Триумф рыцаря - Шеннон Дрейк

– Они специально их бросили, – проворчал Джейми, когда они снова сели на коней. – Чтобы задержать наше продвижение.

– Отчасти так, – согласился Эрик. – А отчасти, чтобы самим двигаться быстрее и успеть укрыться в Шеффингтоне, пока мы их не догнали. Повозки их задерживали. Англичане знали, что мы пустимся в погоню налегке.

– Они попадут в Шеффингтон задолго до того, как мы их нагоним, – посетовал Ангус и сочувственно посмотрел на Эрика. – А стоит им укрыться за крепостными стенами, и…

– И нам придется получше шевелить мозгами, – закончил за него вождь.

– Шеффингтон построен из камня. Его стены от десяти до двадцати футов толщиной, – напомнил ему Ангус.

– Нам в любом случае не проехать сквозь каменную стену, – отозвался Эрик. – Будь она хоть десять, хоть двадцать футов толщиной. Есть всего один путь овладеть подобной крепостью. И эта тактика нам всем известна.

– И какова же она? – поинтересовался Джейми, но, глядя на вождя, сам ответил на свой вопрос: – У Найджела Брюса в замке Килдрамми было достаточно людей и припасов, чтобы выдержать даже длительную осаду. Но его предали свои. Кузнец поджег амбары с зерном. И тогда противник проник в крепость и вынудил защитников сдаться.

– Да, все так и было, – подтвердил Эрик.

– Мы возьмем их изнутри.

Ангус переводил взгляд с одного на другого.

– Значит, мы должны найти в их рядах предателя, – усмехнулся он. – Предателя или целое воинство верных шотландцев, которые боятся власти Эдуарда, но готовы соединиться с непобедимой армией своих соплеменников.

– Именно так, Ангус, – кивнул вождь. – В самую точку.

Джейми по-прежнему не сводил с брата глаз.

– Заковыристое предприятие. Многие решат, что оно опасно и вообще невыполнимо.

– Я никого не тащу насильно, – оборвал его Эрик. – Кто боится, пусть остается.

Джейми пожал плечами.

– Мне больше нечем заняться, как сражаться за родину, каким бы глупым способом мы это ни делали. Но я рад, что ты никого не принуждаешь идти на это дело. Тем более что англичане вновь собирают армию, и наш долг – до последней капли крови защищать короля.

– Я понимаю, что время не терпит, – признался вождь.

– И тем не менее не надо спешить. Как бы ты ни стремился добраться до Игрейнии, нам придется повременить, пока мы не найдем способ взять крепость изнутри.

Глаза Эрика засверкали от гнева.

– Не забывай, Игрейния под крылом брата! Он молод, зелен, но все-таки граф, – заметил Джейми-.

– Он ранен.

– Но не слишком серьезно. Мы же не нашли его среди тех, кто ехал на повозках. Значит, он мог держаться в седле. Следовательно, он может сказать свое слово в защиту сестры. Он английский пэр, Эрик, и с ним должны считаться.

– Я побывал в плену у сэра Найлза Мейсона и помню, как он обращается с теми, кого презирает и кого считает предателями. И с Робертом Невиллом я тоже однажды столкнулся лицом к лицу – знаю, какой он мясник и как охотно исполняет «предписываемые» свыше казни. Мне редко встречался человек, который бы так упорно стремился к власти и славе.

Вождь еще раз объявил, что никому не приказывает следовать за ним дальше. Он ждал, но ни один человек не покинул строй.

– В таком случае, – заключил он, – через час пути разобьем лагерь, а утром поедем дальше.

– Веди нас! – крикнул Тимоти. – Если кто и способен взять Шеффингтон, так только ты! Прикажи, и я пойду за тобой в преисподнюю и вернусь обратно!

Все одобрительно зашумели.

– Будем надеяться, что так далеко нам идти не придется, – рассмеялся Эрик и вдруг перехватил взгляд Грегори. Глухонемой показал на север.

Эрик повернул коня и первым скрылся во тьме.

Дверь распахнулась. Несмотря на юность, Эйдан выглядел впечатляюще. Он был высок ростом, еще по-мальчишески тонок, но прекрасно сложен. Глаза синие, почти фиалковые, как у сестры. Но сейчас они потемнели от гнева.

Услышав шум, Роберт Невилл сразу же отстранился от Игрейнии.

– Она в таком смятении, – проговорил он, подпустив в голос жалости.

– В смятении! – возмутилась Игрейния. – Он ворвался ко мне в комнату и хотел изнасиловать!

– Игрейния, никогда в жизни я бы не осмелился поднять на тебя руку, – запротестовал Роберт, но, покосившись на Эйдана, сменил тон. – Король повелел мне взять ее в жены. Так оно и будет, хотя мне кажется, она слишком долго жила среди дикарей и… повредилась умом.

Игрейния и не подозревала, что Роберт Невилл такой прекрасный актер. Он говорил так искренне и с таким сочувствием, будто относился к ней с величайшей нежностью и заботился единственно о ее благополучии.

В глазах Эйдана мелькнуло сомнение, и сестра его понимала.

– За ней требуется постоянный присмотр, – продолжал Роберт.

– Мне ничего не требуется, кроме крепкого сна! – в ярости вскричала Игрейния и повернулась к брату: – Меня по всем правилам венчал священник, а теперь этот человек подвергает риску свою и мою бессмертные души. Прошу тебя как брата и главу семьи – защити!

– Ее не от кого защищать. – Роберт сделал вид, что до глубины души возмущен несправедливым упреком.

И тогда заговорил Эйдан. Он не спешил и тщательно подбирал слова:

– Сестра расстроена и утомлена тяжелой дорогой. Не спеши, Роберт. Существуют такие вещи, которые решают только король и церковь. И поскольку Игрейния в самом деле в смятении, сегодня ночью я буду приглядывать за ней сам.

– Как угодно, лорд Абеляр.

Роберт Невилл не мог не согласиться с Эйданом, но когда он проходил мимо, Игрейния заметила выражение его лица и быстро закрыла за ним дверь. Но прежде чем она успела это сделать, Роберт Невилл повернулся, придержал створку и в оставшуюся щель прошептал только ей одной:

– Берегись, Игрейния. Станешь моей женой, реви хоть до хрипоты – никто тебе не поможет. Я не прощу тебе предательство Афтона.

Когда наконец дверь закрылась, Игрейния привалилась к ней и посмотрела на Эйдана. Тот ответил ей любящим взглядом.

– Я не сомневаюсь, что лорд Роберт приходил утешить тебя после всего, что с тобой случилось. Король обещал ему тебя, и ты станешь его женой.

– Эйдан, я позвала тебя, потому что он напал на меня.

– Ты уверена, что он не хотел тебя просто успокоить?

– Да.

– Вступить с ним в брак – самый естественный выход. Роберт – родственник Афтона. В результате вашего союза Лэнгли останется за королем и за тобой. И ты хозяйкой вернешься в дом, который некогда был твоим.