояла такая, что слышался стук лошадиных копыт и грохот колес по булыжной мостовой. Нежелание Итана отвечать на вопрос лишь усилило любопытство Джейн.

— Итан, ты и в самом деле бросал ее и уезжал к другим женщинам?

— Я всегда любил женщин. Спроси кого хочешь.

Услышав этот легкомысленный ответ, Джейн рассердилась.

— Будет достаточно, если ты просто ответишь «да» или «нет». Ты изменял своей жене?

Плотно сжав губы, Итан сурово взглянул на Джейн, потом беспокойно забарабанил пальцами по колену, снова взглянул в окно, потом опять перевел взгляд на Джейн и наконец ответил:

— Нет.

— Никогда?

— Ты слышала, что я сказал. А теперь довольно вопросов.

Джейн откинулась на бархатные подушки сиденья. Грубый тон Итана, которым он произнес последние слова, не смог погасить вспыхнувших в ее душе разнообразных чувств: шока, изумления и отчаянной радости. Он был верен жене. Верен все четыре года их совместной жизни. Жене, которая ему изменяла.